Инсинуации - Варвара Оськина

– А пытались?

– Вы так волнуетесь обо всех своих студентах?

Послышалось хмыканье.

– Только о тех, кто мне интересен.

– Однако…

– За вами любопытно наблюдать, мисс Чейн. К тому же вдруг вы опять решите спеть, я не могу пропустить такое.

Стало тоскливо и захотелось выругаться. Но вместо сквернословия Элис в неизвестно который раз посмотрела на небо, досчитала до десяти и печально вздохнула. Риверса совершенно невозможно вывести на разговор, не нарвавшись на дебри подсмыслов. Ну не спрашивать же напрямую: «Профессор Риверс, вы цитировали строфы о возлюбленной Гайаваты, потому что я вам нравлюсь? К слову, моему мозгу вы даже очень симпатичны». Нет, это глупые фантазии подсознания. В конце концов, сколько времени у Элис никого не было? В последние дни кажется, что целую вечность.

– Вы невыносимы, сэр, – в итоге пробормотала она.

Риверс лишь фыркнул и оторвался от машины, чтобы лёгким движением отрыть вторую дверь. Он приглашающе махнул рукой.

– Садитесь, мисс Чейн.

– Я лучше вызову такси.

– Считайте, что уже сделали это. – Он обогнул автомобиль и опустился на водительское сиденье, напрочь проигнорировав любые попытки ему отказать. Однако, заметив нерешительность на лице Элис, он устало потёр глаза и наклонился так, чтобы видеть её. – Просто сядьте. Я довезу вас до дома, и мы разойдёмся.

– И всё же…

– Это не логово дракона, и я не кусаюсь, – перебил он.

Элис прикрыла на секунду глаза, снова попробовала посчитать, но послала к чертям мозги, подошла к машине и не очень элегантно упала в кожаное кресло. Всё её внимание сосредоточилось на узкой форменной юбке, которая так и норовила взлететь до ушей. Чёрт бы побрал эти спортивные машины! Дверь-крыло мягко закрылась, и щёлкнул автоматический замок, вызвав ассоциацию с крепостной решёткой.

– Я бы поспорила, – тихо пробурчала Элис, пока шарила рукой в поисках ремня безопасности. Но Риверс услышал и ответил, выруливая на дорогу:

– В вас столько яда, что это может быть опасным. А я не ем отравленное мясо.

Не выдержав накала абсурда, Эл всё же расхохоталась. Ну и как ей могло прийти в голову отказать себе в столь изысканном сумасшествии? Определённо, профессорское чувство юмора – отдельный вид запрещённых веществ. Элис покачала головой и с наслаждением протянула озябшие руки к радиатору. Риверс отреагировал мгновенно. Он увеличил температуру и повернул решётку воздуховода, пока она с любопытством осматривала интерьер.

В машине было весьма футуристично. Гладкая кожа сидений и мягкая замша салона с красной линией строчки, углепластик с хромированными окантовками кнопок, интерактивный дисплей. Машина прямиком из двадцать третьего века была чёрной не только снаружи, но и внутри, лишь приборная панель светилась ярко-алым, вновь наводя на мысль о драконе. Иллюзию дополнял огромный утробно рычавший мотор, чьё густое эхо разносилось по каменной мостовой, когда они подъехали к многоуровневой эстакаде. А ещё здесь пахло Риверсом.

– Как продвигается выпускная работа? –  неожиданно спросил профессор. Он не отвлекался от полупустой дороги и всё сильнее выжимал педаль акселератора.

Элис вздохнула и нахохлилась. Вчера, как только к ней вернулась способность мыслить, она немедленно просмотрела исправленный профессором код. До стёртых в кровь глаз досконально изучила едва ли не каждый пиксель, чтобы окончательно уверовать в собственную бездарность. Найденное Риверсом решение было тривиально простым. И глядя на изящный обходной путь, который играючи миновал возникшие в программе противоречия, Элис осталось лишь поскрипеть зубами, да проклясть свою привычку к комплексным решениям. Оптимизатор хренов…

– Благодаря вам, вполне успешно, – сердито процедила она. Однако вырвавшийся тоскливый вздох заслужил от профессора понимающий взгляд.

