Джилл Мэнселл - Только ты и я

— Я не люблю, когда пропадают продукты. И было вкусно. — Он тяжело вздохнул и схватился за живот. — Боже, как же больно. Знаешь, сколько раз меня выворачивало?

— И знать не хочу, благодарю покорно. Мне просто интересно, как мы сегодня будем работать. Мне одной не справиться с Джеми и Тэнди.

— Знаю-знаю. Отвези Лу в школу, а я пока что-нибудь придумаю. — Макс через стол потянулся за своим мобильником и устало поднялся на ноги.

Тут в кухню ворвалась Лу и резко остановилась при виде отца.

— У-у-у, пап, ты весь зеленый!

— Я тоже тебя люблю.

— Это все сычуаньская кухня?

Макс кивнул:

— Вероятно.

— Ой, пап, бедненький! Но мы же говорили, что тебе от нее будет плохо.

— Да. Спасибо, что указала мне на это. Еще раз.

— А ты все твердил, что ничего не будет. Значит, мы были правы, — уверенно заявила Лу, — а ты ошибался.

— Знаешь что? — Макс попытался шлепнуть ее, но промахнулся. — Я всегда могу отдать тебя на удочерение.

К тому времени, когда Тилли отвезла Лу в школу и вернулась, Макс уже обо всем договорился.

— График слишком плотный, чтобы его можно было менять. Так что я позвонил Джеку. Он уже едет сюда.

Только этого ей не хватало. Теперь плохо не одному Максу. Однако при сложившихся обстоятельствах у нее не было выбора.

Джек приехал через десять минут. Макс открыл свой альбом с проектами и прошелся по списку работ, требовавших завершения.

— Никаких проблем. Все сделаем. — Просмотрев подробные планы, Джек закрыл альбом и сунул его под мышку.

— Спасибо, — простонал Макс.

— Люблю приходить на помощь и спасать положение.

— Ага, как же. Просто тебе хочется взглянуть на дом Джеми Майклса.

Джек улыбнулся:

— И это тоже. А знаешь, ты все зеленеешь и зеленеешь.

— Господи, ну вот опять. — Выпроваживая их, Макс с мукой в голосе произнес: — Катитесь к черту, вы, оба. Дайте мне спокойно поболеть.

Когда они загрузили все необходимое в мини-вэн Макса, зазвонил телефон Джека. Тилли пришлось стоять рядом и слушать, как какая-то девица изо всех сил пытается уговорить его вывести ее в свет завтра вечером. Джек мягко, но твердо отказал ей.

— Видишь? — с самоиронией проговорил он, убирая телефон в карман. — Я могу сказать «нет», когда хочу.

— Это просто чудо.

— А как же вечер прошлой субботы? Признай, — продолжал Джек, — ты ожидала, что я приду с совершенно другой спутницей, верно? А я не пришел. Моника сказала, что, вероятно, будет очень весело, и я пригласил ее, и мы…

— Ты мог бы прекратить? — Отступив на шаг, Тилли подняла вверх руки. — У нас на сегодня масса работы, и это здорово, поэтому давай, прошу тебя, говорить только о работе — у меня нет желания выслушивать рассказы о твоей светской жизни.

— Но…

— Я говорю серьезно. Извини. — Она улыбнулась, стараясь смягчить свою резкость. — Дай мне слово, иначе я не сяду в машину.

Ошарашенный, Джек проговорил:

— И даже…

— Я говорю абсолютно серьезно. — Тилли прочно стояла на своем.

Она кивнула, давая понять, что иных вариантов быть не может.

Она действительно была настроена серьезно. Находиться в его обществе и так было нелегко, поэтому она нуждалась в гарантиях, что он не выйдет за рамки деловых отношений.

Джек несколько секунд пристально смотрел на нее. Она не моргнув выдержала его взгляд. Наконец он пожал плечами и сказал:

— Замечательно.

Первым признаком того, что что-то случилось, стал повышенный уровень активности у ворот.

— Здесь всегда так много папарацци? — удивился Джек, когда они проехали мимо толпы.

— Нет. — Служба безопасности узнала машину Тилли и открыла ворота.

— Привет! Что здесь творится? — спросила Тилли, когда Тэнди встретила их у открытой двери. Тут она заметила осунувшееся лицо Тэнди, ее покрасневшие глаза и руку, которую та не отнимала ото рта. — Господи, что произошло?

— Помолвка разорвана. Джеми трахнул какую-то шлюху. Проходи. — Тэнди посмотрела на Джека, который выгружал из машины покрытые слоем платины стенные скульптуры. — Кто это?

— Джек Лукас. Макс отравился. Боже, просто не верится, что Джеми так поступил. Он здесь?

Тэнди с несчастным видом покачала головой. У нее из глаз снова хлынули слезы.

— Он уехал вчера вечером. Я сказала, что больше не хочу его видеть. Неужели ты не знала? Чаю хочешь?

Тилли прошла вслед за ней в просторную кухню. Центральный остров был завален сегодняшними газетами с фотографиями сияющей и счастливой Тэнди. Живая же Тэнди, без макияжа, в яркой розовой толстовке, то и дело рукавом вытирала глаза.

— Ох, взгляни на себя. — Искренне сочувствуя ей, Тилли обняла Тэнди. — Какой мерзавец. Ты такое не заслужила.

— Знаю. И она, в общем, даже не очень красивая, вот в чем дело. Просто какая-то мелкая шлюшка, которая танцует у шеста и думает, что от нее все без ума. Это… Господи, это так унизительно.

Тилли похлопала ее по худеньким плечикам. Надо же, а она завидовала, что Тэнди познакомилась с Джеми и они полюбили друг друга! Что ей всего девятнадцать и она живет как в сказке. И вот теперь все кончилось.

— Как он мог так со мной поступиииить? — зарыдала Тэнди. — Мне хочется кричаааать!

Ой, аж уши закладывает.

— Я тебя понимаю. — Тилли повернулась к Джеку, который стоял в дверном проеме. — Эти скульптуры для хозяйской спальни. Поднимись по лестнице, там налево, четвертая дверь справа.

— Привет. Сожалею по поводу Джеми, — обратился он к Тэнди и спросил: — Значит ли это, что пятничная вечеринка отменяется?

Надо же, здесь горе, а его волнуют такие мелочи. Тилли сердито посмотрела на него — вечеринка вообще его не касается!

— Естественно, отменяется. — Тэнди окинула его холодным и безразличным взглядом. — Предполагалось, что это будет прием в честь помолвки. — Она подняла левую руку и показала, что на пальце нет кольца. — Ведь я больше не обручена.

Вечеринки точно не будет. Тилли было жалко Тэнди, но ей было жалко и себя. Значит, зря она покупала платье, худела до девятого размера. Значит, не будет светского общения со знаменитостями, значит, она лишилась единственного шанса оказаться на страницах «Хай!».

Джек же тем временем качал головой.

— Дело в том… прошу прощения, но Макс говорил, что какой-то журнал покупает права на вечеринку и что из гонорара будет оплачен счет Макса.

— Вееерно. — Тэнди медленно кивнула.

— Следовательно, если не будет вечеринки, не будет и денег от журнала. Я не хочу показаться грубым, — продолжал он, — но у нас могут возникнуть проблемы.