Барбара Лайфсон - Ошибка Элис

Уолтер нетерпеливо переступил с ноги на ногу, и Элис почувствовала, что весь разговор крайне смущает ее брата. Только теперь — и, конечно, слишком поздно — она поняла, как тяжело было молодому человеку узнать, что его отец — гомосексуалист или, в лучшем случае, бисексуал… Черт! Если оглянуться назад, сколько было невинных людей, с чьими нуждами и чувствами она не посчиталась в своей одержимости наказать Алана!

— Гомосексуальность до сих пор приводит американскую публику в замешательство, — заявил Уолтер; он и сам выглядел смущенным. — Есть результаты последнего опроса, и они… ну… довольно неутешительны для отца.

— Первая реакция не всегда бывает истинной и долговременной, — напомнила Элис. — Тенденция может измениться в противоположную сторону…

Уолтер покачал головой.

— Пока каждый опрос свидетельствует о том, что популярность Алана продолжает падать.

— Как обидно! — горячо откликнулась Мэрион. — Ошибка, совершенная Аланом много лет назад, перечеркивает все, что он сделал с тех пор. А ведь никто лучше его не разбирается в проблеме рациональной застройки в этой стране. Он был бы прекрасным губернатором! Особенно в таком штате, как Флорида, где так важны вопросы землепользования.

— И из тебя получилась бы такая прекрасная губернаторша, — добавил Уолтер.

— Честно говоря, я никогда не испытывала особого интереса к этой роли. Так что у меня нет личного ощущения потери. Кроме того, я всегда чувствовала, что я лучше действую за сценой.

Уолтер барабанил пальцами по столику.

— Как ты думаешь, мама, стоит ли пытаться убедить отца продолжать борьбу?

— Только в том случае, если он сам чувствует необходимость этого, — ответила Мэрион. — Надо смотреть правде в глаза: пресса будет преследовать его, пока он не снимет свою кандидатуру. Они, конечно, постараются превратить в банальную трусость тот сложный выбор, который Алан должен был сделать, когда Джорджа Эдгара предали морскому суду. — Она перевела невидящий взгляд на кофейник. — Бедный Алан, я должна позвонить ему.

— Почему бы вместо звонка тебе не отправиться со мной во Флориду? — предложил Уолтер. — Отцу сейчас пригодится любая поддержка. А уж если ты появишься рядом с ним, когда он сделает заявление о снятии своей кандидатуры, это смягчит самые отвратительные сплетни.

— Я думаю, что могла бы поехать, но мы с Элис планировали провести весь день вместе… — В голосе Мэрион звучало сомнение.

— Не беспокойся обо мне, — сказала Элис. — Я возвращаюсь обратно в Провиденс. Тебе действительно лучше поехать во Флориду, если ты сейчас нужна Алану.

Почему бы и нет? — язвительно подумала она. Пусть все объединятся вокруг бедной, ни в чем не повинной жертвы.

Мэрион все еще пребывала в сомнении, но Уолтер был настойчив. И она наконец согласилась навестить Элис на следующей неделе в Провиденсе, отказаться от встречи с попечителями Метрополитен Опера и тем самым расчистить путь для поездки с Уолтером на Палм-Бич.

Сжав на коленях руки, Элис слушала разговор матери и брата, понимала, что речь идет о крушении политической карьеры Алана, и изумлялась тому, что не испытывает ни малейшего торжества. Она ведь хотела сокрушить Алана Хорна публично и самым унизительным способом, какой только могла придумать. Похоже, она преуспела в этом. Однако почему же этот успех вызывает у нее чувство отвращения?

«Будь осторожен в своих желаниях, потому что боги могут осуществить их». Старые мудрые пословицы имеют раздражающую особенность: раскрывать свою сущность, когда уже поздно принимать ее во внимание…

Элис подняла голову и увидела, что мать вопросительно смотрит на нее. Внезапно нахлынувшее чувство вины залило щеки Элис горячей краской. Задается ли Мэрион вопросом, кто предоставил Стиву Стерну эту ужасную информацию об Алане? А что, если она догадывается о правде? Трудно было вообразить, что причинило бы большую боль ее матери, чем признание в том, что именно она, Элис, направила Стива Стерна на след трагических отношений Алана с Джорданом Эдгаром. Что сказала бы Мэрион, если бы узнала, что ее дочь, Элис Хорн, сделала все возможное, чтобы разрушить карьеру Алана?

К счастью, о чем бы Мэрион ни думала и ни догадывалась, она явно решила не касаться этой темы.

— Почему бы тебе не отправиться вместе с нами во Флориду? — предложила она. — Я уверена, Алан будет счастлив снова увидеть тебя. И у вас двоих наверняка найдется, о чем поговорить…

— О нет, — быстро ответила Элис. — Я не хочу беспокоить па… Ал… беспокоить его, когда у него столько собственных проблем. У нас еще не раз будет возможность поговорить позже. — Она попыталась весело улыбнуться. — Кроме того, я действительно должна вернуться к работе. Пару недель назад в мою студию кто-то вломился и разбил почти все хрустальные вазы, так что мне надо многое наверстать.

— Это ужасно! — воскликнул Уолтер. — Я понятия не имел о том, что с тобой случилось. Ты так талантлива! Кому могло прийти в голову разрушить такие прекрасные работы?!

— Я завидую тебе, — сказала Мэрион, повернувшись к Уолтеру. — Как тебе удалось увидеть работы Элис? Я с нетерпением жду, когда смогу познакомиться с ними.

Уолтер откинул назад длинную прядь волос, которая часто падала ему на глаза.

— На самом деле я не видел работ Элис. Мое восхищение — из вторых рук. Тед, похоже, считает Элис самым талантливым художником после Микеланджело. — Он бросил на Элис поддразнивающий взгляд. — Даже если допустить преувеличение со стороны влюбленного, я полагаю, что Элис должна быть великолепным мастером.

Мэрион подняла брови, но она была слишком тактична, чтобы открыто поинтересоваться ролью Теда в жизни Элис.

— Теперь я с еще большим нетерпением буду ждать, когда смогу увидеть твои работы: Тед никогда никого не хвалит понапрасну.

— Не ожидай слишком многого, — сказала Элис, смущенная похвалами и пытаясь скрыть свое удовольствие. — И не преувеличивай вкус Теда: второй его любимый художник рисует портреты Элвиса на черном бархате.

В глубине души она была взволнована тем, что ее работы произвели на Теда такое впечатление, что он даже поделился восторгами с Уолтером. С другой стороны, она все еще не была уверена в своих собственных чувствах к Теду и не хотела, чтобы Уолтер так легко говорил об их отношениях. И каким образом он узнал о них? — удивилась она. Тед не производил впечатления человека, который будет выставлять напоказ детали своей личной жизни. Или их чувства друг к другу были столь очевидны, что их было невозможно скрыть? Эти мысли беспокоили ее.