Луиза Бэгшоу - Дитя понедельника

— Винус — это псевдоним Лили, — поправляет Генри. — Эта дуреха считает его сексуальным. На самом деле она Фрутт.

Черт забери этого пронырливого Генри! Он начинает мне нравиться.

— Хочешь есть? — спрашивает меня Чарлз.

— О да! Просто умираю от голода. Очень хочется яичницы с беконом. И тостов с мармеладом! И пирожных… — Я перехватываю взгляд Джанет и осекаюсь. — С другой стороны, овсянка гораздо полезнее, — говорю покладисто.

Почти всю дорогу до дома я молчу. Джанет из вежливости задает мне пару вопросов про Чарлза, а затем они с Лили принимаются обсуждать Эдварда и Генри. Я смотрю в окно и прикидываю, как буду выпутываться из сложившейся ситуации.

— Генри регулярно ходит в спортзал, качает мускулатуру!

— Думаю, Бат — отличный город. Эдди приглашает меня на выходные.

— Насколько мне известно, у их фирмы сотни офисов по всей Англии! Это очень успешная компания.

— Эд сказал, что любит доить коров. Наверное, это весело, раз ему нравится. Ведь сейчас дойка механизирована.

— Думаю, у Генри полно собственности, — мечтательно тянет Лили.

— Эд любит регби. Девчонки, как вы думаете, я могла бы научиться играть в регби? Он сказал, что возьмет меня с собой на матч.

— Наверняка у Генри есть собственность в Сохо и квартира в каком-нибудь престижном районе!

— Эд приглашает меня в театр. Он собирается приехать в Лондон на той неделе.

— Эй! — вдруг приходит в себя Лили. — Ты же не собираешься поселить его в нашей квартире? У нас нет свободной комнаты!

— Он сказал, у него в Лондоне есть друзья.

— И зачем такой нужен? — брезгливо фыркает Лили. — Он же практически нищий.

— Деньги — это не главное, — ощетинивается Джанет.

— Конечно, если найти мужчину с деньгами не удается, можно утешаться тем, что деньги не главное, — язвительно замечает Лили.

— Ты просто толстокожая овца, Лили, — встреваю я. — Заткнись и оставь свои комментарии при себе! Эд очень мил. Что с того, что он небогат?

— Дорогуша, — с неподражаемой издевкой говорит Лили, — я просто хотела сказать, что Джанет могла найти себе мужика и получше. У Чарлза было полно гостей. И не надо говорить, что деньги не главное. Карьера модели быстротечна, и надо думать о будущем. Слышишь, Джанет? Тебе недолго осталось работать. — Она довольно ухмыляется.

— Джанет еще получит кучу выгодных предложений, — вступаюсь я, видя, что Джанет уставилась на собственные ладони, лежащие на коленях.

— Не надо меня защищать, — вдруг говорит она. — Мне нравится Эд. С ним интересно. Он умный и обходительный.

— Как всякий фермер, — фыркает Лили.

— А мне нравятся домашние животные! — В голосе Джанет вызов. — И я буду встречаться с Эдди. Мы договорились поужинать во вторник.

— Ага, в «Макдоналдсе», — хохочет Лили.

— Зато ему не девяносто, как Клоду Ранье, — вставляю я. — Он молод и довольно симпатичен. — Правда, красавцем его не назовешь.

— Симпатичной рожей счетов не оплатить, — веско говорит Лили, изучая свой маникюр. — Вы взгляните на Генри! Он и молод, и красив. И богат, заметьте!

— И наверное, глух как тетерев, — добавляю я. — Или ты еще не болтала с ним в своем обычной манере, детка?

Лили самодовольно улыбается.

— Он считает меня идеалом женской красоты, если хочешь знать.

Неужели? Меня так и подмывает пересказать Лили тот диалог, что я подслушала на вечеринке у Чарлза, когда два парня обсуждали стати моделей, но это было бы слишком жестоко. Ведь тогда я расстрою и Джанет, что не входит в мои планы.

— Идеалом красоты, значит? — переспрашиваю я. — Что ж, хорошо, если это надолго. И когда у вас свидание?

— Думаю, в субботу. Если я сочту, что он заслужил свидание, — заносчиво говорит Лили.

— А мне показалось, что из вас двоих решает он. Может, постараешься немного удержаться от своих обычных закидонов?

— Каких это? — невинно осведомляется Лили.

— Сама знаешь. Заставлять ухажера ждать тебя на улице целых двадцать минут, пока ты сидишь у окна и читаешь «Кос-мо», — начинаю перечислять я. — Отсылать назад блюда в ресторане под глупыми предлогами. Вышвыривать цветы в окно прямо перед носом поклонника…

Я действительно не раз видела, как Лили это проделывает. Правда, про рестораны рассказывала она, но это не важно. Мужчины преклонных лет, состоявшиеся в жизни, достойные уважения, терпеливо сносили ее гадости, не говоря ни слова — разве что извиняясь.

— Я не уверена, что с Генри подобные штучки пройдут, — предупреждаю я.

— Пройдут и не такие, вот увидишь. Главное, захомутать его получше. Ему еще понравится!

Мне вспоминается, каким тоном Генри говорил о настоящей фамилии Лили.

— Как скажешь, Лили Фрутт, — пожимаю плечами.

— Заткнись! — взрывается она. — Лучше продолжай и дальше таращиться в окно, как ты делала до этого! Кстати, Джанет, прежде чем слушать советы Анны, вспомни, что она-то отхватила себе лакомый кусочек.

— Я в курсе, — говорит Джанет холодно. — Но думаю, что Чарлз еще и очень хороший.

Я вздыхаю. В моей душе полная неразбериха.

Глава 9

У меня достаточно времени обдумать произошедшее. Марка Суона вызвали в Лос-Анджелес представлять свой последний фильм, поэтому я снова работаю в офисе под началом Китти. К моим обычным обязанностям прибавились новые заботы: мне поручено общаться с Триш Эванс (Китти находит общение с автором ниже своего достоинства), подтирать задницу Грете, а заодно и еще нескольким новоиспеченным «звездам», задействованным в нашей ленте. Кроме того, мне приходится передавать Эли Роту сообщения Китти, которая сруливает с работы каждый день не позднее полудня, чтобы пообедать в обществе известных персон. Бедняжка, она так устает, пережевывая клубные салаты и потягивая дорогие вина! Разумеется, передавать сообщения Роту могла бы и Клер, но Китти распорядилась, чтобы этим занималась именно я — должно быть, заполучив меня обратно, Китти жаждет поставить меня на место.

Ну и наплевать!

В первый же четверг после отъезда режиссера в офисе появляется курьер с посылкой из Голливуда. Посылка адресована мне. Пока я развязываю веревки, сбоку возникает Джон, пытаясь заглянуть в коробку.

Так и есть, посылка от Суона, окончательный вариант сценария Триш, исправленный и дополненный.

— Окончательный вариант? — озадаченно тянет Джон. — Зачем он прислал его? Мы не обязаны давать авторам исправленный сценарий.

Еще бы, ведь автор — последний человек в съемках фильма.

Вслух же я говорю совсем другое:

— Ты же знаешь этих режиссеров. — При этом я старательно загибаю угол упаковочной бумаги, где значится, что посылка адресована мне, а не Триш. Кроме того, я комкаю в руке записку со словами «Твой сценарий должен быть еще лучше. Приступай немедленно».