Ангел для Лютого (СИ) - Светлова Маргарита

Отхожу и, сняв перчатки, бросаю их в урну. Выйдя из подвального помещения, чуть ли не налетаю на врача.

— Лютый, он хоть жив? — взволнованно спрашивает Толя. — На его устранение квоту не давали.

— В мои планы не входит его смерть. Я всего лишь его кастрировал. Займись им, как и договаривались, в течение месяца коли наркоту, а потом дай возможность сбежать.

— А может, наплевать на квоту и грохнуть? Пристрелили при попытке к бегству...

Толика понять можно: его двоюродный брат умер из-за передозировки, а поставщиком этой дряни был Зверев.

— Нет. Пусть прочувствует на своей шкуре всю прелесть ломки. А в тюрьме его ожидает горячий приём... Поверь, он будет завидовать мёртвым, потому что то, что его ожидает — страшнее смерти.

Я ещё неделю назад встретился с Академиком, намекнул, каким способом он может вернуть долг. Тот рад мне помочь, ведь он, как и я, не любит ходить в должниках. Нужно ему рассказать, что Зверев хотел из-за бабок убить собственную дочь. Уверен, Академик быстро придумает, как ещё сильнее усложнить Звереву жизнь в тюрьме.

Ну что ж, осталась только Регина. Андреев в СИЗО второй день, строчит признательные показания и с воодушевлением стучит на сообщников. Слабак.

Глава 44

Диана.

Мы уже третий месяц живём на базе моего зятя, Егор по-прежнему терпеть меня не может. Но я его не осуждаю, сама виновата в этом. До сих пор не могу себя простить за слабость, вина гложет меня изнутри. После нашего с ним разговора в квартире, я буквально выла от отчаянья и боли. Никто не знает правды, что я дела в кабинете у Антонова, эта тайна умрёт вместе со мной. Но, деньги я не отправляла террористам, но пусть они думают так, чем узнают правду.   Я словно обезумила тогда  и хотела наложить на себя руки. Антон не позволил, выбил из руки нож. А потом… Потом мы с ним словно сошли сума, целовались как ненормальные. Он успокаивал,  шепча ласковые слова мне в губы, и целовал… снова и снова, я потеряла голову.  Очнулась, лёжа на кровати, а мой терминатор уже во мне.

« Боже-е, что мы натворили!» — мелькнуло тогда у меня в голове, но потом все сомнения ушли на второй план. Антон любил меня нежно в тот день, а наутро, делал вид, словно ничего и не было.

 Было опять больно, как тогда…Нет,  тогда бы во сто раз хуже… Не хочу вспоминать, не хочу… Я должна забыть тот кошмар! Взяла себя в руки, и тоже сделала вид, что всё нормально. Но стоило остаться одной, я вновь себя корила за минутную слабость. Зачем поддалась? Зачем надеялась на взаимность. Я врала всем, что люблю того урода. Никогда его не любила,  я врала даже себе. Просто хотела уехать из страны, и забыть всё. Не думал я тогда о сестре, боль и отчаянье затуманили мой разом.  Ну, всё, хватит думать о прошлом, пора двигается дальше. Сестра простила, и это самое главное. Всё остальное прах, справлюсь. И всё будет хорошо, если Антон будет рядом. Только это всё мечты, не быть нам вместе. Мой терминатор не сможет жить с женщиной, которая якобы спонсировала террористов. А рассказать правду не могу, язык не повернётся.

Посмотрела на часы, через три часа выдвигаемся в город, пора собирать вещи. Ромашов уехал, обещал через час вернуться, уже прошло сорок пять минут, значит, скоро приедет.  Тяжко вздохнула, поднимаюсь со ступенек крыльца. Ну что ж, настало время прощаться с ним. Сердце ноет, хочется кричать от отчаянья в голос, а не могу, словно невидимая рука  сжала горло. Не думала, что финал наших отношений будет настолько болезнен для меня.

— Диана? — выдернул меня из пелены отчаянья звонкий женский голос. Повернула голову,  недалеко от меня,  стоит эффектная девушка.

— Да, это я.

— Как хорошо, что я тебя нашла. — Схватила она меня за руку. Ты меня не знаешь, но я приехала по просьбе твоего жениха, к которому ты собиралась уехать. Андреева схватили, и он признался, что сам перевёл деньги террористом, теперь ты свободна.

