Испорченный... Книга 2 - Екатерина Юдина

— Это случится. И вы, и он это прекрасно понимаете.

— С этим тогда будем разбираться по факту. — отрезала я. Меня заставляло трястись одно упоминание о беременности, я вообще не хотела думать о том, что случится в ближайшее время. — Давай уже брать мой анализ. И поскорее.

Врач, мелко кивнув, потянулась к своим инструментам.

Спустя десять минут, получив результаты, она оторвалась от монитора ноутбука и посмотрела на меня с едва заметным облегчением в глазах.

— У вас все в порядке, мисс Мелисса. Подавители не вызвали сбой, и сегодня картина даже лучше, чем была вчера.

— Это отлично. — я кивнула. — На этом все. Я тебя отпускаю, спасибо тебе.

— Если вы позволите, я бы хотела на всякий случай остаться здесь.

— Конечно. Это отличная идея.

Отрицать, что мне может понадобиться ее помощь в данной ситуации было глупо. Когда она ушла, я какое-то время сидела еще в одиночестве, отчетливо чувствуя, как запах Помпея проникает даже в эту комнату. Сердце равномерно стучало в груди, а в голове была пустота.

— Хорошо. — произнесла я, обращаясь в тишину. — Пускай все будет именно так.

Поднявшись, я направилась искать Помпея. Учитывая то, что чувствовала я его везде, найти его было сейчас трудно, поэтому по пути я остановила одного человека из домашнего персонала:

— Эйдан Дагер… где он сейчас находится?

— Недавно я видел его снаружи — он с кем-то общался. После он отправился в дом, кажется, на второй этаж, мисс Мелисса.

— Спасибо. — ответила я, направляясь дальше по коридору. Он еще, черт побери, свободно ходит.

В итоге я, все же, сумела отчетливо почувствовать присутствие Помпея в одной из комнат, поэтому решительно толкнула дверь, ныряя в эту чертову неизвестность — зайдя внутрь.

Он сидел расслабленно на кресле, с какими-то документами, разложенными на кофейном столе перед ним и крутил в пальцах ручку. Вероятно, Норду для чего-то требовалась его подпись. Учитывая то, что Помпей был теперь моим мужем, обязанным перенять на себя управление стороной Веста, я думаю, что документов ему хватит на несколько месяцев вперед.

— Ты принимаешь какие-то успокоительные? Лекарства? — начала я сходу, шагнув через порог и закрывая за собой дверь. — Почему, черт побери, ты в таком состоянии еще свободно ходишь по дому?

Он поднял на меня взгляд, пронзивший до самых костей. Он словно переживал болезненную лихорадку, потому что золотой ободок радужки сейчас пылал, а кожа казалась бледной. Со всем этим он выглядел пугающе. Слишком дико, отчего ноги становились ватными, а в животе что-то неприятно заныло. Нет, в таком состоянии я Помпея никогда не видела. Он скрывался до этого момента.

— Успокоительные. — произнес он, а я резко вдохнула так, что воздух с шипением прошел сквозь сжатые зубы.

— Ты сошел с ума, Помпей? Они не отсрочат твой гон. Ты просто пропустишь момент, в который окончательно сорвешься. Рядом с тобой только одна омега — и это я. Ты в первую очередь подвергаешь меня опасности. Я знаю о твоей ненависти, но это уже как-то слишком.

— Так какого хера в таком случае ты делаешь здесь? — он посмотрел меня, едва приподняв бровь. Его голос был текучим и ледяным, как темная вода в зимней реке.

— Ты знаешь, для чего. Нам необходима метка истинности.

Он отложил в сторону ручку после этих слов и поднялся, приближаясь ко мне. В каждом его движении проскальзывало нечто более яростное, чем Помпей сейчас являлся. Он остановился передо мной и пристально посмотрел на мое поднятое лицо.

— Это все?

— В другой ситуации я бы тебя не побеспокоила. — я чувствовала, как нечто после этих слов начало идти не так в нашем разговоре. Смутное предчувствие. — Помпей. Для меня было очень сложным решением прийти к тебе и заговорить об этом. Выслушаешь меня? Я…

Он оборвал меня легким наклоном головы. Словно я сказала что-то не то.

— Все ради хорошей жизни, да? Если нужно снять метку — можно и переспать не со своим истинным. Если нужно поставить — свою пару можно и перестать избегать?

— О чем…

Я не договорила, потому что в следующий момент альфа схватил меня за шею, а затем толкнул к открытому окну. Я почувствовала удар бедром об подоконник, пальцы, сжавшиеся еще больнее, а затем прохладный ночной ветер, растрепавший мои волосы и лизнувший спину.

Помпей удерживал меня над этой темной пропастью и смотрел без капли сожаления во взгляде.

— Я хочу убить тебя, Нуб. — произнес он, и с этими словами мое сердце застыло. Я открыла дрогнувшие губы.

— Ты это собираешься сделать второй раз.

— В этот раз я знаю, что ты моя истинная. И что сойду с ума, сделав это. — он говорил так, словно в любой момент был готов разжать руку. Я чувствовала неотвратимость, как от несущейся на меня лавины. — Лучше погрузиться в хаос, чем чувствовать то, что я чувствую сейчас. Я теперь прекрасно понимаю выбор своего отца.

— Если ты убьешь меня — то убьешь и свою стаю. И наш город. — я боялась, что Помпей не дослушает меня, поэтому выпалила эти слова слишком быстро. Испуганно.

— Мы ведь женаты. — просто ответил он. — Я фактически уже получил вместе с тобой Сторону Веста. Думаю, я смогу договориться с государством. Отдам им это дерьмо взамен на безопасность моей стаи. И зачем мне теперь ты?

У меня не осталось слов. Я просто в ужасе смотрела на него, понимая, что Помпей совсем сошел с ума.

— Хочешь сказать что-то напоследок мне?

Я сглотнула сухой ком во рту.

— Если другая жизнь существует, то в следующей я не хочу встречаться с тобой. — произнесла я.

На эти слова он даже не повел бровью. Его взгляд, устремленный на меня, по-прежнему не выражал ни единой эмоции, кроме равнодушия.

— Отлично. — произнес он и разжал пальцы.

Я почувствовала, как теряю равновесие, падая вниз, и зажмурилась. Казалось, что это мгновение растянулось в целую бесконечность. Мое детство. Жизнь с Помпеем. Стая. Груз сожалений о том, что я не смогла и не успела сделать. Боль, от того, что что-то пошло не так. В последние секунды я думала о том, что стоило начать наш разговор иначе.

А потом внезапно меня схватили за руку и дернули со всей силы обратно.

Я распахнула глаза, чувствуя, что не могу шевелиться от ужаса и увидев перед собой очень близко лицо Помпея с жестокой усмешкой на губах.

— Я же обещал сделать наш брак адом для тебя. Ты правда надеялась сбежать в другую жизнь?

— Ты. Гребаный. Психопат. — выдохнула я, ощущая