Стелла Камерон - Простые радости

Комната, в которую он наконец вошел, имела круглую форму, в центре ее полукругом стоял диван, кроме него в комнате был ряд покрытых зеркалами столиков, освещаемых лампой с хрустальным абажуром в форме обнаженной женщины. Белый ковер и белые стены. Все было белоснежным, кроме черного, плотно облегающего фигуру платья Ванессы, безупречно сшитого серого костюма Джеффри и зеленого свитера Майлса Вилбертона. В грузном мужчине, одетом в белый махровый халат, Роман узнал преподобного Честера Дюпре.

– Входи, входи, – сказал Джеффри не характерным для него сердечным тоном. – Это Роман Уайлд, ваше преосвященство. Наш пятый партнер.

Дюпре пристально взглянул на Романа:

– Встречал ли я вас когда-нибудь?

– Этот человек гордится тем, что его мало кто знает, – быстро произнес Джеффри. – Он раньше служил в СЕАЛ. Он награжден всеми мыслимыми наградами.

– Да? – Если Дюпре и был поражен этим, то лицо его осталось бесстрастным. – Имеет достаточно денег, чтобы быть одним из совладельцев? Где вы раздобыли такие деньги?

Редко кто вызывал у Романа ненависть с первой же встречи. Но этого человека он сразу же возненавидел.

– Это не я, – не солгав, ответил он.

Дюпре, широко расставив ноги, сел на диван. Под халатом на нем ничего не было.

– Я жду, молодой человек. Мне хотелось бы знать, с кем я имею дело.

– Роман любит пошутить, – сказала Ванесса. – Его отец – Артур Уайлд.

Под прозрачным шелком просвечивали ее ноги. Она встала рядом с Дюпре; ее грудь приоткрылась, а над чулками, отделанными сверху кружевами, были видны ее белоснежные стройные ноги.

Его преосвященство потянулся к ее обнажившемуся телу:

– Артур Уайлд? – Он отбросил в сторону юбку Ванессы. – Не тот ли Уайлд, который убил свою жену? – На его пальцах сверкнули бриллианты.

Роман умел держать себя в руках.

– Он был вне подозрений. Никто никогда не сможет узнать, убили ли ее, или она покончила с собой.

Ванесса, которая никак не отреагировала на интимные прикосновения Дюпре, положила руку ему на плечо:

– Этот Уайлд превратил значительное состояние своей жены в огромнейшее богатство. Самый удачливый в мире производитель игрушек.

Артур Уайлд, который уже мертв. Роману теперь бесполезно было пытаться узнать человека, который подарил смех миллионам детей, а своему единственному сыну и наследнику – горе и разочарование.

– Есть также налет тайны и на том, как ушел ваш отец, не так ли, Уайлд?

– Нет, сэр. Никакой тайны. Он ушел и все, что у него было, оставил мне. – Роману, которому никогда не было нужно ни малейшей части финансовой империи Уайлда. – Вот так я и стал совладельцем этого заведения. Ванесса, мне с вами надо поговорить.

Она одарила его молчаливым взглядом:

– Честер и Майлс только что вернулись из Европы.

– Так оно и есть. – Дюпре погладил ее бедро. – Майлс всех знает. Устроил мне частную аудиенцию у Папы. Что бы вы на это сказали?

– Вы счастливчик.

– Разумеется. Я находился к нему так же близко, как и к вам сейчас. Даже ближе. Все, что пришлось сделать Майлсу, так это сказать, что я хочу с ним повидаться, и мне это позволили сделать. Также я был и на вечеринке под Парижем; У этой Бриджит Бардо. С денежными мешками. – Он грубо захохотал. – У каждого есть своя собственная игрушка, не так ли? Разные игрушки для разных мальчиков и девочек. Как насчет всего этого? Должен ли я обратиться к игрушечному мальчику?

Пораженный и напуганный, Роман уставился на этого человека.

Майлс, который рассматривал груду фотографий, передал одну из них его преподобию и выступил вперед.

– У Романа есть деньги, но не дело, – заметил он как бы просто так. – Дело продано. Разве это не правда, Роман?

– Да. – В первый раз с того момента, как он вошел в комнату, Роман посмотрел на Майлса Вилбертона. Вилли. Красивый мужчина. Блондин, как и Джуниор. Голубые глаза, но все-таки не такие красивые, как захватывающе изумрудные глаза Джуниор или Эйприл.

Майлс подмигнул:

– Ванесса хочет, чтобы я был в деле. Но, знаете ли, есть небольшая проблема.

Роман быстро кивнул.

– На приеме, на который мы отправились в Лондоне, была герцогиня Йоркская, – сказал Дюпре, важно выпячивая сальные губы. – Могу сказать вам, что мне не нужно было помогать ей избавляться от ее бикини. – Он потерял интерес к бедру Ванессы и погрузился в созерцание фотографии, которую передал ему Майлс. Изображенная на ней женщина могла бы украсить обложку любого музыкального альбома. Его преподобие произнес:

– Бесподобно. Только взгляните на эти яблочки. Вилли, добудь ее для меня.

– Будет сделано, – сказал Вилли.

Раздались три звонка. Ванесса поднялась с дивана:

– В душевой все уже приготовлено специально для его преподобия. Не хочешь ли пойти вместе с ним, Джеффри?

– Не думаю, – ответил Джеффри, – что это нужно. Я знаю, Честеру больше бы хотелось побыть вместе с тобой, дорогая. Идите. Я позабочусь обо всем здесь.

Ванесса прищурилась:

– Мы с Вилли уже полностью обсудили это дело.

– Эй! – воскликнул его преподобие. – Позволите ли мне узнать ваш маленький секрет?

Джеффри снисходительно похлопал его по плечу:

– Никаких секретов. Дело касается ведения хозяйства. Ужасная тоска. Ванесса же собирается развлечь вас, не так ли, Ванесса? Она слишком много работала. Будьте уверены, вы хорошо проведете время.

Дюпре стащил себя с дивана.

– Радость моя, – сказал он, положив руку Ванессе на плечи. – Покажите дорогу, графиня. Я собираюсь удостовериться, что вы умеете хорошо проводить время.

Они ушли, но перед самым уходом Ванесса злобно процедила сквозь плотно сжатые губы:

– Позаботься о деле. Немного позже мы оба позаботимся о нем.

– Наконец-то, – сказал Джеффри, когда за ними закрылась дверь. – Расскажи ему, Майлс.

– Вечеринка, о которой распинался этот осел. Та, которая в Лондоне. Я слышал, как кто-то рассказывал о той женщине, которую ФБР использует для определенных заданий.

– Мне показалось, Ванесса говорила, что это было в Италии.

Казалось, Майлс моментально смутился.

– Италия? Да, это была Италия. У нас было столько дел тогда. Должен сказать, что это старый ненасытный ублюдок. Если он сам это не делает, то наблюдает за этим или просит об этом.

– Вы что-нибудь слышали в Италии? – спросил Роман.

– Да, да, – подтвердил Майлс. – Этот парень рассказывал, как он попал в беду, организуя некую операцию. Проводя диверсии для клиентов со Среднего Востока. Американские диверсии. На Кавказе. Обычный состав, но какой-то мелкий интеллигентский выродок решил выпендриться и сделать себе на этом имя.