Робкая - Девни Перри

мой стул заскрипел. Как она могла допустить, чтобы эта мысль даже пришла ей в голову?

— Нет, — заявила я. — Он этого не делал.

Я посмотрела на Хейзел в поисках поддержки, но её взгляд был обращён к её коленям.

— Он этого не делал, — повторила я.

Хейзел подняла глаза и грустно улыбнулась мне.

— Я тоже хочу в это верить. Но…

— Нет, — отрезала я. — Нет. Он этого не делал. Он бы не стал.

Тея оглянулась через плечо, чтобы убедиться, что помощник шерифа не подслушивает. Когда она увидела, что он разговаривает по телефону, она повернулась назад и наклонилась ближе.

— Он ненавидел её. Он имел на это полное право, но он ненавидел её.

— Достаточно, чтобы убить её? — прошипела я. — Это не Джексон, и ты это знаешь. Да, он ненавидел её. Но ты действительно думаешь, что он причинил бы ей боль?

Она вздохнула.

— Нет.

Я перевела взгляд на Хейзел.

— А ты?

Хейзел покачала головой.

— Нет.

— Логан?

Он тоже покачал головой.

— Тогда ладно, — я откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. — Он нуждается в нашей поддержке на все сто процентов.

В вестибюле снова воцарилась тишина, если не считать глухого бормотания помощника шерифа по телефону. Я расстегнула пальто, когда моё разочарование в Хейзел и Тее согрело меня изнутри.

Как они могли думать, что он виновен? Как они смеют? Позор им за то, что они сомневались в нём. Даже если это было всего на мгновение, это всё равно разозлило меня.

Я хотела, чтобы мама всё ещё была здесь. Она бы не предполагала худшего. Или сделала бы это? Неужели она тоже думала, что он может быть виновен? Была ли я наивна, не рассмотрев все возможные альтернативы?

Шериф Мэги был мастером в своём деле. Он бы не арестовал Джексона, если бы не было причины. Что означало, что Джексон был подозреваемым, потому что против него должны были быть какие-то улики.

Но что? Прошло два месяца с тех пор, как его мать приехала в Ларк Коув. Он не видел её с того дня, как она бросила Райдера.

Ведь так?

Неужели он снова видел Мелиссу и скрыл это от меня? Последние пару недель между нами всё было так хорошо. Мы стали ближе, чем когда-либо были, и говорили обо всём на свете. Мы были уверены друг в друге. Мы доверяли друг другу.

По крайней мере, я так думала. Итак, если он общался с Мелиссой, почему он не сказал мне об этом?

— Это не имеет никакого смысла, — пробормотала я.

— Что ты сказала? — спросил Логан.

— Это не имеет никакого смысла, — повторила я громче. — Она уехала из Ларк-Коув несколько месяцев назад. — Я посмотрела на Тею и Хейзел. — Он говорил что-нибудь о её возвращении?

Хейзел покачала головой.

— Не мне.

— И не мне, — сказала Тея. — Насколько я знаю, он не видел её с тех пор, как она уехала из города, оставив Райдера.

Если только его не подставили, это означало, что он что-то скрыл от всех нас.

Он солгал мне. Это была недомолвка, но тем не менее ложь.

Вопросы начали проноситься у меня в голове бесконечной вереницей, разделяющей их только вопросительным знаком. Когда это случилось? Как она умерла? Когда Джексон нашёл время, чтобы увидеть её?

Последние несколько дней я была с ним почти постоянно. Единственные разы, когда мы были порознь, это когда он работал в баре, а я была у него дома, занимаясь с Райдером. Так когда же? Когда он мог бы снова встретиться со своей матерью?

Он никак не мог убить её. Всё это не имело никакого смысла. Я не могла представить, чтобы Джексон причинил кому-то боль, кем бы этот человек ни был. Он редко выходил из себя. Когда он был расстроен, он не бесился. Он отстранялся.

Вот только это было не совсем правдой.

В ту ночь, когда он подумал, что я флиртую с тем парнем в баре, он набросился на меня. Он с такой яростью кидал пивные бутылки в мусорный бак, что я чуть не свалилась со стула. И он был так зол в ту ночь, говоря очень обидные вещи. Я не видела его таким ни до, ни после.

Может быть, он встретился со своей матерью, когда был пьян. Он ничего не помнил о той ночи, когда поцеловал меня этим летом. Может быть, он был пьян, когда его мать вернулась в город, и он не сказал мне, потому что не помнил.

Но когда? Когда он мог напиться? Единственная ночь, которая пришла на ум, была несколько недель назад, когда он ушёл посреди ночи и вернулся домой, пахнув выпивкой.

Я закрыла глаза, когда мой желудок скрутило.

О, нет. Джексон, что ты наделал?

Тот телефонный звонок, который он назвал случайным, должно быть, был от его матери. Это было единственным объяснением.

Я отсчитала выходные дни на пальцах, считая в обратном порядке. Этот звонок поступил перед Днём благодарения, в середине ноября. Это было почти три недели назад.

Три недели, и всё это начало приобретать больше смысла.

Он вёл себя отстранённо. Он был краток и резок. Он пытался разлучить нас. Было ли всё это вызвано возращением его матери в Ларк-Коув?

Ничего из этого не имело никакого смысла. Джексон не был убийцей. Он был милым, любящим и добрым. Он бы не поступил так со мной, и уж точно не поступил бы так с Райдером. Что-то не сходилось.

Если бы я могла просто поговорить с Джексоном, мы бы во всём разобрались.

Я встала со своего места и подошла к стойке регистрации, слегка помахав помощнику шерифа, когда подходила.

— Мне жаль, мэм, — сказал он. — У меня нет для вас новостей.

— Всё в порядке, — я посмотрела за его спину. Разделявшая нас стойка тянулась по всей длине небольшого вестибюля, эффективно создавая барьер для остальной части здания. Было невозможно попасть в участок, пока дежурный не откроет дверь.

Я с тоской уставилась на дверь, желая пройти через неё и найти Джексона. Моё внимание вернулось к помощнику шерифа как раз в тот момент, когда Портер и шериф Мэги появились из дверного проёма за его спиной.

Сначала я перевел взгляд на Портера, надеясь увидеть что-то многообещающее в выражении его лица. Но он не удостоил меня даже взглядом, когда передавал папку помощнику администратора.

— Привет, Уилла, — шериф Мэги протянул руку через стойку.

Я слегка улыбнулась ему.

— Здравствуйте, шериф Мэги.

Прошло много времени с тех пор, как