Опасное материнство. Семья для сироты (СИ) - Шварц Анна

— Ничего. Еще немного - и тебе надоест.

— Ха. Мечтай.

Светофор переключается на зеленый, и машина Эмира трогается, разогнав вокруг беленькие падающие снежинки.

— Не хочешь съездить поесть что-нибудь нормальное, вместо шашлыка?

— Ну... давай. — немного подумав, отвечаю я.

Мы едем по городу, а я через некоторое время украдкой кошусь в сторону Эмира.

Если бы наши пути не разошлись в школе и мы бы продолжили общаться, были бы наши отношения проще? Если бы мы росли вместе, мне б было проще привыкнуть к характеру Эмира и принять его?

Я все чаще думаю об этом, потому что последнюю неделю, с тех пор, как мы начали близко общаться, я словно снова вернулась в то школьное время.

Я зачем-то задумчиво протягиваю руку и прикасаюсь к плечу Эмира. Хотя, разница между ним-школьником и взрослым, все же, большая...

— Что с тобой? — интересуется Эмир,. — Если ты хочешь потрогать меня, я могу остановить машину. Меня это немного отвлекает.

Я, закатив глаза, убираю руку.

— Забудь и веди машину. Просто вспомнила что-то про школу.

Даже не знаю, к чему все это приведет. Однако, после сегодняшнего случая, я все чаще и чаще думаю о том, чтобы оставить все идти своим чередом.

А там уж по факту разбираться...

Год спустя.

Год спустя.

Год спустя...

— Какая прелесть, уже сама садится. — воркует Настя над манежем, тиская смеющуюся темноволосую малышку в белом бодике. — Не могу поверить, что такое чудо родилось, наконец, и у тебя. Можно я выложу ее фотку, пожалуйста, Лия? Я хочу, чтобы твой бывший локти сожрал от зависти.

— Боже, прекрати. — прошу я, ставя тарелки после наших посиделок в посудомойку. — Можно я просто забуду про своих бывших?

— После того, что он тебе наболтал - нельзя. Он должен страдать, понимая, что он первоклассный лох. Но вообще да, может, вы сначала с Эмиром поженитесь ,наконец, и выложите хотя бы фотки со свадьбы?

— О-о-о...

— Что “о”? С родов уже несколько месяцев прошло. Или... — она отстает от малышки, и, повернувшись ко мне, складывает руки на груди и хмуро смотрит. — Или он передумал и нашел кого-то другого? Знаешь, даже не смогу его обвинить. Так мучить мужика - это надо еще постараться, Лия.

— Это я его мучила? — возмущенно переспрашиваю я. — Ты, блин...

Я устала уже ей припоминать, что как только эта коза внезапно подцепила себе какого-то иностранца и ускакала жить в теплую страну, передав меня другой врачихе, то я вскоре попала в больницу со всякими беременными болячками, и наши отношения с Эмиром, которые я только хотела пустить на самотек, немного застопорились.

Было вообще не до них.

Хотя Эмир стал тем человеком, который позаботился обо мне в это тяжелое время. И даже был тем, кто принял на себя первый удар, сообщив о беременности моим родителям.

За это время он стал для меня тем, кем был когда-то в школе. Человеком, поддерживающим меня во всем и тем, на кого можно было опереться. Но, к сожалению, это все. Это все, что было мне доступно в таком положении!

В конце концов, когда валяешься в больнице, а потом вы ночами по очереди не спите с младенцем, который ни одну няню не принимает, сложно развивать отношения. У многих именно в это время они как раз разваливаются!

Но Настя этого не понимает.

— Да-да, я помню про твою беременность, но ты выпендривалась до всего этого... — фыркает она. — Давно бы уже ответила “да” и вышла бы за него. Я бы вообще ни секунды не думала бы...

—Настя, ты ни секунды не думала почти годик назад. И где теперь тот олигарх-иностранец?

— Ой, боже. — она закатывает глаза. — Ну мне не повезло. У него было много достоинств, но родители оказались существенным недостатком, который испортил все. А твой Эмир сирота, чего тут думать-то?

— Все, заткнись, пожалуйста. — прошу я ее, и слышу, как кто-то звонит в дверь. — Кажется, мама с папой приехали. Можешь обсудить с папой мои отношения с Эмиром, он будет только рад такому собеседнику. Мама его не поддерживает.

