Пейдж Тун - В погоне за Дейзи

— Он был слишком горд, чтобы за ней бегать, — наконец продолжает бабушка. — И Стеллан выглядел очень устрашающим.

— Что случилось с Андреа?

— Он женился на местной девушке и жил простой жизнью здесь в горах.

— Как он умер?

— От рака. Долго болел, прежде чем ушел в мир иной.

— И у них не было детей? — Да-да, мама сказала, что не было, но я хочу удостовериться.

— Нет. Детей не было. — Пауза. — Знаешь, твоя мама не смогла бы с этим справиться.

— С чем?

— С уходом за ним. Она не из таких. Всегда искала чего-то лучшего, лучшей жизни для себя. Ее сводило с ума то, что все эти годы я и твой дедушка жили здесь. Когда Карло умер, она хотела, чтобы я переехала в Нью-Йорк.

— Неужели? — Не могу представить бабушку в Нью-Йорке.

— Да. Конечно, я отказалась. Хотя меня подмывало согласиться, просто чтобы позлить твоего отца.

Я отвожу взгляд.

— Прости, — извиняется бабушка. — Я не должна плохо о нем говорить. Он ведь твой отец.

— А так ли это?

Бабушка внимательно меня разглядывает.

— Мне кажется, да. Ты совсем не похожа на Андреа. Думаю, у тебя нос как у Стеллана.

Не могу не фыркнуть от такого банального сходства.

               * * * * *

Возвращаюсь в Англию четыре дня спустя.

— Ты читала газеты? — спрашивает Холли, как только мы усаживаемся на диване, наполнив бокалы хорошим вином.

— Нет? А что?

— Боже, они все о Луише, Луише, Луише.

Я с досадой вздыхаю.

— Почему бы им просто не оставить его в покое?

— Нет-нет, — взволнованно говорит Холли. — Они все теперь им интересуются. После того результата на последней гонке, когда он сбежал после церемонии вручения наград и на следующий день появился в аэропорту с гладко выбритым лицом. Такое ощущение, что он заново родился. Журналисты только о нем и пишут!

— Серьезно?

— Ага. Ух, все остальные гонщики опять будут завидовать.

— Завидовать? Почему?

— Дейзи, ты совсем оторвана от реальной жизни! Он был таким популярным, когда только начал участвовать в «Формуле-1». Все остальные пилоты ощущали серьезную угрозу!

— Ах да! Э-э… Кто-нибудь знает, куда он сбежал после гонки? — нерешительно спрашиваю я.

Холли ухмыляется.

— Он поехал навестить тебя, да?

Я смущенно киваю.

— Элли рассказала Саймону о том, что Луиш просил узнать твой адрес, поэтому он не волновался.

— Кто-нибудь еще в курсе?

— Нет. Только я, Саймон и Элли. И все же, черт возьми, Дейзи. Что ты ему сказала, что он так ожил? Саймон вне себя от счастья! Он уже думал, что Монца — последний шанс Луиша!

— Серьезно?

— Да! И как бы там ни было, ты спасла ему задницу. Надеюсь, он понимает.

— Думаю, да, — тихо отвечаю я. — Давай, рассказывай, какие еще новости? — Я действительно не желаю больше обсуждать Луиша.

               * * * * *

На следующей неделе одна из коллег Холли в столовой звонит и сообщает, что заболела и не выйдет на работу. Холли спрашивает, не могу ли я ее подменить. Я никогда раньше не бывала в штаб-квартире команды и очень хочу ее увидеть, так что сразу соглашаюсь.

Такое ощущение, словно я в фильме о Джеймсе Бонде: все такое черное, белое, золотое и блестящее. Приходится миновать несколько пропускных пунктов, прежде чем наконец я добираюсь до священной двери. Штаб-квартира команды огромная, и гоночные автомобили прошлых сезонов стоят в ряд на блестящем бетонном полу. Быстро прохожу мимо, не желая знать, есть ли здесь одна из старых машин Уилла.

Так называемая столовая похожа на мишленовский ресторан, поэтому здесь нет завернутых в бумагу бутербродов с сыром и маринованными огурцами. К счастью, в фирме Фредерика и Ингрид я прошла обучение по английскому методу обслуживания (это когда официант раскладывает еду на блюда прямо у столика клиента), ведь сегодня на встречу за обедом придут несколько самых важных спонсоров, а Холли попросила, чтобы я подавала еду вместе с ней. Мы выкладываем свежевыпеченные булочки в зале заседаний, где они обедают, когда дверь открывается настежь и входит Луиш.

С удивлением поднимаю глаза. За столом есть свободное место, но я и не подозревала, что оно для него.

— Простите за опоздание, — извиняется Луиш перед спонсорами. — Ужасные пробки.

— Ничего страшного, — заверяет Саймон, показывая на стул Луиша. Тот садится, потом видит меня и вздрагивает.

— О, привет! Не знал, что ты здесь работаешь.

— Просто помогаю, — смущенно отвечаю я, потому что теперь все смотрят на меня, а до этого я была лишь безликой официанткой. — Черный, белый или с отрубями? — предлагаю я, поднимая корзинку с хлебом.

— Нет, спасибо.

Одаряю его строгим взглядом.

— А, тогда ладно. Вон тот, там. — Луиш показывает на хлеб с отрубями. Краем глаза вижу, что Саймон усмехается.

— Как Италия? — спрашивает меня Луиш. Все слушают.

— Отлично, отлично, — быстро заверяю я и вслед за Холли выхожу из зала. Мы возвращаемся через несколько минут с закусками из копченого лосося.

— Спасибо. — Луиш глядит на меня и ухмыляется. В его темно-карих глазах снова появились знакомые огоньки. Стараюсь сохранять невозмутимый вид, пока подаю закуску соседу Луиша. Норм Геллтрон — управляющий директор и человек, вкладывающий в нашу команду основную часть денег.

— Луиш, мне нравится твой новый помолодевший вид, — говорит Норм с сильным американским акцентом.

— Это все она. — Луиш показывает на меня пальцем.

— Правда? — с интересом уточняет Норм.

— Ага. Ну, на самом деле, это ее бабушка сбрила мне бороду.

Все дружно ахают.

— Твоя бабушка, да? Тогда вы двое хорошо знаете друг друга? – подмигивает мне Норм.

Двенадцать пар глаз теперь направлены на меня. Прежде я была невидимкой, теперь оказалась в центре внимания.

— Гм… — начинаю я.

— Мы друзья, — перебивает Луиш. — Да, Дейзи? — Он поднимает одну бровь и кладет в рот кусочек лосося.

— М-м-м, да, — бормочу я, покраснев от смущения, но втайне польщенная.

Холли улыбается, когда я спешу выйти из комнаты.

— Друзья? — повторяет она, как только мы оказываемся за дверью. — Подумать только, было время, когда ты его ненавидела.

— Ничего подобного, — отрицаю я.

— Ну конечно, — язвит Холли.

Десять минут спустя мы возвращаемся, чтобы забрать тарелки. Луиш отдает пустую.

— Смотри! — Луиш доволен собой, как восьмилетний ребенок.

— Молодец, — улыбаясь, бормочу я.

— Дейзи старается заставить меня нормально питаться, — говорит Луиш всем.

— В самом деле? — рокочет Норм. — Черт возьми, Дейзи, кажется, ты замечательная женщина.