Линда Трент - Лучшие подруги

Эшли мигом сбегала вниз, позвала Райна, а затем, забежав к себе в комнату, оделась. Она не хотела ничего забыть, ведь ей так редко приходилось выходить из дома ночью, особенно когда утром нужно было идти в школу.

Они посадили Бетани в машину, накинув на нее поверх пижамы большой платок, и на всех скоростях помчались в больницу. Время от времени, поглядывая на дочь, которая сидела, прижавшись к Карен, Райн ловил беспокойный взгляд жены. «Я знал, я чувствовал, – лихорадочно думал он. – За что наша дочь так страдает…» Бетани сидела и смотрела впереди себя невидящим взглядом, едва дыша и, похоже, едва понимая происходящее.

Когда Морганы приехали в больницу, дежурный врач взглянул на Бетани и быстро послал санитара за доктором Батлером, который, несмотря на поздний час, находился в больнице. При больничном освещении кожа Бетани казалась синей.

С каждой минутой девочке становилось все хуже и хуже. Когда, наконец, появился Батлер, она была на грани потери сознания.

– Доктор, мне очень плохо, – едва шевеля губами, прошептала Бетани и лишилась чувств.

Приподняв ей веки и прощупав пульс, доктор нахмурился. Если бы она была в сознании, то дала бы какой-то знак, но за исключением редких подергиваний мышц Бетани лежала неподвижно.

– Вам лучше пройти в комнату ожиданий, – обращаясь к Райну, сказал дежурный врач. – Доктор Батлер подойдет к вам через несколько минут.

Карен пыталась возразить, но Райн вывел ее и Эшли из приемной.

– Он должен обследовать ее. Спросить ты сможешь и потом.

Комната, куда их отвел санитар, была абсолютно пустой. Они сели, тесно прижавшись друг к другу. Карен судорожно схватила Райна за руку.

– С ней будет все в порядке, – обнимая Карен за плечи, сказал он.

– Ей так плохо! Почему она ничего мне не сказала?

– Наверное, она спала, – ответила Эшли. – Я не слышала шагов в ее комнате. Как ты думаешь, у нее грипп или еще что-то?

– Не знаю. – Карен покачала головой. – Я ничего не знаю.

Райн молчал. В отличие от жены он видел, что за последний месяц Бетани снова похудела и была такой же, как в прошлый раз, когда ее положили в больницу. Как она могла так быстро сбросить все, что набрала?

Райн взглянул на Карен. Судя по ее реакции, она не забыла их последнего разговора, когда он настаивал на еще одном визите к доктору. Карен же хотела дождаться окончания учебы и только потом, если было бы необходимо, положить дочку в больницу. Вспомнив это, Райн жутко разозлился. Он резко встал, чуть не оттолкнув от себя жену.

Казалось, прошла вечность, прежде чем вернулся доктор Батлер. У него был мрачный вид.

– Боюсь, у меня плохие новости. Бетани очень больна.

– Вы оставите ее здесь? – спросила Карен. – Она не будет ходить в школу?

Доктор сел рядом с ними.

– Позвольте мне объяснить, что, по всей вероятности, происходит с вашей дочерью. Судя по ее виду, она сбросила все, что набрала у нас. Подозреваю, она принимала слабительные и, возможно, мочегонные средства. У вас дома не пропадали лекарства?

Карен взглянула на Райна:

– Я не смотрела.

– У нее повреждены почки. Я боюсь, что они со всем перестали работать.

– Вы сможете что-нибудь сделать? – в замешательстве спросила Карен.

Райну казалось, что все происходящее здесь не имеет к семье никакого отношения.

– Все не так просто. – Доктор Батлер покачал головой. – Боюсь, что она находится в критическом и весьма нестабильном положении.

– Что вы хотите этим сказать? – спросил Райн.

– Бетани может умереть. – Доктор выразительно посмотрел на Райна.

Это было почти приговором.

Райн словно онемел от неожиданности.

– Вы ошибаетесь! – взвизгнула Карен; еще не много и с ней случился бы истерический припадок. – Этого не может быть. Она сегодня была в школе! У нее ничего не болело.

– Это вполне возможно. Я видел девочек, которые ставили нас в тупик. Надо немного подождать, а там будет видно. Я не Господь Бог и могу ошибиться.

Райн видел, что доктор всего лишь хочет смягчить удар.

– Как долго ждать? – спросил он тихо.

– Если почки Бетани отказали полностью, то, боюсь, что недолго. Я, конечно, буду все время находиться рядом с ней.

Доктор похлопал Карен по плечу и вышел. Райн долго смотрел на дверь, в которую вышел док тор Батлер. Неужели Бетани умирает?

– Она сегодня была в школе, – повторила Карен. – Он не прав.

Эшли тихо плакала. Карен не заметила, как обняла свою дочь.

– Позвони Челси, – попросила Райна Карен.

– Прямо сейчас? – Он взглянул на часы. – Пол второго ночи.

– Я хочу, чтобы Челси пришла. Она нужна мне. Райн вышел. Найдя телефон, он по памяти набрал ее номер. Когда Челси ответила, он сказал:

– Привет. Это я. – Райн почувствовал, что не хочет говорить.

– Райн? Что-нибудь случилось?

– Да. – Он пытался говорить ровным, спокойным голосом. – Мы привезли Бетани в больницу. Она сейчас под капельницей. Ты не могла бы приехать?

– Я выезжаю.

Он повесил трубку. В этом была вся Челси. Ни одного вопроса, только: «Я выезжаю». Райн вернулся к Карен.

– Она сейчас приедет.

Вскоре Челси уже была в больнице. Услышав о случившемся, она тоже удивилась тому, с какой быстротой все случилось. Челси обняла Карен с Эшли и взглянула на Райна, и он, наконец, почувствовал в себе силы надеяться на лучшее.

Утром им разрешили на пять минут зайти к Бетани. Девочка неподвижно лежала на кровати. Вокруг нее были трубочки, по которым медленно текла какая-то жидкость. Ее светлые волосы были спутаны. Она лежала, не открывая глаз.

– Что случилось с ее кожей? – шепотом спросила Эшли.

Райн уже заметил это. На ее бледной коже можно было разглядеть блестящие капельки. Ничего подобного он никогда раньше не видел.

– Это называется анорексийный иней, – почти шепотом объяснил стоящий рядом доктор Батлер. – Я оставлю вас на минуту.

– Что это означает? – остановил его Райн. Доктор печально покачал головой.

– Боюсь, это означает, что мой диагноз был верен. Речь идет о часах.

Карен и Эшли плакали. Они делали это тихо, стараясь не разбудить Бетани. Райн всем своим сердцем, всем своим существом отказывался верить в возможность такого финала. Его дочь лежала перед ним, и она не должна была умереть!

– Мы теряем ее, – вдруг перестав плакать, сказала Карен. – Мы теряем нашу девочку…

Райн, казалось, не слышал ее. Не отрываясь, он глядел на Бетани.

– Я забыла позвонить своим родителям! – внезапно воскликнула Карен. – Иди, позвони им, Райн!

Он покачал головой.

– Позволь мне побыть с дочерью. У нас всего пять минут… – Он знал, что Карен потом будет упрекать его за это. Но ему было все равно. Ничто не могло оторвать его от дочери.