– Не расстраивайтесь, мисс Чейн. – Риверс снисходительно покачал головой. – Вы бы обязательно догадались сами. Мало того, уже почти сделали это, остановившись в шаге от решения.

– Зачем вы тогда помогли?

Уголки плотно сжатых тонких губ чуть приподнялись вверх, изобразив намёк на улыбку.

– Это был… интересный опыт, не находите?

Действительно, опыт и в самом деле выдался любопытный. Элис узнала много нового, в первую очередь о себе и совсем чуть-чуть о Риверсе, который, увидев её насупленное выражение лица, тихо хмыкнул.

– Ну же, я всего лишь исправил несколько досадных ошибок и соединил ваши мысли вместе, ничего больше…

– Я программирую с восьми лет, – огрызнулась она, невежливо перебив преподавателя. – Это просто недопустимо.

– Ваше самомнение сейчас затмит луну на небе. – Риверс пожал плечами, снова скосив взгляд. – Ошибаются все. Даже великие.

– Дело не в этом, – отмахнулась Элис. Вести с профессором споры уже казалось столь же естественным, как слушать нравоучения Джо или шутливо переругиваться с Генри. – Ошибиться один раз не страшно, это действительно может случиться с каждым. Хуже, когда ты видел, как ошибаются другие, посмеялся над ними, но всё равно попал в тот же капкан.

Профессор непонимающе нахмурился, и она пояснила:

– Самая первая контрольная. Вы нас предостерегали именно от излишней сложности.

Вспомнив своё коварное испытание, Риверс цокнул и покачал головой.

– Давайте поговорим об этом, когда стрелка вашего опыта настоящего программирования превысит хотя бы десятилетнюю отметку. Поверьте, взломать базы полиции много ума не надо…

– Кстати, а как вы узнали? – встрепенулась Элис, снова прерывая профессора, но он, похоже, успел смириться с её невоспитанностью. Ещё бы… После всех выходок оставалось либо убить, либо принять Эл как данность.

– А вы думали, никто не заметит исчезновения двух главных улик на основного поставщика оружия? Ваш дядюшка Кестер обеспечивал почти все преступные группировки в Бостоне, и ордер на его арест не выписали лишь потому, что кое-кто умудрился лишить следователя доказательств. А без них судья счёл выдвигаемые обвинения голословными. – Риверс усмехнулся. – Когда это случилось, меня по старой дружбе попросили посмотреть: завёлся крот среди своих, или произошёл взлом извне. Поиски были быстрыми и закончились на пятнадцатом порнобаннере, под которым и обнаружился вирусный код. Хоть с примитивными алгоритмами нашей доблестной полиции и школьник бы справился, но вы отлично замели следы. Пока ваша первая работа не попала ко мне в руки, у меня не было ни малейшей идеи, кто за этим стоял. Я не узнавал стиль, да и ярая любовь к порнографии казалась подозрительной. Остальное не так интересно. Около месяца я мучился чувством острого дежавю, пока изучал логику ваших работ и не понимал, где мог повстречаться с чем-то подобным. После чего нашёл профиль Элис Чейн на сайте фриланса, посмотрел последние проекты и – бинго.

Риверс взмахнул рукой, а Эл возблагодарила царящий в машине ночной полумрак и пожалела, что вообще задала вопрос.

– Вот чёрт… – пробормотала она, сползая чуть ниже в ковшеобразном сидении Мерседеса.

– Интересный способ заработка, мисс Чейн.

– Деньги не пахнут, – буркнула Эл.

– Я повторюсь. Из вас получилась бы отвратительная монашка.

– Мать-настоятельница никогда не рассчитывала, что я совершу постриг, – с каким-то мрачным самодовольством проговорила Элис. – Примерно с того момента, как в восемь лет меня познакомили с творчеством Оззи Осборна. Одолжив у Джо плеер, я включила соседкам по спальне «Paranoid».

Риверс фыркнул, наверняка представив себе ужас тихих послушниц. Адские гитарные риффы в сопровождении укуренного