Да ладно! Насколько мне известно, Лютов его пристрелил. А Андреев, так и не признался в этом.  Ладно, сделаю вид, что поверила.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И? — смотрю на неё и жду, что она будет врать дальше. Не стала убегать от неё, недалеко от меня два друга терминатора стоят с ружьями, только с охоты вернулись.

— Поехали со мной. — Дёргает она за руку.

— Не, я так не могу, мне нужно с сестрой попрощается. — Прикинулась я дурочкой. Помню, когда я это делал, терминатора буквально потряхивало от злости.

— Твоя сестра тебя предала, забыла? — Смотрю на женщину и понимаю, что не нравится она мне. Более того, у неё из сумочки торчит ручка пистолета.

— Было дело. — Закивала я головой, как болванчик, якобы соглашаясь.

— Да ты не приживай, её чуть позже привезут, для неё тоже жених нашёлся.

Интересно, а Лютов это знает? И ещё, она реально меня за дурочку держит?

— Я согласна. — Та выдохнула. — Но, только мне нужно кое-что забрать с собой.

— Только давай скорей, а то твой конвоир может вернуться.

— Ага, я мигом.

Забегаю домой и вытаскиваю Антона пушку из тумбочки. Он меня из неё стрелять учил. Вернее, оттачивали мастерство. Стрелять я умею, не так, как сестра, разумеется, но тоже неплохо. Выскакиваю из дома, а дамочка по сторонам оглядывается, и её рука в сумке. Я тоже осмотрелась, парни ушли, жаль. Придётся самой себя спасать.  

— А ну, на землю! — рявкнула я, наведя на неё ствол пистолета.  Женщина зло посмотрела на меня и только хотела вытащить руку, я нажала на курок. Она взвыла и упала, хватаясь здоровой рукой за плечо. 

— Ты с ума сошла?! — зашипела он, смотря на меня с ненавистью, а сама раненой рукой пытается из сумки пушку достать. — Я же тебе помочь хотела.

— С переездом на тот свет? — Засмеялась я.  Подойдя к ней, ногой откинула сумку. — Извини, но мне туда пока рано.  И ещё, ты облажалась по всем фронтам. А мой якобы жених мёртв.  Андреев не признался ни в чём, что касается меня.

— Тебя обманули, я говорила правду. — А сама вновь руку тянет к сумке. Неожиданно прогремел выстрел.

— Вот так встреча! Регина, какими судьбами? — Услышала я весёлый  голос Лютова. Повернулась в сторону Егора и застыла, его взгляд пугал — Попрощаться заскочила?  — Присев рядом с ней на корточки, поинтересовался он.

— Рада, что это будешь ты? — Чуть слышно произнесла она.

— Это ты о чём, красавица?  — зло усмехнулся он. 

— Лишишь меня жизни. Я почту это зачесть.

— Извини, но вынужден тебя расстроить. Я…— пауза, — убивать тебя не буду, а верну, откуда тебя взял. Как тебе такой расклад?

— Нет… — произнесла она чуть слышно, дрожащими губами. — Пощади. Убей сам.

— Не заслужила. — Встала он. — Забирайте эту падаль. — Тут он повернулся ко мне. — А что ты имела, введу, сказав: что касается тебя? Ты ещё что-то натворила, помимо перевода денег.

— Да. Но, тебе не скажу.  —  Зло отвечаю. 

— Как же ты меня достала! — Процедил он сквозь зубы, надвигаясь на меня.

— Егор, тормози! — Услышала я грозный голос Ромашова. Я повернулась к нему, и чуть не разрыдалась, понимая, что это последние минуты, когда он рядом со мной. Отошла в сторону и навела на него пистолет.

— Диана, опусти пушку! — заорал Лютов.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Поклянись, что женишься на мне. — Обливаясь слезами, требую.

 Если не согласится,  себя застреляю, не смогу без него жить. Антон смотрит на меня и молчит, играя желваками. — Поклянись, сказала! — Закричала срывающимся от отчаянья голосом.

— Обещаю. — Произносит он тихо, пристально смотря мне в глаза.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Пизд-*ц!  — Чуть ли не сплёвывая произнёс Лютов, вырывая из моих рук пистолет. — Антон, что за херня?

— Не вмешивайся.  — Произносит Ромашов, и подходит ко мне. — Пошли. — Берёт меня за руку и уводит в дом.

— Ты уезжаешь? — обречённо произношу,  устало садясь на кровать.

— Да.  — Отвечает. От этого «да» острая боль пронзила сердце. — Диана, собирайся!  — зло рыкнул он.