Я все еще тебя (не)люблю (СИ) - Галина Джулай

Он больше не живёт в нашем городе. Он женат. Наташе я запретила говорить о нём. Слишком больно. Все ещё больно. А ведь я пыталась. Правда, пыталась устроить личную жизнь здесь. Не сразу, первый год и думать об этом не могла, потом решила нужно попробовать. И парней, что хотели бы мне в этом помочь, за эти годы было достаточно. Кто-то красиво ухаживал. Кто-то пытался взять нахрапом. С кем-то действительно было интересно общаться. Но все они не могли заменить Кирилла. Даже поцеловать себя никому не позволила, заслужив себе звание самой непреступной девушки.

Я ведь не удалила ни одно его фото, и как последняя мазохистка, рассматривала их перед сном. Особенно любила пересматривать видео, где мы дурачились на камеру. Это было словно в прошлой жизни и не со мной. Там я улыбалась и была счастлива. Сейчас я улыбаюсь, скорее, по привычке. Ведь если улыбаешься, значит, все у тебя хорошо, а значит, и в душу никто не полезет. В Америке так принято, всегда улыбаться.

— Ксюша, — нас с родителями догоняет Диего. Парень, что пытался ухаживать за мной последние полгода. — Подожди.

Останавливаюсь, даю возможность ему подойти ближе.

— Поздравляю, — улыбается парень. — Это тебе, — он протягивает небольшой подарочный пакетик. Внутри лежит бархатный футляр, а в нем дорогая фирменная ручка, очень красивая.

— Спасибо, не стоило.

— Стоило. Хочу, чтобы ты вспоминала обо мне. Или, может, все же останешься? — с надеждой уточняет он.

— Нет, Диего. Я хочу домой. Спасибо. Всего тебе хорошего!

— Я могу тебя обнять? — я киваю, и парень крепко прижимает меня к себе. Чувствую, как втягивает носом мой запах. — Я люблю тебя, Ксюша, — шепчет тихо, но мое сердце молчит и даже не сбивается с ритма.

— Прощай, Диего, — говорю я и освобождаюсь из его рук.

Мы проводим с родителями пару дней на берегу океана, а затем летим домой.

Слышать родную речь повсюду немного непривычно. Как и говорить на ней так много, изо рта так и сыплются английские слова. Несколько часов из аэропорта — и вот я дома. Мне кажется, город изменился, и я не могу оторвать своего взгляда от окна. Вот торговый центр, в котором мы любили гулять с девчонками. А вот там наш универ.

Наша квартира совсем не изменилась. На глаза навернулись слёзы.

— Милая, ты чего? — мама обняла меня.

— Я так рада, что вернулась, — всхлипнула носом.

— Девчонки, вы чего сырость разводите? — папа внёс последний чемодан, а потом обнял нас с мамой. — С возвращением, милая, — и поцеловал меня в висок.

Я подошла к двери своей комнаты. Но входить не спешила. Сердце ускорило бег, а пульс застучал в висках. Меня охватило дикое волнение. Я понимала, что это глупо и этого просто не может быть, но всё же… Я вошла в комнату, обвела ее взглядом. Мама ничего здесь не трогала, словно меня всего пару дней не было. Но меня интересовало только окно. Я подошла и отодвинула тюль, а затем быстро нашла окно его спальни в доме напротив. Я не знала, принадлежит ли та квартира до сих пор Кириллу или он ее продал, но все равно всматривалась в его окно.

— Я вернулась, а ты? — прошептала одними губами.

Наверное, он ненавидит меня за то, как я с ним обошлась, а может, даже не вспоминает и живёт в свое удовольствие с той брюнеткой. Я видела их свадебное фото. Потом всю ночь рыдала, а утром пропустила занятия.

Девочки обрывали телефон, они знали, что я вернулась, и хотели встретиться. Даже Наташа обещала приехать.

"А может, лучше вы к нам? У нас все-таки природа и места много."

Предложила она в чате. В итоге решили, что так и поступим. Договорились встретиться в ближайшие выходные.

Мне очень хотелось знать, знает ли Кирилл, что я вернулась, но я побоялась спросить. И просить Наташу, чтобы она ни в коем случае не говорила, тоже постеснялась. Ему, может, и дела нет, а я тут строю из себя… Почему рассудку не победить волю сердца? Почему оно диктует свои условия и никакие доводы не способны его убедить? Эти вопросы навсегда останутся без ответа.

К Наташе ехали на одной машине. Впереди уже с заметным животиком сидела Мила, а за рулём ее Митя. Мы с Лоркой устроились сзади. Всю дорогу болтали без умолку, особенно Лора. У неё как всегда была куча новостей. Я вдруг поняла, что улыбаюсь искренне впервые за долгое время.

Нас встречало все семейство. Наташа, по-прежнему худенькая, рядом со своим Матвеем смотрелось просто тростинкой. Матвей на руках держал сына, свою уменьшенную версию. В этом месяце ему исполнится три года. Как же я рада была их видеть! Даже не думала, что так соскучилась.

Мы приехали в первой половине дня, поэтому все происходило без спешки. Мы вместе готовили, потом устроили обед в беседке. А вечером ходили на озеро. Эти места навивали воспоминания, флешбеками в голове возникали картинки. Но я прилагала максимум усилий, чтобы не поддаваться ностальгии. Не вспоминать время, проведенное здесь с Кириллом.

Когда Мила и Митя засобиралась домой, а с ними и Лора, Наташа уговорила меня остаться.

Матвей пошёл укладывать Глеба, а мы с Наташкой устроились на кухне, открыв бутылку вина.

— Давай за встречу, — сказала Наташа, и мы чокнулись бокалами.

— Ты уже думала, где будешь работать?

— Нет. Хочу немного побездельничать.

Наташа молча сделала несколько глотков:

— Можно, я спрошу?

— Спроси, — сегодняшний день меня так расслабил, что я не ожидала подвоха, а зря.

— Ты его ещё любишь?

— Наташа, это не имеет никакого значения, — я залпом выпиваю остатки вина из бокала.

— Имеет. Он мой брат, ты моя подруга. У Глеба скоро день рождения. И что, мне нужно будет выбирать, кого приглашать, а кого нет?

— Кирилл — семья, поэтому выбор очевиден. А я могу приехать и на следующий день, — предлагаю вариант.

— Нет, лучше не надо, — услышали мы голос Матвея. Мы замолкаем и прислушиваемся. — Просто, поверь… Нет, мне не жалко… — он с кем-то спорил по телефону и пытался в чем-то убедить своего оппонента. — Смотри, сам не пожалей. Я предупредил… Всё, как знаешь. Пока.

— С кем это ты? — спросила Наташа, но Матвей отмахнулся. Мы засиделись почти до двух часов ночи, поэтому, стоило мне коснуться подушки, я тут же уснула.

67 глава

Кирилл

— Боже, как же ты меня достала! — ору на Марьяну. Хватаю ключи от машины и выхожу из дома.

Три года. Я живу с этой женщиной три года. И никак не