Тумановская Любовь - Allegro в четыре руки. Книга первая

В какой-то момент я стала нервно расхаживать по гостиной, наматывая круги по её периметру, и забрела в столовую зону. Здесь располагался всё тот же огромный стол на двенадцать персон, однако, сервированный с расчётом на двоих. Рядом с приборами стояла бутылка красного вина и красовалась ваза с цветами. Мне это всё очень не понравилось, и я расстроилась ещё больше.

Именно в это мгновенье я услышала звук открывающейся входной двери. Алексей вошёл в холл и сразу посмотрел на прибор, отвечающий за сигнализацию. Видимо, решив, что позабыл сигнализацию включить, он, ничего не заподозрив, направился в гостиную.

Меня он видеть не мог, ведь столовая зона находилась в глубине гостиной, в отдельной её части. Но я его видела очень хорошо. Он положил пиджак на спинку мягкого уголка, снял галстук и стал небрежно расстегивать верхние пуговицы на рубашке. Внезапно движения Дёмина замедлились. Я проследила за его взглядом и поняла, что в поле его зрения попал мой телефон на журнальном столике.

"О, Боже!" – сердце моё замерло.

Алексей взял телефон, разблокировал его и, глядя на экран, едва заметно улыбнулся. У меня на заставке было наше с ним фото с "Седьмого неба".

"Вот, блин! – зажмурилась я, чувствуя себя очень неловко. – Рассекретил меня! Да ещё и фото это увидел!"

Он же положил телефон обратно на столик и, медленно расстегивая запонки на рукавах, прошёл в сторону камина. С этого места столовая зона была ему прекрасно видна. Я почти не дышала, чувствуя, как нарастает давление в каждой моей клеточке. В следующее мгновенье Дёмин, не поднимая глаз, стал двигаться в сторону столовой и, достигнув её, остановился перед столом. Только теперь он поднял глаза и одарил меня своим обольстительным, жгучим взглядом, но не проронил ни слова.

От этого взгляда я загорелась, словно спичка, но моя обида всё же победила. Мало того, что за его обеденным столом создана романтическая атмосфера, так он ещё и явился домой среди ночи, непонятно где и с кем столько времени слоняясь! Возможно, я и не имела права так сердиться, ведь мы уже почти полгода как расстались. Он, по сути, был свободным мужчиной и имел право делать всё, что ему заблагорассудится, точно так же, как и я. Но мой разум отказывался принять это.

– Что ты молчишь? – буркнула ему я, даже не поздоровавшись. – Наверное, ждёшь, что я брошусь к тебе на шею и начну умолять вернуться ко мне, как ты того хотел?

– И тебе добрый вечер, принцесса…

– Уже почти два часа, как полночь миновала, а у тебя всё ещё вечер… И где же эта очаровательная дама, для которой здесь так миленько всё обустроено? Алексей улыбнулся.

– Тебе смешно? – возмутилась я. – Ты видел меня когда-нибудь в бешенстве?

Я схватилась за скатерть и резким движением сбросила всё со стола. Посуда громко разбилась, посыпавшись мелкими осколками в красную лужу вина. Дёмин молча наблюдал за мной. Похоже, моё буйное поведение ему даже нравилось.

– Я не привожу в дом женщин, – спокойно произнёс он. – Но твоя ревность меня тронула. Она – словно бальзам на душу…

Он снова улыбнулся.

– Ах, вот как? Я сейчас всё здесь разнесу, и рука не дрогнет! – воскликнула я. – Сровняю твой дворец с землёй! Разрушу его также бездушно, как ты разрушил мою жизнь! Ведь за всё это время ты ни разу не вспомнил обо мне! Тебе было наплевать на то, что я чувствую, как мне плохо и вообще хочется ли мне жить?! Как близко к краю пропасти мне нужно было подойти, чтобы привлечь, наконец, твоё внимание? Или мне нужно было умереть от горя? Только тогда ты соизволил бы взглянуть в мою сторону?..

– Прекрати, – сказал Алексей. Видимо, я наконец-то задела его за живое.

– А я-то думала, что ты, не смотря ни на что, всегда рядом! Думала, что ты – тот самый единственный, который всегда поддержит и никогда не предаст! Думала, что когда ты говорил: "Люблю" – это были не просто слова! – бросала я упрёк за упрёком.

– Так и есть, – произнёс Дёмин, лаская меня взглядом. – Поверь, я никогда не дал бы тебе упасть в пропасть, как ты только что сказала. То, что ты меня не замечала, не значит, что я не был рядом. Я знал о каждом твоём шаге…

– Да? Что же ты тогда не приехал на мой сольный концерт? Что бы между нами не случилось, ты должен был приехать хотя бы из-за уважения ко мне! Разве ты не знаешь, как долго я к этому шла? Как много работала? Это было поистине очень важным для меня событием, и в этот момент я нуждалась в тебе как никогда! Но тебя не было со мной! Не было!

– Принцесса, я очень хотел быть рядом с тобой в эти минуты. Но если бы я пошёл на поводу у своих чувств, то все те муки, которые мы с тобой испытали в разлуке, были бы напрасными… Или ты думаешь, что мне без тебя было легко? Думаешь, я не тосковал?

– Что это значит?

– Ты должна была поверить в то, что я действительно тебя отпустил, иначе ты бы так и не сделала выводов и сейчас не стояла бы здесь передо мной...

– Какой ужас! Ты преднамеренно меня мучил в угоду собственным принципам и эгоизму! И правда, что я здесь делаю? К тому же, прошлое ведь никому не под силу вернуть… – с иронией взглянула я на него. – Я вижу, у тебя и без меня всё просто замечательно!

Я сделала шаг к центру гостиной, но Алексей остановил меня.

– Ты правильно говоришь – прошлое нельзя вернуть, но можно построить настоящее и будущее… И мы можем начать прямо сейчас. Ты же хочешь этого? Я знаю, что хочешь… Ты ведь приехала сюда для того, чтобы сказать мне об этом.

"Какой же он всё-таки самонадеянный!" – возмущался мой внутренний голос, охая и ворча.

Дёмин нежно прикоснулся к моей щеке, заставив меня закрыть глаза от упоительного трепета, который в ту же секунду овладел всем моим телом и отключил разум. Я столько времени была лишена его прикосновений, ласк, поцелуев, что готова была на всё, лишь бы он сжал меня в своих крепких объятиях и никогда больше не отпускал.

– Виктория, я люблю тебя, – прошептал Алексей, касаясь жаркими губами моего лба.

– Люблю всем своим сердцем! В моей жизни нет никого важнее тебя! И я снова спрашиваю тебя: ты станешь моей женой?

"Наркотик? – измученно прошептал мой внутренний голос. – Нет! Он не наркотик! Он нечто гораздо более сильное! От него невозможно излечиться, спастись, сбежать, забыть… Им невозможно насытиться, потому что с каждым глотком его любви хочется всё больше и больше. Он словно кислород, жизненно необходим мне для того, чтобы дышать. Он словно мотор, заводящий биение моего сердца, он моя извечная страсть, моя награда и моя кара… Я не могу без него, а всё остальное – лишь жалкое подобие счастья… Настоящее счастье возможно только рядом с ним – и гори оно всё пропадом!"