— Ой, нет, твой папа... Нет.

Я бегу по коридору дома и, даже не посмотрев на экран видеонаблюдения, открываю дверь. Зря, конечно. Потому что появление Даниила на пороге, вводит меня в ступор.

— А...

Затем я опускаю взгляд, и вижу рядом с ним Арину с огромной мягкой игрушкой в руках.

— А мы приехали! — сообщает радостно девочка, которая за год научилась уже неплохо болтать и произносить почти все звуки. У меня появляется на лице улыбка, и я тянусь, чтобы потрепать ее по милым хвостикам, но стоит мне вспомнить о Дане, как улыбка снова хочет пропасть.

— Привет. Мы с Эмиром. — произносит Даня. — Ты вроде просила смесь купить? Сейчас притащим.

— А, ладно. — выдыхаю я, поняв, что он не один. Все же, за год не удалось выкинуть из головы то, что Даня умудрился натворить с Морозовым. — Арина, заходи.

Ох, папа, конечно, снова начнет бурчать, если сейчас приедет.

— А где Веруша? — интересуется Арина, а я киваю внутрь дома.

— Там ,в манеже, за ней Настя присматривает.

— Вера-а-а-а! Я пришла-а-а! — кричит Ариша и, наспех скинув обувку и раскидав одежду, заносится в дом. Я провожаю ее взглядом. Год назад я бы этого бесенка не подпустила к малышке. Но сейчас, Арина, кажется, справилась со стрессом от внезапной смены обстановки, перестала закатывать истерики и портить все вокруг, и превратилась хоть в очень активного, но почти приличного ребенка.

Мимо меня проходит Даниил с коробкой в руках, а за ним - Эмир.

— Ты что, решил до конца кормления ее запасами обеспечить? — интересуюсь я, а Эмир треплет меня по волосам, как ребенка, хмыкнув.

— Какие-то проблемы с этим?

— Нет. Срок годности...

— Я выбирал с нормальным сроком. Они долго смогут лежать.

— Тогда ладно.

Мы заходим на кухню, куда я перетащила манеж. Поставив коробку со смесью, Эмир моет руки и тут же отбирает у Насти Верушу, а Настя с улыбочкой и томным вздохом смотрит на него.

— Все-таки, как же классно смотрятся мужчины с детьми на руках.

— Заткнись. — желает ей Эмир. — Меня не интересует мнение мошенниц, подделывающих тесты.

— Боже. — фыркает Настя. — Год прошел, ты все еще помнишь.

Ее взгляд останавливается на Дане, который достаточно скромно на первый взгляд, стоит в стороне. Он ловит ее взгляд и чуть приподнимает бровь, а Настя, тем временем, придвигается ко мне и тихонько спрашивает.

— Послушай, он ведь тоже сирота?

У меня вырывается вздох.

— Настя.... успокойся. Да. Но у него есть младшая сестра.

— Я люблю детей! Насколько младшая?

— В том возрасте, в котором их немного уже сложно любить.

— Ничего, я с любыми общий язык найду. — Настя бочком приближается к Дане с очаровательной улыбкой, а он следит за ней с неповторимым выражением на лице.

Мне хочется сказать “Настя, лучше не надо...”. Но придется пояснять, почему не надо. А я не могу разболтать Данины секретики. Но ей вряд ли бы понравилось, что этот милый мальчик кого-то покромсал с особой жестокостью.

— Тебя же Даниил зовут, правда?

— Тетя, вы не слишком ли старая для меня? — с усмешкой отбривает ее тот, и Настя раздраженно прикрывает глаза.

— Вот дурак. Во-первых, какая я тебе тетя, во-вторых, с каких пор это проблема для парней?

— В принципе, это не проблема, я просто напомнил. — хмыкает Даня, и у меня изгибается бровь. Боже, я не хочу ничего видеть или слышать про них, если они сейчас начнут отношения. Даниил, несмотря на возраст, явно подавит Настю, и это будут немного не те отношения, которые она ждет.

В дверь раздается звонок и я вздрагиваю. Черт. Конечно же, мама и папа приехали. Вот они обрадуются...

Спустя пять минут вместе со мной на кухню заходит хмурый папа и улыбчивая мама. Стоит только папе увидеть Эмира и Даню, как его выражение лица холодеет еще больше, и он недовольно произносит: