Джейн Грин - Джемайма

Голова гудит, в горле комок, встряхиваю головой, чтобы проснуться, попытаться понять, что происходит. И тут слышу какие-то звуки на кухне: звон тарелок, звяканье столовых приборов.

Надеваю халат и медленно спускаюсь на кухню, приложив руку ко лбу, чтобы защититься от невыносимого шума. Каждый звук отдается в моей похмельной голове. Я тихонько останавливаюсь в дверях я наблюдаю за Брэдом. Понятия не имею, что мне даль делать и что говорить.

Он что-то напевает себе под нос и помешивает омет на плите. Рядом с ним стоит деревянный поднос, закрытый к завтраку: корзинка с кексами, стакан апельсинового сока, кофе и ваза с букетом крупных, покрытых росой алых роз.

Это еще что такое? Я все еще не произношу ни слова. Облокачиваюсь о дверной косяк и продолжаю смотреть на него. Спустя несколько секунд Брэд оборачивается и подскакивает на месте: явно не ожидал увидеть меня.

— Привет, дорогая, — как ни в чем не бывало произносит он, подходит ко мне и целует в губы. Я не могу позволить ему поцеловать себя. Не могу притворяться, что ничего не произошло. У меня чувство, будто меня предали. Резко поворачиваю голову, поэтому он просто слегка касается губами моей щеки.

— Извини, — говорит он. — Мне очень жаль, что все так получилось.

— Что случилось? — даже я не ожидала, что мой голос прозвучит так холодно. Так сурово. — Где ты был?

— Переговоры закончились так поздно, что я уснул в офисе.

— Где в офисе?

— Клянусь, — Брэд видит, что я ему не верю. — На кушетке в приемной. Уборщицы чуть с ума не сошли, когда обнаружили меня сегодня утром.

— Почему ты не позвонил? Не дал мне знать, где ты? — это уже больше похоже на хныканье. Нет, нужно говорить сердитым, а не обиженным тоном.

— Я знал, что ты встречаешься с подругой. Совещание закончилось очень поздно. Я решил, что ты уже спишь.

— Ты решил: ладно, уже поздно, пусть она думает, что я попал в автокатастрофу.

— Извини, дорогая, я и не подозревал, что ты будешь так волноваться. Я думал, ты уже давно спишь, а когда проснешься утром, я буду уже дома.

— Не могу поверить. Ты такой эгоист, — осторожно, осторожно. Мне не хочется устраивать сцен, потому что все-таки он — мой первый настоящий бойфренд. И не просто бойфренд, а прямо-таки подарок судьбы. Если я начну психовать, то могу отпугнут его. И что мне тогда делать?

— Джей-Джей, прости меня. Ты права. Я эгоист но этого больше не повторится, обещаю.

У Брэда виноватый вид, по-моему, он говорит искренне. Он в раскаянии опустил голову, прямо как маленький мальчик. У него такой несчастный и ранимый вид, что я не выдерживаю. Я должна простить его, разве я могу поступить по-другому?

Вы, наверное, подумаете, что зря я так сразу его прощаю. Может, подольше помучить его? Пусть почувствует себя виноватым. Но, если не вдумываться, его история кажется вполне правдоподобной, а мне не хочется думать. Мне хочется ему верить. Несмотря на то, что с каждым днем наши отношения становятся все запутаннее. Но я лучше притворюсь, что ничего не происходит. Посмотрите на нас. Со стороны мы так хорошо смотримся. Мы — идеальная пара.

— Хорошо, — отвечаю я, пожав плечами.

— Хорошо? — его лицо светлеет. — Значит, ты прощаешь меня?

— Наверное.

— Я люблю тебя, Джей-Джей, — он обнимает меня и целует в шею, прекрасно зная, что это мое самое чувствительное место.

