Ева Геллер - Потрясающий мужчина

Еще Таня сказала, что в этом отеле боялась бы подцепить блох или какой-нибудь вирус.

— Тут не так уж и грязно, — запротестовала во мне уборщица.

— Таня абсолютно права. Даже если дома постоялец неряшлив и живет в грязи, здесь он должен попасть в стерильную чистоту. В любом случае, мы наймем еще одну уборщицу.

— Хорошая идея, — поддержала я. Это и в самом деле не повредит.

— Разумеется, мы не можем содержать много персонала и не повышать при этом цены. А для таких отелей, как наш, существуют строгие лимитные рамки. Таня говорит, что если я и дальше буду вынужденно работать коммерческим директором, то загублю свою жизнь. Поэтому я решил, что здесь все должно измениться. — Его губы расползлись в улыбке при воспоминании о великолепной Тане. По-моему, он был одурманен своим лосьоном.

— Раз уж убираться надо лучше, я прямо сейчас и начну, — объявила я.

Но Руфус никак не мог прервать дифирамбы Тане.

— Таня говорит, что сейчас дают кредит на ремонт общественных помещений на оптимальных условиях. И отель надо превратить в нечто приличное. Таня работает в банке и знает, как подступиться к таким вещам.

Во мне зрело недоверие к людям, которые за один уик-энд меняют свое мнение. Еще в пятницу Руфус ждал, когда все тут развалится, чтобы покинуть сцену.

— И что, Таня возьмет на себя оформление ссуды? — во мне проснулась зависть. — И подготовку документов?

— Мы решили, что этим могла бы заняться ты, ты ведь дизайнер по интерьеру.

Что-то мне не понравилось, как он это сказал. Целый год Руфус жил в этой развалюхе, отказывался переделать даже мелочь. Потом вдруг Таня улыбнулась ему — и все уже должно измениться. И то, что я могу принять в этом участие, он сказал как бы между прочим, словно это какой-то пустяк. Такие люди всегда говорят, что сделать это — одно удовольствие, имея в виду, что такая работа не должна оплачиваться.

— А Таня сказала, сколько это может стоить?

— Она проработает предложения по кредитам. Мне нужны основания, чтобы поговорить об этом с хозяйкой. Это самое важное.

— Желаю удачи. — Я предоставила Руфусу мечтать об элегантной Тане, жаждущей изменить его жизнь.

Под завывания пылесоса я погрузилась в размышления Если этому проекту вдруг суждено осуществиться, его надо делать не кое-как и не по-любительски. И я смогла бы все это проделать на самом высоком уровне с помощью Бенедикта и дяди Георга. Если бы дядя Георг взял меня на работу ведущим дизайнером-оформителем, меня принимали бы всерьез и соответственно оплачивали. Для госпожи Шнаппензип это тоже было бы выгодно: через дядю Георга я получила бы лучших рабочих, солидные закупочные базы и скидки.

В обеденный перерыв я позвонила Бенедикту. Он не пришел в восторг: — Каждому, кто видит этот отель, приходит в голову мысль, что он нуждается в ремонте. У нас и так достаточно дел и без сенсационных идей твоих друзей. Если хозяйка до сих пор ничего не предпринимала, почему вдруг сделает сейчас? Только из-за Тани?

Со вздохом я была вынуждена согласиться, что все это проблематично.

— Подожди сначала, что скажет хозяйка!

Придя в среду утром, госпожа Шнаппензип отнеслась к идее с огромным энтузиазмом.

— Великолепно! — воскликнула она. — Я все время думала, что из отеля нужно сделать что-нибудь приличное. — И если молодая дама из банка действительно вызывает доверие, как считает Руфус, то она готова обсудить любые предложения. Впрочем, у нее абсолютно нет времени этим заниматься. И просто замечательно, что у меня такие тесные контакты с престижной строительной фирмой. А потом она сказала мне буквально следующее:

— Этим должны заняться вы! Я вижу, что искусство у вас в крови!

От радости я была даже не в состоянии согласно кивнуть головой.

Когда я позвонила Бенедикту, он осторожно заметил:

— Подожди еще, даст ли банк деньги.

Книга вторая

50

Эта пятница выдалась для меня на редкость удачной — наверное, самым удачным днем с тех пор, как мы переехали сюда. Утром госпожа Шнаппензип осчастливила нас коротким лихорадочным визитом: госпожа Кафель — то есть Таня — позвонила ей, что сегодня вечером лично занесет в отель предложения по кредитам. У нее самой, к сожалению, нет времени, и ее интересы будет представлять Руфус.

— Да, я знаю, что госпожа Кафель придет сегодня вечером, — только и ответил Руфус.

Потом госпожа Шнаппензип поблагодарила меня за активную работу. Я нашла это некоторым преувеличением, но все равно обрадовалась.

Окрыленная ее похвалой, я в обед поехала на автобусе в магазин, в витрине которого уже два дня висело очень оригинальное пальто. Оно было уценено, но из автобуса невозможно разглядеть цену. Я молилась Богу, чтобы оно не оказалось чересчур дорогими для скромной горничной. Пальто было широкое, летящее, ярко-синего цвета. Не вечно же носить черное!

К счастью, оно было еще на месте, уцененное с восьмисот до двухсот пятидесяти марок. А по виду не скажешь. Чистая шерсть! В этом пальто я чувствовала себя на седьмом небе. Естественно, прямо в нем и пошла обратно в отель.

Даже Руфус издал восторженное «О!», когда я вплыла в унылый холл отеля.

Таня тоже нашла новое пальто шикарным. Она пришла в шесть, с элегантным портфелем на двух длинных ремешках — именно таким, что подходит деловой женщине.

Мы сели в уголочке за загородкой господина Хеддериха, и Таня вытащила из своего портфеля пачку компьютерных распечаток.

— Максимальный кредит, который мой банк готов дать отелю «Гармония». — Она сделала паузу, наклонилась к Руфусу, посмотрела ему в глаза и сказала: — Три миллиона.

Астрономическая цифра парила в воздухе, словно в отель залетел НЛО.

— Это безумие, — выдавил Руфус.

— Правильно, это безумие, — серьезно подтвердила Таня, — но я говорю о максимуме и называю ее только затем, чтобы ты убедился: я доказала банку, что у проекта «Отель «Гармония» есть будущее и он достоин кредита. Но такой высокий кредит разорил бы отель, скажу тебе честно. — Она вытащила еще одну компьютерную распечатку. — Я просчитала различные суммы кредитов на различные сроки и рекомендую кредит максимум в один миллион на срок минимум пятнадцать лет.

— Это тоже безумие, — пробормотал Руфус.

— Это реально. Кредит не требует вложения собственных капиталов, и условия вполне благоприятные.

— Когда такой кредит считается выплаченным? — поинтересовался Руфус. — Я могу рассчитать время распада горных пород. Но только не кредита.