Кристина Хегган - На Лазурном берегу

Макс следил, как она двигалась от одной группы гостей к другой, останавливалась, чтобы с кем-то поговорить или позволить себя сфотографировать, и с ее лица не сходила обворожительная улыбка… Он не мог бы сказать, что испытывал к Карен четыре года назад. Просто не помнил. Встретившись же с ней сейчас, Макс был захвачен новой волной чувств. Чувств, совершенно ему незнакомых. Чувств, которые будоражили кровь и затмевали разум.

Теперь он увидел в Карен не только красавицу, которая могла бы утолить его страсть, а пленительную мужественную женщину, сумевшую преодолеть обрушившиеся на нее несчастья и стать хозяйкой своей судьбы. «Да, у Карен, – мрачно подумал он, – есть все основания ненавидеть меня».

Вернувшись к себе, Карен в изнеможении упала на диван. Неожиданное столкновение с Максом Прэгером совершенно лишило ее сил. Однако, преодолев первое потрясение от этой внезапной встречи, она все же сумела выйти из довольно щекотливого положения гораздо лучше, чем сама ожидала.

Скандал с одним из влиятельнейших инвесторов «Карнеги» грозил настоящим бедствием. Впрочем, завтра же Джек позаботится о том, чтобы мистер Прэгер держался от нее как можно дальше. Ну а сейчас ей хотелось лишь поскорее забыть неприятный эпизод и немного поспать.

Через десять минут Карен скользнула под прохладные накрахмаленные простыни. Она лежала в темноте и тишине, и в ее мозгу нескончаемой чередой проносились события прошедшего часа. «Достаточно ли ясно я выразилась? – размышляла актриса. – Оставит ли Максимилиан Прэгер меня в покое? Бесчувственная… Да кто он такой, чтобы так говорить?»

Раздраженная тем, что думает об этом человеке слишком много, Карен перевернулась на живот и обняла подушку. Затем, упорно прогоняя мысли о Прэгере, она все-таки заставила себя расслабиться и закрыла глаза.

Обхватив колени руками, Макс сидел на берегу, решая, побегать ли ему еще полчасика или возвращаться в «Маджестик» к завтраку. Утро казалось сказочным. Солнце, едва поднявшись над сверкающим Средиземным морем, окружало бухту и сонную гавань бледно-золотой дымкой. «Скоро, – подумал он, – на тихую набережную хлынут полные надежд покорители Голливуда, кто больше, а кто меньше выставляя напоказ свою наготу, вездесущие фотографы и толпы энергичных туристов, кажется, никогда не устающих удивляться и восхищаться».

Максимилиан не понимал, к чему вся эта суета, и, будь другие обстоятельства, уже вернулся бы домой. Но сейчас… Он вдохнул полной грудью, наполняя легкие свежим соленым воздухом. Сейчас здесь Карен Ричардс.

– Вы Макс Прэгер, не так ли?

Обернувшись, он увидел высокого стройного человека. На незнакомце были розовый галстук с широкими, как у шарфа концами, заправленными за ворот расстегнутой серой рубашки, военно-морской китель, мятые, как и вся одежда, дорогие серые брюки и легкие белые кожаные туфли. Хотя глаза его были скрыты под темными очками от солнца, что-то в этом самодовольном красивом лице, тщательно завитых редеющих волосах и высокомерном тоне сразу внушило Максу антипатию.

– Что вам угодно? – спросил он.

Мужчина насмешливо улыбнулся и представился:

– Я – Нейл Хаммонд.

Макс надел бейсбольную кепку и прищурился. Ему показалось, что он откуда-то знает этого человека. Наверное, какой-нибудь актер, но явно не из тех, с кем приходилось встречаться недавно…

– Чем могу быть вам полезен, мистер Хаммонд?

Макса так и подмывало послать этого малого куда подальше. Но вдруг он окажется другом Стью?

– Я – бывший муж Карен Ричардс.

На мгновение Макс застыл; он вспомнил, что читал где-то о ее коротком браке с актером.

– И что же вы от меня хотите?

– В общем, так, – начал мужчина, слегка пошатываясь, – мне известно о тех неприятностях, которые вы причинили ей несколько лет назад. И я намерен позаботиться о том, чтобы впредь этого не случилось.

Этот осел начинал действовать ему на нервы, но внешне Макс оставался спокоен.

– Это что? Дешевый трюк, чтобы привлечь публику? – тихо спросил Макс и взглянул на набережную, надеясь, что там еще нет любящих подобные сцены фотографов; возможность впутаться в глупый скандальчик с этим актеришкой его совсем не прельщала.

– Это вовсе не трюк. В утренней газете я видел вашу с Карен фотографию, и позвольте заметить, что я не дам вам снова обидеть Карен.

От запаха перегара Макс поморщился. Ничтожество! Мало того, что он пьян, так еще и на драку нарывается…

Как ни хотелось Максу проучить наглеца, он заставил себя сдержаться. В любую минуту на пляже могут появиться жадные до «жареного» репортеры, и, если увидят, как он бьет морду ревнивому экс-мужу Карен Ричардс, это не принесет пользы ни ей, ни самому Максу.

– И кто же назначил вас на роль ангела-хранителя?

Ироническая улыбка сразу исчезла с лица Нейла Хаммонда.

– Да будет вам известно, мы с Карен остались друзьями. Мне небезразлично то, что с ней может случиться. Или, в данной ситуации, я озабочен тем, чтобы с ней ничего не случилось. – Нейл громко рыгнул. – Так что на вашем месте, уважаемый, я бы поостерегся, поскольку в противном случае я…

Этого Максу оказалось довольно. Пьян он или нет, но этот приятель явно злоупотребил его терпением. Схватив Хаммонда за грудки, Макс рывком притянул его к себе.

– Что в противном случае?

– Убери руки! – завопил Хаммонд.

Макс не ослабил хватку.

– Слушай, пьянь, плевать я хотел на то, кто ты такой и что тебе известно. Раз уж ты вздумал меня запугивать, позволь тебе кое-что сказать. Еще не родился человек, который посмел мне угрожать и не поплатился за это. – И так резко отпустил Хаммонда, что актер чуть не упал. – Пользуйся моей добротой, парень, и не путайся у меня под ногами. А не то смотри – пополам переломлю. – Последнюю фразу заглушил шум прибоя, но по тому, как внезапно побледнело лицо Нейла Хаммонда, Максу стало ясно, что тот все понял.

Стряхнув со спортивных трусов песок, Макс отвернулся и широкими шагами сердито зашагал к отелю.

Зажав раскалывавшуюся голову руками, он сидел на постели в отеле «Мондайэл». Какого черта ему понадобилось затевать ссору с Максом Прэгером? С человеком, которого он даже не знал? Нейл действительно беспокоился о Карен и ее судьбе – особенно после всего того, что она испытала по его милости. Но чтобы выразить свою заботу, можно было найти способ и получше…

До сих пор все шло как по маслу. Он не ошибся относительно сейфа в магазине. Два дня назад Рекс передал ему кассеты вместе с фотографиями и негативами Карен. Эта услуга стоила Хаммонду десять тысяч долларов, половину из которых пришлось «позаимствовать» у самой Карен. Вторую половину он наскреб, опустошив свой банковский счет и заложив часы фирмы «Ролекс».