Анжела Марко - Счастье Мануэлы

— Самое лучшее, что ты можешь сейчас сделать, так это отправиться к себе домой и не отходить далеко от телефона, — посоветовала Марианна.

Руди недоверчиво посмотрел на девушку.

— Ты так считаешь? — с иронией спросил он.

— Да, — отрезала сестра. — Так будет лучше… для Мануэлы.

— Так мы едем или нет? — вновь вмешался таксист.

— Едем, — огрызнулся Руди.

— Куда? — поинтересовался тот, поскольку слышал весь разговор.

— Назад, ко мне, — молодой человек подошел к автомобилю и, открыв дверцу, повернулся к сестре: — Я буду ждать… Ты хорошо меня поняла?

— Да, — кивнула Марианна и, подождав, пока автомобиль скрылся, облегченно вздохнула.

«Слава Богу, — подумала она, возвращаясь в дом. — Хоть мордобоя больше не будет…»

— Ну как? — поинтересовалась Мануэла, едва кузина переступила порог. — Ты встретила его?

Марианна улыбнулась.

— Все нормально. Я отправила его назад домой. Теперь он будет дежурить у телефона до тех пор, пока ты сама не позвонишь ему.

— Ты — молодчинка. — От этой новости Мануэла слегка повеселела. — А то я уже представила, что тут может произойти, если появится Руди. Фернандо вряд ли бы поверил, что кузен пришел с чистыми помыслами…

— Не думай об этом, — оборвала сестру Марианна и, усевшись на диван, поинтересовалась: — Лучше скажи, что ты думаешь делать дальше?

— Дальше?.. — задумчиво протянула Мануэла, собираясь с мыслями.

Этот вопрос вертелся у нее в голове с самого утра, но девушка все время старалась отложить его на потом, надеясь, что все утрясется само собой и сама жизнь ответит на него. Однако судьба распорядилась так, что решать пришлось все-таки ей самой.

— Да, — кивнула Марианна и повторила: — Что ты думаешь делать дальше?

— Я не знаю… — искренне призналась кузина. — Но вряд ли я смогу остаться здесь. Тем более ребенок…

— Неужели ты решишься уйти? — недоверчиво полюбопытствовала сестра и выразительно окинула взглядом комнату. — Ведь здесь так чудесно…

— Разве в этом дело? — пожала плечами Мануэла. — Теперь для меня главное — это ребенок… И если Фернандо не хочет его появления, то этого хочу я. И никто мне не запретит…

Марианна испытующе посмотрела на кузину.

— Ты вернешься к матери?

— Нет… Она вряд ли сможет меня понять… К тому же она будет очень сильно волноваться, а мне не хотелось бы этого…

— Что же ты намерена предпринять? Не пойдешь же ты куда глаза глядят…

Мануэла присела рядом с сестрой и опустила глаза. Вдруг лицо ее посветлело.

— Я сниму квартиру.

— А жить на что будешь?

— Я ведь учительница. Какую-нибудь работу да найду…

Марианна с сомнением покачала головой и задумчиво проговорила:

— Сейчас мужчине не просто устроиться на работу. Что уж говорить о тебе. Вспомни Густаво… Сколько ему пришлось обить порогов, пока устроился… Да и то, если бы отец не помог ему, то вряд ли бы что-нибудь получилось…

Увидев, что Мануэла побледнела, Марианна резко поменяла интонацию и погладила сестру по голове.

— Не расстраивайся… Главное, что рядом я… Руди тоже не бросит тебя. Так что, какое бы решение ты не приняла, ты не останешься одна.

— Я осталась одна здесь… — сквозь слезы улыбнулась Мануэла. — Мне кажется, что хуже уже некуда… Я по-прежнему люблю Фернандо, но он не такой, как был… Он чужой… Он больше не любит меня…

— Перестань хныкать, — оборвала сестру Марианна и предложила: — Я думаю, что прежде, чем принять какое-то решение, тебе нужно хорошенько подумать.

Мануэла медленно подняла голову.

— Я уже все решила.

— Не спеши. Подумай хотя бы до завтра…

Марианна вдруг осеклась, потому что в гостиной появился Фернандо. Он вышел из своего рабочего кабинета и, даже не взглянув на девушек, принялся суетливо что-то искать среди книг. Наконец, достав какую-то папку, он быстро направился к выходу.

— Меня сегодня не будет, — небрежно бросил Салинос и хлопнул дверью.

Через минуту, взвизгнув тормозами, его автомобиль выехал за ворота и исчез в потоке машин.

— Ты все видела сама… — грустно протянула Мануэла и расплакалась.

— Да, — кивнула кузина, пытаясь отыскать слова утешения, но, так и не найдя их, потупила взгляд. — Я совершенно ничего не понимаю… Твоего Фернандо как будто подменили…

— А я ничего не могу сделать… — закончила Мануэла и решительно поднялась с дивана. — Я должна уехать отсюда… Должна…

— И готова бросить этот дворец? — вновь переспросила Марианна.

— Да…

— Но мой тебе совет, — Марианна подошла к сестре и обняла ее. — Не спеши… Подумай хотя бы до завтра.

12

Ночевать Фернандо так и не пришел. Все надежды Мануэлы на нормализацию отношений с мужем были окончательно разрушены. В глубине души она надеялась, что сможет убедить его изменить свое отношение, но он, как показали события, даже и не думал что-либо обсуждать с Мануэлой.

Всю ночь девушка не сомкнула глаз. Она думала о муже, о ребенке и о себе, а ее душу постепенно заполняли какая-то непонятная тревога и страх. В своих воспоминаниях Мануэла обращалась почти к каждому дню, проведенному в стенах этого дома, и мысленно сравнивала их с беззаботным временем в Контьяго-Секо. Там в отношениях между людьми царили теплота, взаимопонимание и уважение, а тут…

«Что, кроме Фернандо, меня связывает с этим унылым дворцом? — спрашивала она себя и мысленно отвечала: — Я терпела все только потому, что любила Фернандо и он любил меня, но теперь… Он жесток и безразличен ко мне… В нем иссякли все чувства… Я по-прежнему люблю его, но… я не нужна ему… А чтобы не вызвать его ненависти, я должна уйти… ради ребенка. Ведь ребенок — единственное, что осталось от нашей любви, и я сохраню эту частичку…»

Мысли Мануэлы прервал негромкий стук в дверь.

— Можно? — в дверях показалась Луиза и, посмотрев на хозяйку, испуганно заметила: — Мануэла, вы так бледны… С вами все в порядке?..

Хозяйка медленно поднялась с кровати и взглянула на себя в зеркало.

— Пожалуй, ты права, — согласилась она и пояснила: — У меня бессонница…

— Я тоже в последнее время очень плохо сплю, — призналась служанка. — Мне очень трудно здесь. Все издеваются надо мной. Я даже плачу по ночам… Я себя чувствую чужой, и единственное, что меня удерживает здесь, так это ты, Мануэла. Ведь тебе тоже непросто…

— Да, — согласилась хозяйка. — Я тоже себя чувствую чужой. Если раньше, чтобы позабыть о всех неприятностях мне было достаточно любви Фернандо, то теперь и этого нет…