Безжалостное правление - Моника Кейн

— Черт, — прохрипел он себе под нос.

Тяжело дыша, он отстраняется от меня и отвечает на звонок, его эрекция все еще крепко прижата к моей заднице. Что бы он ни услышал на другом конце линии, он встает и берет меня за волосы.

— Возьми себя в руки, — рявкает он. — Мы уходим. — Он засовывает пистолет, который дал мне Роман, в заднюю часть брюк. — И запомни: не будешь вести себя хорошо, и твоя сестра заплатит. Все просто. Понятно?

Я киваю.

Никогда в жизни я не чувствовала себя такой беспомощной.

46

Роман

— По сравнению с этим местом наш офис выглядит как Букингемский дворец, — бормочу я, когда мы проезжаем мимо штаб-квартиры Братства Жукова — заброшенного магазина на окраине Петербурга.

Люди Виктора уже несколько часов наблюдают за зданием. Все их лучшие лейтенанты сейчас внутри, несмотря на ранний час.

Павел ухмыляется.

— Может, в этом и есть смысл.

С заднего сиденья Савин передает нам кевларовые жилеты и коммуникаторы. Быстрый взгляд в зеркало бокового обзора подтверждает, что наши люди находятся в фургоне позади нас, ожидая моего сигнала двигаться. Мы едем вооруженные до зубов и готовы вступить в бой, если не получим ответов. Так или иначе, сегодня вечером правда выйдет наружу.

Виктор ненадолго поднимает взгляд от своего компьютера.

— Вы можете войти в здание через боковую дверь. Судя по тепловым сигналам, периметр патрулирует всего несколько охранников. Большинство, похоже, находится в подвале.

— И оба брата там? — спрашиваю я, досылая патроны в магазин своего пистолета.

Виктор кивает.

— Сергей здесь уже несколько часов, а Николай приехал совсем недавно.

Я снова проверяю свой телефон.

Павел хмурится.

— Что случилось?

Я качаю головой и вставляю наушник на место.

— Я думал, что уже получу весточку от Феликса.

Павел поджимает губы.

— Дай ему еще немного времени. У него наверняка полно дел с Софией.

Я стряхиваю с себя тревожное чувство, терзающее мое нутро. Павел, вероятно, прав.

Я отправляю Лизе быстрое сообщение, чтобы она знала, что со мной все в порядке, но не ожидаю, что мне ответят. Сейчас самый рассвет, так что я уверен, что она спит.

— Парни, вы готовы к этому? — спрашиваю я своих людей. Ждать бессмысленно. Пора входить, пока Жуковы не пронюхали о нас.

Сделав последний жест, мы выходим в утреннюю темноту.

Здание затихает, когда мы проскальзываем через боковой вход, и каждый уходит на свою позицию с практической тишиной.

Я первым спускаюсь по лестнице, когда на моем пути встает охранник Жукова. Он ругается, глаза его расширяются, но он не успевает поднять пистолет, как Павел выходит из-за моей спины и всаживает ему две пули между глаз. Савин оттаскивает тело мертвеца с дороги, и мы продолжаем спуск.

Воздух становится все холоднее, в нем ощущается затхлый запах старого подвала и слабый привкус гнили. Похоже, когда-то здесь был какой-то подпольный социальный клуб. Мы обходим захламленные столы и стулья, осторожно продвигаясь вперед.

Я останавливаюсь на месте, когда мое внимание привлекает резкий, горячий обмен гневными голосами. Я подаю знак своим людям прижаться к стене и слушаю, как разгорается спор и голоса рикошетом отлетают от стен подвала.

— …Не надо было впутывать нас в эту грязь! — рычит один из них. — Я бы никогда не согласился на это дерьмо, и ты это знаешь. Ты действовал за моей спиной.

— Власть любой ценой, Николай. Ты сам меня этому научил!

Мои пальцы сжимаются вокруг оружия, металл внезапно становится холоднее и тяжелее. Взгляд в сторону Павла подтверждает, что он удивлен не меньше.

Жуковы — не самая счастливая семья.

— Помни, с кем ты говоришь, Сергей. Мне все равно, что ты мой брат. Я сделаю то, что должно быть сделано. Я руковожу этой братвой, я заключаю сделки, а не ты. Если у тебя с этим проблемы, советую тебе пересмотреть свою позицию, иначе ты окажешься не на той стороне моей милости.

— Правда, брат? Ты угрожаешь мне? После всего, что я сделал для тебя и братства, когда ты сидел в тюрьме? Я вывел эту Братву на чистую воду. А теперь ты приходишь сюда и думаешь, что можешь захватить власть, что тебе лучше знать. — Сергей насмехается, его голос падает низко и опасно. — Почему бы тебе не посмотреть, кто из наших людей еще верен тебе? У меня такое чувство, что ты будешь разочарован, Пахан.

— Ты смеешь угрожать своему старшему брату? — Голос Николая звучит угрожающе. — Я попал в тюрьму ради тебя и наших людей. Благодаря мне другие сохранили свободу. Как удобно, что ты забыл.

В воздухе висит напряжение. Они похожи на двух волков, которые кружат вокруг друг друга, ожидая подходящего момента для нападения.

Я даю сигнал своим людям держаться у стены, но хочу увидеть выражение лиц Жуковых, чтобы понять, что здесь происходит на самом деле. Я достаю пистолет из кармана джинсов и скольжу вдоль края стены, ближе к месту схватки.

— Я не угрожаю. Я обещаю…

Вокруг нас раздаются выстрелы, прерывая Сергея. Инстинктивно я падаю на землю, резкое эхо отскакивает от бетонных стен, пока мои люди перестреливаются с двумя охранниками Жукова, которые только что ворвались в подвал с оружием наперевес.

Черт меня побери. Я ползу, укрываясь за перевернутым столом. Воздух наполняется криками людей, свистом пуль и звоном снарядов, падающих на пол.

Павел метким выстрелом сбивает охранника, спешащего к нам. Охранник падает, его оружие вылетает из вытянутой руки. Адреналин захлестывает меня, когда другой охранник целится в Савина. Я подкрадываюсь к нему сзади и беззвучно перерезаю горло, оставляя его безжизненной кучей падать на землю.

Пуля пронзает воздух надо мной. Я прижимаюсь к столу и стреляю, пока магазин не опустеет.

Павел подбирается ко мне на животе.

— Патроны, — говорит он, протягивая руку.

Я отдаю ему все, что у меня есть, а затем связываюсь по рации с Виктором.

— Есть еще засранцы на нашем пути?

— Вы чисты, но братья и по крайней мере полдюжины охранников ждут в другой комнате.

Как я и ожидал.

Я протягиваю Павлу свой пистолет.

— Я иду без оружия. Прикрой меня.

— Ты с ума сошел. Они разнесут тебя в пух и прах, как только ты войдешь туда.

— Сомневаюсь. Если кажется, что кто-то собирается стрелять, убей его первым.

Я слышу, как Павел ворчит что-то похожее на "Сумасшедший ублюдок", пока мы представляемся Жуковым. Мои руки подняты вверх, чтобы показать, что я безоружен.

В центре комнаты стоит Сергей, его пистолет направлен прямо на меня. Рядом с ним Николай даже