Проблема по соседству (ЛП) - Пенелопа Уорд

Джейд пробежала через вестибюль к выходу и вышла за дверь.

Почти сразу после этого мне пришло сообщение от Джастина.

Приходи за сцену.

Сначала он нас не заметил, потому что стоял к нам спиной, и я воспользовалась случаем, чтобы полюбоваться его округлой, мускулистой задницей. Когда Би радостно пискнула, он обернулся.

Я достала ее из коляски и придерживала за ручки, пока она шаткой походкой шла к нему.

Он присел и обнял ее.

— Пчелка! Господи боже, ты ходишь! — Он удивленно моргнул, когда увидел на ней шумопоглощающие наушники. Я забыла их снять. — Эти штуковины больше твоей головы!

Он чмокнул ее в щечку, потом встал и поцеловал меня. По стону, который он издал мне в рот, я поняла, что в нем горит страсть. И чуть-чуть потекла от мысли о том, что могло произойти этим вечером после того, как дочка уснет. В номер должны были принести детскую колыбельку, чтобы мы с Джастином спали одни. Я надеялась, что все получится.

— Ты фантастически выступил. Та песня…

— Тебе понравилось?

— Я в восторге. — Я всмотрелась в его лицо. — Все в порядке?

— Сюда приходила Джейд. Она видела выступление, слышала песню. Стив дал ей пропуск, и она заявилась ко мне и спрашивала про нас.

Мне было приятно то, что он чувствовал необходимость быть со мной честным.

— Я знаю.

— Знаешь?

— Угу. Мы были за дверью. Я услышала часть разговора, но потом отошла, чтобы дать вам время.

— Вот это да.

— Тебе не нужно ничего объяснять. Что есть, то есть. И я знаю, каково ей приходится. Знаю, каково это — любить тебя и терять. Просто я очень счастлива, что мы теперь вместе. — Я помолчала. Мне нужно было так много сказать ему, поведать, какую гордость я испытала, пока смотрела его сегодняшнее выступление. — Теперь, когда я увидела тебя на большой сцене, я окончательно убедилась, что именно этим тебе и следует заниматься. Ты не только невероятно талантлив, но и притягиваешь людей. Я не хочу, чтобы ты бросал музыку из-за чувства вины. Тебе не придется выбирать между нами и ей. Мы всегда будем ждать тебя.

Он поднял Би и еще раз поцеловал меня в губы.

— Меня так тронули эти слова, ведь я знаю, как тяжело было тебе без меня. Раньше я думал, что хочу славы, но тур помог осознать, что самое главное для меня — это музыка. Не думаю, что мне хочется провести жизнь в разъездах. Я бы ни на что не променял этот опыт, и если такая возможность подвернется еще раз, то я ее рассмотрю. Но быть вдали от семьи постоянно — погано. Это не то, чего я хочу. — Он помолчал. — Без тебя нет музыки. Музыка — это выражение всего, ради чего я живу… отражение страсти в душе. Я живу для тебя. Ты моя страсть. Ты моя музыка… ты и Би.

— Я так сильно люблю тебя.

Он взял куртку.

— Давай уйдем отсюда.

— Что? Не будет никакой разнузданной вечеринки? Какая ты после этого рок-звезда?

— В смысле? Я сама разнузданность. — Он подмигнул мне и пояснил: — Я же веду в свой гостиничный номер сразу двух дам.

ЭПИЛОГ

Джастин

Я никогда даже не думал, что моя жизнь сложится именно так.

Клянусь, если бы вы спросили меня пятнадцатилетнего, где бы я хотел оказаться через десять лет, я наверняка сказал бы: «На острове с Патч».

Наверное, некоторые вещи остаются неизменными, потому что сегодня я ответил бы также. Но то, что тогда казалось недостижимой мечтой, сейчас стало моей реальностью.

Глядя на Амелию, игравшую с Би на берегу, я размышлял об эволюции ролей, которые она сыграла в моей жизни.

Загадочная девочка с повязкой на глазу.

Лучший друг.

Подростковая фантазия.

Девушка, похитившая мое сердце. Которая затем разбила его и, сбежав, забрала с собой.

Бывший друг.

Запретный плод и соседка.

Моя девушка.

Мать моих детей.

Сейчас, с моим ребенком под сердцем, она была сексуальна, как никогда. То, что она беременна, стало заметно лишь на четвертом месяце — в основном по ее груди и попке, чему я был только рад.

Я сделал ей предложение год назад — 26 июля, через несколько месяцев после того, как вернулся из тура домой. Я хотел подождать, но решил, что этот день подходит лучше всего и что ровно через год будет свадьба. Эта дата была для меня самой важной. 0726 — четыре последние цифры моей татуировки — значили день, когда она сбежала десять лет назад. Я был полон решимости изменить грустный смысл этих цифр. Теперь этот день — сегодняшний день — всегда будет датой, когда она стала моей женой.

Вместо шикарной свадьбы мы собирались устроить приватную церемонию, где мы будем только втроем. Утро мы провели, гуляя у океана, а на закате должны были пожениться на пляже и отпраздновать это событие любимым блюдом Амелии — запеченными крабами, лобстерами и другими пахучими морепродуктами.

Наш сосед Роджер, как оказалось, мог проводить свадебные церемонии. Несколько лет назад он оформил лицензию для свадьбы друга, и мы попросили, чтобы он поженил и нас. По иронии судьбы мы с Выпендрежником Роджером неплохо сдружились, хотя я продолжаю регулярно его донимать.

Би, распугав стайку чаек, подбежала ко мне и протянула ракушку.

— Папа! Голубая!

— Что ты мне принесла, Беатрис Бэнкс?

Амелия отряхнула с юбки песок и объяснила:

— Мы ищем для свадебной церемонии что-то старое, что-то новое, что-то взятое взаймы и что-то голубое. Мы нашли эту голубую ракушку.

— Пчелка, она идеальна. — Я вернул ракушку дочери, и она просияла.

— Теперь дело за остальным. — Амелия достала из кармана какой-то предмет и протянула его Би. — Вот что-то новое, но формально оно для тебя, а не для меня. Би, отдай это папе.

Дочь вручила мне крошечную коробочку. Внутри лежал медиатор с надписью: «Спасибо, что выбрал меня».

Я обнял ее и, крепко сжав, прошептал ей на ухо:

— Спасибо, что выбрали меня, солнышко.