Я тебя куплю - Лея Кейн

Я возвращаюсь домой абсолютно счастливым, как придурок из психбольницы, которого галоперидолом накачали. У Азиза узнаю, что дежурство прошло без происшествий, отпускаю его и иду в комнату.

Медсестричка так и спит. Похоже, даже не пошевелилась ни разу, пока меня не было. Я раздеваюсь, любуясь ею, осторожно опускаюсь на кровать, стараясь не разбудить ее, но она все равно вздрагивает, когда наша кожа соприкасается.

— Камиль, — мурчит сонно, — ты такой холодный.

— Так согрей меня, — прошу я, притягивая эту горячую девочку к себе.

Она одаривает меня коротким поцелуем и жмется к моей груди. Носом зарывшись в ее макушку, улыбаюсь, как идиот.

Нет, брат ошибается. Ты меня не погубишь, девочка.

Ты меня спасешь.

Глава 24. Другие планы

Ася

Нас будит грянувший в тишине звонок домофона. Спросонок я не сразу соображаю, что это вообще за звук.

— Лежи, я подойду, — сонно информирует меня Камиль, вылезая из постели и надевая штаны.

Я потягиваюсь, смотрю на часы. Уже девять утра, а вставать совсем не хочется. Всю жизнь пролежала бы в объятиях Камиля. Я тупица, не иначе, раз решила порвать с ним. Не представляю, что сейчас было бы с нами, если бы он отступил. Как подумаю, в дрожь бросает.

— Это Лучик, — сообщает он, вернувшись в комнату. — Привезла тебе какой-то подарок.

— Мне?

Не припомню, чтобы мы с ней о чем-то договаривались. Но не буду же я игнорировать девочку. Набрасываю на себя халат и замечаю на тумбочке пистолет. Ночью Камиль куда-то отлучался. Неужели ездил к Чеховскому?

— Камиль, — спрашиваю я, пока он не ушел в ванную, — ты же никого не убивал?

— Нет, — улыбается он, целует меня, берет полотенце и уходит.

Ладно, позже поговорим.

Я встречаю Лучиану и Азиза. Девочка протягивает мне чехол для платья, судя по весу — не пустой, и, снимая сапоги, возбужденно докладывает:

— Блин, боялась, что не успеют прислать. Успели. Из самого Милана! Ты должна это примерить.

— Что это? — недоумеваю я, хоть и догадываюсь.

— Свадебное платье, конечно же! Из коллекции самой Норы Новиано!

Имя модельера мне ни о чем не говорит. Но я примерно предполагаю, сколько этот наряд может стоить.

Лучиана снимает пальто, берет меня под руку и ведет в комнату, словно это я пришла к ней в гости. Бардак ее ничуть не смущает. Она закрывает дверь и разводит руками:

— Ну?! Я что, зря старалась? Давай же, распаковывай!

От растерянности руки становятся непослушными, и Лучиана помогает мне. Расстегивает молнию чехла и вытаскивает элегантное свадебное платье из изящного кружева цвета капучино. Облегающее, расклешенное к низу, на тонких бретелях, с открытой спиной и роскошным легким шлейфом. Любая невеста в этом платье превратится в принцессу.

— Лучик, ты с ума сошла? — ахаю я. — Оно же, наверное, безумно дорогое!

— Моя бабушка жизнь посвятила своему свадебному салону. Как только узнала о предстоящей свадьбе Камиля, так загорелась желанием сделать его невесте подарок. Она отлично разбирается в платьях. Ты только посмотри, — она чуть оттягивает лиф, просовывая в него руку, — кружево двуслойное. Создается эффект ажура на обнаженном теле. Ты будешь самой красивой, желанной, экстравагантной невестой!

— Не спорю, — пищу я, отходя от шока. — Лучик, я даже не знаю, что сказать.

— Ничего не говори. Примеряй! — Она вручает мне платье.

Деваться некуда. Платье и правда — мечта! Я бы такое не купила.

Лучиана помогает мне разобраться с этой прелестью, в меру украшенной пайетками, собирает мои волосы на затылке, оставив небрежный локон, и подводит меня к зеркалу.

— О-фи-геть! — восторгается она. — Ты королева!

Трудно это отрицать, глядя на ослепительное отражение. Добавить аксессуаров, немного макияжа — и Камиль меня не узнает.

— Оно божественно, — шепчу я, поглаживая ткань. — Лучик, спасибо огромное! Что бы я без тебя делала?

— Выходила бы замуж в платье с выпускного, — хихикает она, обняв меня со спины и положив подбородок мне на плечо. — Ты не представляешь, как я рада, что ты есть у Камиля. Есть у меня. Ты — лучшее в нашей семье.

— Ох, девочка моя, — я разворачиваюсь к ней и беру ее за руки, — это ты — лучшее. Ты проделала огромный путь за короткое время и всем показала, насколько сильна.

— Только никто этого не заметил, — вздыхает она.

— Я! Я заметила! И я горжусь тобой, солнышко! — Я прижимаю ее к себе и целую в голову. — Ты же мне как сестренка, родная. Придет день — и ты станешь невестой. Будем стоять так же в обнимку перед зеркалом. Я буду плакать, отказываясь отдавать тебя какому-то типу, который смотрит на тебя, как на богиню…

Лучиана смеется и отстраняется от меня.

— Спасибо.

— Это тебе спасибо, — отвечаю я.

Дверь отворяется, и Лучиана стрелой бросается к ней. Толчком захлопывает и кричит:

— Сюда нельзя!

— Эй, ты не оборзела?! — возмущается Камиль. — Ты мне чуть нос не сломала! Я так-то завтра женюсь! Или хочешь, чтобы моя невеста сбежала из-под венца?

— Твоя невеста примеряет свадебное платье. А видеть его жениху до церемонии — плохая примета. Так что иди отсюда.

— Вот засранка, — ворчит Камиль, и мы слышим удаляющиеся шаги. Переглядываемся и смеемся.

Я еще раз смотрюсь в зеркало, кручусь вокруг своей оси, разглядываю спину, поднимаю шлейф. Платье чудесное! И идеально сидит на моей фигуре.

— Завтра ты станешь Асмановой, — улыбается Лучиана.

— Даже не верится, — шепчу я. — Ася Асманова.

— Кстати, все хотела спросить, почему некоторые называют тебя Асей? Твоя мама, Варвара? Это сокращенно от Насти же?

Я вздыхаю. Совесть мучает, что приходилось обманывать Лучиану, но как сказать ей правду о родной матери?

— Нет, Лучик. Это мое настоящее имя. Не сокращенное. По некоторым причинам мне приходилось жить под чужим.

— А сейчас? Все наладилось?

— Да, — улыбаюсь я. — Сейчас все наладилось. Поможешь мне снять платье?

— Конечно!

Я возвращаю наряд в чехол и убираю в шкаф. Как человек науки, никогда не верила в приметы, а сейчас волнуюсь, надеясь, что Камиль ничего не успел разглядеть.

— Закончили? — напряженно интересуется он, когда мы выходим из комнаты. — Глеба повязали. Нам надо ехать.

У меня во рту пересыхает от тревоги. Словно силами сущего зла меня выдергивает из сказки и забрасывает в ад. Глеб не будет молчать. Слишком труслив. Всех сдаст.

— У нас проблемы? — уточняю я.

— Скоро узнаем. Собирайся.

Мне достаточно десяти минут. Не тот случай, чтобы наряжаться. Хочется поскорее избавиться от этого гада и его женушки и наконец-то получить заслуженную награду — покой, который пока нам только снится.

— Камиль, давай заскочим в магазин детских товаров, — предлагаю