Устоять невозможно - Слава Доронина

же монетами. Прямо хоть сейчас он мог перебить тому хребет, сделав инвалидом до конца дней.

Я потянулась рукой к мужскому лицу и слегка коснулась края ссадин и розовых отметин, провела пальцами по скулам.

— Кажется ты лучшее, что могло случиться со мной в этой жизни. Ты переживаешь о моих чувствах, когда я бы уже прижала этого мерзавца к стене и… — осеклась, заметив в его глазах привычный огонь. — Если бы с тобой что-то случилось я сама бы его убила! Это мне нужно просить прощения, что не верила тебе…

Рома судорожно вздохнул. Я даже не представляла какую боль он испытывал со сломанными ребрами. Наверное он был под действием сильного обезболивающего.

— Звучит так, словно ты даёшь команду «Фас»…

— Я тебя люблю, — призналась я наконец ему в своих чувствах и прижалась губами к его сухим губам. Отстранилась и заглянула в его растерянные глаза. — Так звучит понятнее?

Закусила губу и слегка улыбнулась, смотря на мужчину, который даже лежа в больнице на кровати весь перебинтованный и покалеченный пытался быть несгибаемым и решительным. Рома притянул меня к себе и слегка морщась от боли, выдохнул мне в рот:

— Повтори.

— Я люблю тебя. И ты прав, мы с тобой два упрямца. Уверена ты бы тоже нашёл меня, додумайся я до такой глупости. Я чуть с ума не сошла вчера от волнения. А мне может быть скоро уже будет нельзя переживать… Я столько всего передумала! Мне плевать на Дениса и что ты с ним делаешь. Он заслуживает наказания.

— Любишь? — спросил он. — Чем докажешь?

— Ну… — я задумалась на секунду. — Хочешь я выброшу насовсем свои противозачаточные таблетки? — в глазах мужчины отразилось непонимание, а потом догадка озарила его лицо.

— Моих денег хватит заделать тебе футбольную команду, а потом вывести ее на мировой уровень, — улыбнулся он и слегка закашлялся, скривив лицо. Я смотрела на него, ощущая себя так, словно парила в невесомости.

— А здоровья тебе хватит? — слабо улыбнулась, чувствуя что прежний Рома вернулся, а между нами кажется не осталось недоговоренностей.

— Пока не уверен, но врачи работают над моей реставрацией. Благо обошлось без капитального ремонта.

— Да, — согласилась я и грустно ухмыльнулась. — Вижу тебе даже хватает сил шутить…

— Яна, доверие очень тонкая вещь. Особенно доверие человека, которого уже однажды обманули и растоптали, — я поняла что он говорил сейчас про меня. — Я не силен в этих вопросах и делах, но моя мать один раз обжегшись, всю жизнь прожила одна. Твой характер… — он слегка улыбнулся и снова закашлялся, — чем-то похож на ее. Ты мягкая, нежная, но упертая просто ужас. Тебя нельзя сломать или прогнуть под себя, с тобой можно только быть союзником. И в отличии от твоего бывшего мужа мне потребовалось нескольких встреч, чтобы это понять. Я на многое готов ради любимого человека, но как и ты не готов мириться с жестоким обращением. Даже зная, что ты могла бы быть против, а твои чувств задеты, я бы не смог пойти в этот раз у тебя на поводу. В чем-то я такое же животное, как и твой бывший муж. Потому что…

— Нет, Рома. Это не так! Я возможно сильно обидела тебя в последнюю нашу встречу своим недоверием и тем, что не пускала тебя на порог, но… меня словно вырвали с райских облаков, и сбросили в кипящий котёл хаоса и боли. Я лишь наутро поняла, как сильно ошиблась на твой счет…

— Иди ко мне, — он подвинулся, освобождая для меня немного места.

Я прилегла рядом, но по-прежнему боялась к нему прикоснуться и доставить не аккуратным движением боль. Он слегка приобнял меня и втянул носом запах моих волос.

— Я все решу, кудрявая. Не переживай. Главное, что ты любишь меня. Ведь любишь?

— Люблю, — не хватит слов, чтобы выразить ему как сильно я его люблю, но он ведь и так все чувствовал? Не мог не ощущать этого безумного сердцебиения, под своей рукой, что расположилась прямо под моим сердцем, словно он держал его в своих руках…

Эпилог

Яна

— Ты уверен, что это приятный сюрприз? — подзадоривала я мужчину.

Рома забрал меня из дома поздним вечером. Мы ехали по ночной Москве, я смотрела в окно, предвкушая очередное безрассудство с его стороны. Давно мы не устраивали никаких вылазок. А эта спонтанная поездка и горящие взгляды в мою сторону говорили о том, что он полностью восстановился после аварии и был переполнен идеями и силами на новые свершения. Если бы кто-то попросил меня охарактеризовать мужчину двумя словами. Я бы сказала о нем, что он безумный трудоголик.

— Ягодка, — слащавым голосом откликнулся он, копируя голос тети Люси, — доверься Роме у него отменный вкус, — я улыбнулась и закатила глаза. Уж что-что, а этих двоих, папы и тети Люси, стало в нашей жизни через чур много за последний месяц.

Несколько дней назад отцу провели успешно операцию и он уже вовсю готовился к выписке. А я, как и мечтала, купила им с тётей Люсей путевку в санаторий в Кисловодск, где они проведут две с половиной недели, пока я займусь работой и подготовкой квартальных отчетов за полугодие.

— Прошлый раз твой сюрприз закончился сексом в твоём кабинете и вечерним отлетом на остров. Мне буквально на днях забирать папу с больницы… — напомнила я ему, намекая тем самым, что если он замыслил что-то экстримальное, то я пас. Да и куда ему, его ребра только срослись. Ещё какое-то время необходимо поберечься.

Рома скосил на меня недовольный взгляд и я поняла, что лучше помолчать и дать его фантазии простора.

— Ты бы уже должна привыкнуть, что я ничего не делаю просто так, — уверенно отозвался он.

Я хотела ответить какой-нибудь колкостью, но внезапно мне стало нехорошо. Резко закружилась голова и потемнело перед глазами. Я обмякла в сидении и на какое-то время провалилась в черную пустоту.

— Кудряшка, ты меня решила отправить на операцию вслед за отцом? — лицо Ромы склонилось надо мной и он прикладывал бутылку с водой к моим губам.

Я ощущала сильную слабость и перед глазами все расплывалось. Совсем на меня не похоже, чтобы я вот так среди бела дня, точнее вечера, без видимой на то причины потеряла сознание. Меня резко замутило и я обессиленно прикрыла глаза.

— Скажи мне, что с тобой все в порядке или я сейчас же отвезу тебя в больницу…

Спустя несколько мгновений мне стало немного лучше, я подняла голову и посмотрела в