Полынь и мёд - Лина Манило

всём твоему начальству. Вот прямо завтра с утра и расскажу. Как ты думаешь? Как мне кажется, отлично может получиться. Или ещё смотри такой вариант… аудиторская проверка. А? – радостно хлопаю в ладоши, понимая, что мне самому жутко нравится эта идея. – Такая вещь чудесная. Посмотрят на твои делишки внимательно, оценят масштаб… Как думаешь, что они могут найти?

Виталик смешно дёргает головой, а я смеюсь. Ну что, рыбка, попалась?

Я засовываю руки в карманы, нащупываю там телефон и, будто бы просто так, достаю его из кармана. Сосредоточенно смотрю на экран, пока Виталик отплёвывается проклятиями и отборным матом. Когда в списке контактов найдет один-единственный нужный мне абонент, я незаметно нажимаю кнопку вызова и прячу мобильный в карман. Игра началась, и партия обещает быть выигрышной.

– Что ты хочешь от меня?

– Самую малость,– хлопаю бледного Виталика по плечу рукой, будто мы с ним старинные приятели. – Правду.

Виталик сплёвывает кровь на примятую нашей потасовкой траву и смотрит на меня затравленно.

– Только обещай, что ничего не станешь из этого делать. Поклянись!

– В задницу иди. Но, если будешь хорошим мальчиком, может быть, я стану чуточку добрее. – И уже нетерпеливо: – Рассказывай.

– Дай хоть кровь смыть, – просит, а я складываю руки на груди и отрицательно качаю головой. – Подонок. Ладно, твоя взяла.

И он рассказывает, как был зол, когда Ксюша опозорила его. Оскорбила при всех и, облив шампанским, ушла.

– Ты же сам мужик, ты должен меня понять! – восклицает Виталик, закончив выливать на меня потоки мелочных обидок.

– Я-то мужик, а ты дерьмо с членом, – говорю, жестом предлагая заткнуться. – Дальше.

– Дальше я пытался поговорить с Ксюшей. Хотел вернуть её, чтобы она потом на своей шкуре прочувствовала, что такое позор…

– Ты хотел мести?

– Да, хотел. Прям зациклился на этом, понимаешь? Сейчас понимаю, что глупость это всё, но все эти месяцы кипел. А Ксения… она не хотела меня видеть, не давала шанса.

Виталик замолкает, глядя куда-то вдаль, а я понимаю, что мне даже жалко его слегка. Ущербный он, без вариантов.

– А Света там каким боком?

Виталик усмехается и смотрит на меня, как на идиота.

– Света – самовлюблённая идиотка, – хмыкает, но лицо перекашивает от боли, и он снова прикрывает нос. – Точно сломал, как я теперь на людях покажусь?

– Косметику у какой-нибудь шаболды своей возьмёшь и замажешь следы моих зверств. Так, дальше говори, пока я тебе ещё что-нибудь не сломал!

– Света никого, кроме себя, не любит. Ей важно быть лучше других, и она на всё готова, чтобы быть самой первой во всём. Мерзкая девица.

Замолкает, обдумывая что-то, а я смотрю по сторонам, следя за тем, чтобы никто посторонний сейчас рядом не нарисовался.

– Все эти месяцы я пытался через Светку достучаться до Ксении. Та не сдавалась, но я почему-то чувствовал, что Света мне может пригодиться. Кстати, о её любви неземной к тебе я выслушал столько, что рвотный рефлекс на твоё имя выработался.

– Чей был план опоить Ксюшу?

Виталик дёргается, но не отпирается:

– Её. Она через своих институтских приятелей нашла препарат этот и добавила в вино.

– Наркота, что ли?

– Не знаю, мне рецепт не показывали, – скалит зубы, а мне снова хочется дать ему в рожу. – В общем, мне лишь оставалось исполнить роль пылкого любовника.

– Всё-таки вы гниды, самой высшей пробы, – заявляю и достаю из кармана телефон. И уже в трубку: – Всё слышал?

– Даже забыл, как дышать, – раздаётся на том конце провода. – Держи его крепче, мы скоро будем.

– Эй, что это? – нервничает Виталик, а я хлопаю его по плечу. – С кем ты там разговаривал?

– Знаете, вы перед тем, как издеваться над людьми, проверили бы, нет ли у их близкого окружения влиятельных знакомых. Советую не тратить время попусту, а звонить адвокату.

Глава 46

Роман.

– Не думал, что снова встретимся в таких условиях, – говорит Николай, жестом предлагая присесть напротив него. – Сколько мы уже не виделись? Пару лет?

– Примерно, – киваю и вытягиваю вперёд гудящие от усталости ноги. Слишком много адреналина выбросил за последнее время.

– Ты когда позвонил сегодня, я думал, ты с ума сошёл. Какая девушка, какая сестра, кто кого опоил? Ничего не понял. – Николай смеётся, и кожа на его грубо вытесаном лице расходится сеточкой глубоких морщин. – Но в итоге оно того стоило.

Ему почти пятьдесят и он всю жизнь служит на благо закона. Когда я ночью обдумывал варианты, сразу понял, к кому нужно обратиться – если кто и в состоянии помочь взять за яйца подлецов и довести Ксюшино дело до ума, то только Николай. Во всяком случае, я очень надеялся, что за истекшее с нашей последней встречи время он не променял свои погоны на взятки.

В конце концов, даже если так, я готов платить, лишь бы кое-кто заплатил по счетам. Мне нужен был свой человек, который на самом деле возьмётся за это дело, а не отложит его в долгий ящик. Николаю я доверяю, во всяком случае.

– Теперь убедился, что я в своём уме?

Николай кивает и берёт со стола листок бумаги.

– Первичный допрос мы провели, показаний Каминский Виталий на три листа дал, – говорит задумчиво, почёсывая крупными пальцами небритый подбородок. – Сдал свою подельницу с потрохами. Мне кажется, он так в штаны наложил, что готов был обвинить её в сожжении Нотр Дама, лишь бы не отвечать самому.

– Нотр Дам оставим на совести французов.

– И то верно, но… ты же взрослый мальчик, понимаешь, что улик почти не осталось, – вздыхает Николай. – Мы с ребятами, заручившись ордером, поедем утром на их дачу, но я больше чем уверен, что ни вина, ни следов препарата в доме мы не найдём.

– Печально, – выдыхаю, сжимая кулаки от досады.

– Ещё как, – хмыкает Николай. – Фотографии? Ты их удалил. Хорошо, если они остались на телефоне сестрицы, но и то не факт. Да и