Я выбираю... (СИ) - Евстигнеева Алиса

— Как дети, ей-Богу, — прокомментировал увиденное Державин.

А мы предательски покраснели. Ванька очень быстро ретировался заниматься моей машиной, прихватив мой чемодан, а мы с Владом остались вдвоём.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Лиз, мне очень жаль, что всё вышло так, как вышло.

Сначала мне показалось, что он имеет в виду родителей, после последних признаний вся история с Бодлером и рестораном просто вылетела у меня из головы. Осталось только пожать плечами и благосклонно махнуть рукой.

— Если не хочешь, чтобы я тебе в следующий раз шею свернула, не смей больше ничего делать за моей спиной.

— Нууууууу, — потянул Влад. — Так же скучно будет жить.

Я вяло улыбнулась. Клоун, что с него взять.

— У тебя всё в порядке? — Державин неожиданно сменил тему разговора.

— Да. Почему ты спрашиваешь?

— Ты зарёванная вся.

— Милые семейные тайны, — подколола я сама себя.

Влад не стал задавать вопросы, хотя ему и хотелось, по глазам видела. Уже собиралась уходить, когда он поймал меня за руку и притянул к себе, чтобы обнять.

— Лизка, — зашептал он мне в ухо. — Отпусти ты прошлое, пора уже жить начинать.

Я послушно кивнула головой, еле сдерживая, вновь подступившие слёзы.

В этот момент как раз зашёл Ваня. Я попыталась отстраниться от Влада, но тот лишь сильнее сжал свои руки и с вызовом глянул на Чемезова.

— Бить будешь?

— Обязательно, — пообещал недовольный Иван, но не сдвинулся с места.

— Пусти, — стукнула я по Владу, пока тот продолжат потешаться над нами.

— Подожди ты, сейчас мы твоего Ромео до нужной температуры разогреем!

— Влад!

— Я тебя в машине жду, — вклинился Чемезов в нашу перепалку и опять ушёл, оставив нас двоих.

— Ну и какого хрена ты творишь? — выругалась я на Державина, когда он меня всё-таки отпустил. — Зачем ты его провоцируешь?

— Подталкиваю к активным действиям. Вы же вдвоём ещё тысячу лет телиться будете!

— Без тебя разберёмся! — злилась я, ещё и ногой для убедительности топнула.

Приятель заулыбался, развернул меня к выходу и, шлёпнув по моему заду, велел:

— Иди уже! А то ведь накрутит себя там.

Как и ожидалась, за руль меня никто не собирался пускать. Ваня сидел на водительском сиденье и то ли злился, то ли просто плавал в каких-то своих мыслях.

Я села в машину и повернулась к нему. Ожидая сцену ревности, но Ваня ничего не говорил. Завёл мотор и тронулся с места. Ловко вырулил за ворота и двинулся в сторону центра.

Я всё ждала и ждала, а он даже не смотрел на меня, полностью сосредоточившись на дороге.

— Злишься? — не утерпела и спросила.

— Из-за Влада, что ли? — фыркнул он. — Было бы из-за чего злиться.

— Тогда что?

Ваня тряхнул головой, но пояснять не стал.

— Скажи уже, я же вижу, что ты недоволен.

— Лиз, у тебя был сложный день и… и я не хочу ещё больше усложнять его.

— Думаю, я готова рискнуть, — мне уже порядком надоели все наши с ним недомолвки.

Чемезов сомневался. И я начала раздражаться.

— Останови.

Меня проигнорировали.

— Останови!

Ваня резко крутанул руль, и мы оказались на какой-то парковке. Я выскочила из машины, и Чемезову пришлось меня нагонять.

— Если ревнуешь, так и скажи!

— Да не ревную я! — кричал он мне.

— Тогда что? Ваня, как понять тебя? Ещё с утра всё было нормально, а после того, как я вышла от… мамы… ты заботишься обо мне, но при этом что-то не договариваешь. И вот, после Влада ты даже посмотреть на меня не можешь!

— Да не ревную я тебя к Державину! Я… я просто не знаю, как реагировать на всех этих твоих мужиков!

— Каких мужиков? — застонала я.

Ваня выдохнул, и попытался взлохматить свои волосы.

— Я сегодня с утра у Даши был, чтобы точки расставить. И она мне видео показала, где ты с Бодлером целовалась.

