Давай, расплачивайся - Екатерина Юдина

Отдалено почувствовала то, что Лонго поднялся с кровати, а затем, поймав его взгляд и, поняв, что Матео смотрел на меня, я, словно обожженная, подскочила на ноги и, на ходу снимая с себя трусики, иначе бы вовсе упала, побежала в ванную комнату.

То, как я принимала душ в ледяной воде, толком и не поняла. Осознавала разве что то, что Лонго кончил мне на живот и, смывая его сперму, короткими ногтями водила по коже.

Значит, ему нравится вот так? В спальне относиться к девушке, как к вещи?

У меня не имелось никакого опыта в подобном плане и я не могла осознать привычно ли это для всех, но все же мне казалось, что нет.

Выключая воду, я опустила взгляд и посмотрела на себя. Без очков толком ничего не видела, да и не важно это. Я все думала о том, что у всех разные предпочтения. Учитывая характер Лонго, в принципе можно было ожидать, что в близости с девушками он тоже своеобразен.

Но… если бы я не была таким бревном, могла бы что-нибудь изменить?

Хотя, разве Лонго хоть что-то изменит? Он скорее уничтожит то, что будет пытаться повлиять на него.

Пока что мне было над чем подумать. Уже сейчас в голове было тяжело от всех этих мыслей.

Поскольку в ванную я побежала без одежды, мне пришлось обмотаться полотенцем и, вернувшись в спальню, я тут же пошла к шкафу.

Лонго сидел в кресле. Что-то читал на телефоне.

Я опять побежала в ванную. Там оделась, но, опять возвращаясь в спальню, все еще пыталась полотенцем вытереть волосы.

Матео подошел ко мне. Забрал полотенце и сам вытер мне волосы. За все время, которое мы сегодня провели в спальне, это было первое прикосновение, как к человеку, а не как к вещи.

— Пошли есть, — Лонго отбросил полотенце на спинку стула.

Мы вместе вышли в коридор и пошли к лестнице. Когда мы спустились вниз и зашли на кухню, я поняла, что ужин остыл и направилась его подогревать. Заодно пыталась избавиться от неловкости. Правда, она была только у меня. Матео явно ничего подобного не испытывал. Он лениво сел за стол и что-то читал в телефоне.

По радио тихо шла какая-то передача и слышался еле уловимый скрип ветвей деревьев о стекла. Наверное, поднялся сильный ветер.

Некоторое время мы ели молча, пока я не услышала то, что в дверь постучали. Я тут же повернула голову и напряженно посмотрела в сторону холла.

— Это к тебе, — Лонго провел ножом по стейку. Даже что-то такое он делал так, что было невозможно оторвать взгляд от его пальцев.

— Ко мне никто не приходит, — я нервно сжала вилку, но все же поднялась на ноги и пошла в холл. Затем осторожно открыла входную дверь.

За ней увидела одного из верзил Матео. Он передал мне огромный букет и какой-то бумажный пакет.

Еле удерживая этот букет в руках, я вернулась на кухню.

— А зачем эти цветы? — спросила, пытаясь из-за них выглянуть и посмотреть на Матео. — Их принес твой человек.

— Они для тебя.

Я непонимающе приподняла бровь.

— В честь чего?

— Должен быть повод для того, чтобы я тебе их подарил? — Лонго поднял на меня взгляд. — Но сегодня он и правда есть. Ты дала мне то, что мне нужно. За это я даю тебе цветы. Хочешь украшения? Значит, будут они.

— Это лишнее, — сказала, но все же сильнее сжала цветы в руках.

Букет был слишком красивым и правда немного поднял настроение. Слишком давно я не получала цветов.

Побежав на второй этаж, я оттуда притянула вазу подходящего размера и цветы поставила в спальне. Потрогала их. Опять обняла и после этого пошла на кухню.

Проверила то, что было в бумажном пакете. Как оказалось, сладости из пекарни, находящейся на площади Синьории. Ни разу ничего оттуда не пробовала, но знала, что набор из пяти конфет у них стоит, как мой бюджет на неделю. А тут несколько упаковок со сладостями. Но дело было не в деньгах, а во внимании. По коже бежали приятные мурашки от того, что Лонго проявил его по отношению ко мне.

Радио начало хрипеть и я его выключила, после чего вернулась за стол. И уже теперь, в полной тишине было прекрасно слышно, что на улице и правда поднялся сильный ветер.

Я подняла взгляд и посмотрела на Матео. С ним и правда очень сложно, но, может, я как-нибудь справлюсь.

— У тебя нет татуировок? — спросила, смотря на то, как Лонго подкатал рукава рубашки. Задала этот вопрос просто чтобы нарушить тишину.

Заодно против воли вспомнила о том, как в университете несколько девушек помимо восхваления тела Матео как раз обсуждали отсутствия на нем татуировок.

— Нет.

— Почему? — я потянулась к тарелке с салатом.

— По какой причине они вообще должны быть на мне? — Лонго покрутил пальцами нож, безразлично смотря в сторону окна. — Татуировки это полнейший идиотизм.

— Я так не думаю. Да и есть же причины для того, чтобы их делать, — я вилкой еле ощутимо постучала по тарелке. Мы начали разговаривать, а это было лучше тишины. Хотя, казалось, она волновала лишь меня.

— Например?

— Да разное может быть. Какие-нибудь значимые моменты. Или… например из-за девушки. Вот представь, что ты когда-нибудь сделаешь татуировку в честь меня. И она будет огромной. От локтя до запястья.

Лонго перевел взгляд и посмотрел на меня так, словно я говорила такой бред, что лучше бы вообще молчала.

Я взяла стакан и посмотрела на сок. Лучше бы я и правда ничего не говорила. Даже захотелось прикусить язык.

И в голове опять вспыхнули слова Матео: «Никогда не прикасайся к моей одежде».

Глава 56. Место

Просыпаясь и сонно открывая глаза, я в первую очередь подумала о том, что с моей кроватью что-то не так. Выспалась я отлично и мне было тепло, как никогда раньше, но матрас почему-то казался до безобразия твердым.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы до меня дошло, что я опять лежала на Матео. И, кажется, от того, что я завозилась, он тоже проснулся.

— Ты опять валяешься на мне? — его хриплый голос, мурашками пробежал по коже.

Я была без очков и Лонго толком не видела. Лишь очертания растрепанных белоснежных волос. Но, несмотря на это, я чувствовала его руку у себя на талии. Матео что ли обнимал меня ночью?

Правда, переварить эту мысль я не успела. Лонго спихнул