Я прижимаюсь к нему, ощущаю его запах, жесткую щетину на его щеке, и постепенно обида проходит. Брэд поглаживает меня по спине, медленно опускает руку вниз, пока его ладонь не проскальзывает у меня между ног. Я затаиваю дыхание, и мы опускаемся на пол. Завтрак забыт, и кухня наполнилась нашим шепотом и стонами наслаждения.

— Я люблю тебя, — говорю я. Оказывается, после ссоры особенно приятно заниматься сексом. Мне еще никогда не было так хорошо! И я чувствую себя виноватой от того, что была с ним так сурова, ведь он души во мне не чает. — Извини, что была такой злобной.

Какая же ты тряпка, Джемайма. Ты вовсе не была с ним сурова, а стоило бы. Но ты лишь призналась Брэду в любви, и призналась первой. Но неужели ты сказала правду? Любишь ли ты его, Джемайма?

Она лежит на полу и поглаживает Брэда по спине, чувствуя его мускулы. И впервые Джемайме начинает казаться, что она действительно может полюбить его, что ее история будет иметь счастливый конец.

— Сегодня я возьму выходной, — говорит Брэд, направляясь в душ. — Хочу провести с тобой весь день, не расставаться ни на минуту, — он целует мое плечо. Я прохожу мимо него и иду в спальню — обнаженная, совершенно не стесняясь.

— Правда? Целый день?

— Да, — он отворачивается. — Можем пообедать, а потом поехать кататься на роликах. Все, что захочешь.

— С удовольствием. Мне все равно, чем заниматься, лишь бы ты был рядом. Но есть проблема — мне пора начать собирать материал для моей колонки. Может, пойдем куда-нибудь, где можно встретить знаменитостей? Я пока еще не решила, о чем буду писать.

— Не беспокойся, — отвечает Брэд с улыбкой. — если тебе нужны свежие сплетни о знаменитостях, просто возьми номер «Дэйли Варайети» или «Вестника Голливуда».

— Ну, не знаю, — с сомнением отвечаю я. — Может вернемся пораньше, и я немного поработаю после обеда.

— Хорошо, — он закрывает за собой дверь ванной. — Отлично. Я в душ. Ненадолго.

Я лежу на кровати и мечтательно гляжу в потолок, думая о Брэде, о его идеальном теле. Звонит телефон. Я обычно не подхожу к телефону — немного странно брать трубку в чужом доме, но Брэд в душе. Может, это что-нибудь важное. Решаю подойти.

Сначала слышу только протяжный стон.

— Джей-Джей, это я, Лорен. Скажи, ты так же отвратительно себя чувствуешь, как я?

Я рассказываю, как мы ехали домой в такси, как она высунулась в окно и орала старые песни группы «АББА» во весь голос и как ее чуть не стошнило на заднее сиденье.

— Я опозорилась, — заключает она.

— Это точно!

— Расскажи еще, — Лорен оживляется. — Я кого-нибудь подцепила? Дала свой телефон какому-нибудь потрясающему мужику?

— Ты что, не помнишь? Ты выкрикивала свой номер телефона из одного конца ресторана в другой, а бармен записывал. Вообще-то, по-моему, все мужики в этом баре записывали.

— О господи! Вспоминаю. Бармен, я помню бармена! Он хоть симпатичный?

— Ты неисправима! — смеюсь я. — Да, бармен был хорош. Ты вчера набрала больше очков, чем я.

— Ты и не собиралась ни с кем знакомиться. Зачем? У тебя же есть Брэд. Он весь вечер лежал один в кровати и ломал голову, где ты пропадаешь?

— Нет, — не знаю, стоит ли ей обо всем рассказывать, у меня плохое предчувствие. Мне кажется, что она скажет то же самое, что сказала бы Джеральдина. Посоветует мне быть осторожной, не верить ему. Может, я дурочка, но мне сейчас меньше всего хочется слышать предостережения, мне хочется верить, что все в порядке, что Брэд меня не обманывает.