Так вот где у нас мамонт зарыт был. Странно, что он мне это ещё сразу всё не выдал. Даже не так, странно, что он вообще за мной приехал, а не сразу вычеркнул меня из своей жизни.

— Целовалась или он меня поцеловал?!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Чемезов замялся.

— Поцеловал…

— Замечательно! — вскинула я руки к небу. — Просто замечательно. И что ты думаешь? Что у меня что-то с Димой? И что после это всего я ночевала с тобой в одном номере?!

Как же зла я была в этот момент! Опять, опять эти обвинения… Из раза в раз одно и тоже. Даже больно не было. Может мне, правда, начать спать со всеми подряд? Тогда хоть люди разочаровываться зря не будут.

Ваня молчал, нервно играя желваками, и я сорвалась. Развернулась и со всего психу ударила его в грудь, он не шелохнулся, чем добил меня окончательно. Я била его в грудь, пыталась царапать, что-то кричала, не замечая, как злые слёзы заливают мои щёки.



Даже не знаю, когда ему это надоело, но в один момент он перехватил меня рукой и с силой прижал к себе, да так сильно, что мне показалось, что у меня кости хрустнули. Но меня это мало упокоило, я всё брыкалась и вырывалась, из-за чего Ване пришлось меня поцеловать. Сильно, жёстко, властно… и до одури сладко. Мы целовались бесконечно много, пока наше дыхание не сбилось в конец, я даже пару раз его укусила, из-за чего он только довольно хмыкал.

Каким-то чудом смогли оторваться друг от друга. Ванька уткнулся своим лбом в мой, и долго всматривался мне в глаза, ища ответы на какие-то свои вопросы. А потом заговорил, быстро-быстро, обдавая моё лицо своим горячим дыханием.

— Я не ревную. Вернее всячески стараюсь. Просто вокруг тебя столько людей, что просто не представляю, что именно я могу тебе такого дать.

— Себя дай, — пробурчала я, после чего поцеловала его уже сама.

Глава 42

Разбуди меня, искупай в самой чистой воде.

Глаза и ладони, нет лучше нигде.

И качается мост между мной и тобой.

Разбуди меня, поцелуем полыни из звезд.

(с) Ночные снайперы

В тот вечер я так и не добрался до магазина. Мы с Лизой ещё какое-то время провели на стоянке в объятиях друг друга. Она отвечала на мои поцелуи со всей готовностью и жаром. Из-за чего у меня натурально срывало крышу. Хотелось взять её в охапку и на всех порах мчать в гостиницу. Да какая там гостиница, когда в паре метров от нас стояла машина, дойти бы только дотуда.

Но предательский голос разума шептал, что рано, что не сейчас. С еле сдерживаемым стоном на губах оторвал её от себя и от греха подальше повёл прямо по улице в направление толпы людей. Лиза до смешного недовольно шмыгала носом, всячески демонстрируя мне своё разочарование. И я со своим бунтующим телом её вполне понимал.

Затащил её в первый попавшийся ресторан и усадил напротив себя, чтобы лишний раз не касаться.

— Ну и как это понимать? — с прищуром во взгляде поинтересовалась она.

— Я сейчас занудство скажу, — попытался отшутиться я.

— Ничуть в этом не сомневаюсь.

— Лиз, понимаешь, я много лет пытался играть в любовь с Дашей, — старательно подбирал нужные слова. — Как видишь, из этого ничего хорошего не вышло. Поэтому, прежде, чем мы с тобой сделаем следующий шаг, нам нужно поговорить. Как бы банально это не звучало.

Она раздосадовано закусила свою нижнюю губу, отчего мне захотелось взвыть. Женщина, ну нельзя быть настолько… желанной!

— Вань, я не осилю сегодня ещё один серьёзный разговор, — устало выдохнула она.

— Поэтому давай просто есть и по возможности наслаждаться вечером.

Полагал, что она будет спорить, но Лиза покорно согласилась и замахала официанту.

Но просто есть мы, конечно же, не смогли. Всё началось достаточно безобидно. Договорились просто рассказать, чем занимались эти десять лет, но с условием, что рассказываем только о событиях без эмоций, без обид, без интерпретаций.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Лиза с удовольствием повествовала про своих друзей, про работу, про места, где она была и что видела, и моя собственная жизнь начинала казаться мне плоской и неинтересной. Если не считать нашего брака с Дашей, то я был вполне доволен тем, что у меня было, но рядом с Лизой появлялось опасение, что ей это всё будет неинтересно и пресно.