Семья в долг - Александра Багирова

Вертится в нетерпении, ему кажется, что машина не едет, ползет. Вот, наконец, его поворот. Рассчитывается с водителем. Выскакивает из машины. И только сейчас замечает хрупкую фигурку около ворот.

Девушка стоит к нему спиной. Темные волосы по плечи, немного сутулится, в правой руке сжимает палку. Стас замирает. В горле стоит ком. Не может вздохнуть. Не верит своим глазам.

Девушка оборачивается. На левой стороне от виска до рта у нее огромный шрам.

- Привет, Стас, - она смущенно улыбается, еще сильнее сжимая палку.

- Тори… - произносит осипшим голосом.

- Да, - делает шаг к нему навстречу, сильно хромает.

Ворота открываются, и к ним выходит Лена.

- Стас… Ульяна, - шепчет очень тихо, почти беззвучно.

Глава 24

Славу увезли. Ее визг до сих пор стоит у меня в ушах. Константин с Богданом тоже уехали, перед этим убедившись, что со мной все в порядке. Физически да, а вот морально меня придавило плитой. А ведь я должна вздохнуть с облегчением – сестрицу увезли, поймали с поличным. Но нет. На душе кошки скребут.

Константин намекнул перед уходом, что скоро меня ждет сюрприз. Я догадалась, что он про Стаса. Но и тут, мне страшно. Мы не виделись несколько дней, и как пройдет встреча? Как парни разберутся со своими делами? Ведь я слышала разговор, что они собираются уничтожить змей.

Пока у меня лишь тревоги и ни капли радости. Такое ощущение, что хожу по минному полю, и каждый шаг может стать последним. Или я слишком себя накручиваю?

Меня пугает неизвестность. Извечный вопрос: «Что будет дальше?». И еще я понимаю, насколько сильно истосковалась по Стасу и это тоже добавляет страха в мою измученную душу.

Не знаю, сколько времени я бесцельно наматываю круги по дому. Даже проверенный метод – игры с детьми, не дает результатов. Неприятные ощущения не проходят. Стас прислал сообщение, интересуется, все ли со мной хорошо. Отвечаю сухо. Односложно. А так хочется написать, что я безумно его жду. Вот он приедет и развеет мои страхи. Возможно, у нас есть шанс? Маленький, крохотный, но он есть?

Смотрю в окно, складываю руки в молитве, и прошу высшие силы подарить мне надежду. Я стану для него самой лучшей женой, сделаю все, чтобы он был счастлив. А рядом с ним и я буду самой счастливой женщиной. Стас единственный для меня. Лишь взглянув на его фотографию, я подсознательно поняла – тот самый. А теперь окончательно в этом убедилась. Никогда не смогу ни с кем быть, кроме него.

С высоты второго этажа мне видно, как в наш переулок въезжает машина. Приехал! Еще не вижу, но чувствую сердцем.

Выбегаю ему навстречу, гоню все страхи прочь. Главное – я его сейчас увижу. Перед глазами все расплывается. Все размыто. Выбегаю из дома, бегу к воротам. Открываю их и вижу Стаса, сердце подпрыгивает в груди. Радостный вопль застревает в горле. Он смотрит не на меня. Смотрю в ту сторону и вижу женщину.

Мне хватает доли секунды, чтобы ее узнать. И я слышу звук собственных разбившихся надежд.

- Стас… Ульяна… - хриплю.

Она жива. Она пришла к Стасу. Удары пульса оглушают.

Не понимаю, как себя вести, что делать. Я просто замерла и смотрю то не нее, то на него.

Ульяна изменилась. Волосы теперь приобрели ее натуральный цвет. Она хромает. На лице шрам. Но это определенно она.

-Ой, и Лена тут, - улыбается невинной улыбкой.

На лице не осталось следа от уколов красоты. Под глазами пролегли морщинки. Она явно была не на курорте.

- Ты как тут оказалась? – Стас подходит ближе, вглядывается в ее лицо.

Он растерян. Часто моргает и рассматривает ее.

А противный голосок в груди нашептывает мне: «Он ее безумно любил, такое чувство не пройдет бесследно. И у них сын!». Андрюшка! У меня его заберут. Едва сдерживаю вопль отчаяния.

- Пригласишь в дом? Я все расскажу, - голос звучит кротко, нежно.

- Пошли, - Стас кивает.

Ульяна обходит меня, как статую, семенит на территорию. Она идет медленно, сильно хромает. Стас смотрит ей вслед. Переводит взгляд на меня.

- Лен, ты чего застыла. Идем, - берет меня за руку.

Невольно сжимаю его пальцы. Впитываю тепло. Кусаю губы. Я краду эти прикосновения, упиваюсь теми крохами, что мне остались.

Стас… он добрый и порядочный. Мы многое с ним прошли вместе. Но я для него друг. Мать его ребенка. Но он не видит во мне женщины. Тот единственный раз, который навсегда остался у меня в памяти, произошел лишь потому, что он считал меня Ульяной и ужасно тосковал по ней. А вот теперь она живая… рядом.

Шок от ее появления все еще не отпускает. Я даже не чувствую страха, перед той, что держала меня взаперти. Я просто оплакиваю свои разбитые надежды, иду по ним босыми ногами, осколки проходят сквозь кожу и режут меня по живому.

Но ведь любовь, она прощает все. И если Стас любит, он сможет дать их отношениям второй шанс. Он слишком долго тосковал по ней, чтобы вот так просто отпустить.

Мы проходим в гостиную.

- Может вам стоит все обсудить наедине? – робко спрашиваю, останавливаюсь на пороге.

- Входи, Лена, - кивает на диван в гостиной.

Ульяна усаживается в кресле. Очень робко садится на краешек. С милой улыбкой смотрит на меня и изрекает:

- Лен, ваша с Ваней дочурка, наверно, уже совсем большая, как и наш со Стасом сынок! Вы не представляете родные, как я по вам соскучилась!

Щеки пылают, словно она мне влепила пощечину. В груди перехватывает дыхание, как удар под дых. Одна фраза и я чувствую себя избитой.

- Аня моя дочь, - Стас отвечает спокойно. Приобнимает меня и помогает сесть на диван. Сам остается стоять посреди комнаты.

- Ого, я что-то пропустила? – всплескивает руками. – Стас, ты решил удочерить девочку? – потом хмурит брови. – А Ваня разрешил? Он же родной отец.

- Ваня не отец, Анюты, - отвечаю дрожащим голосом.

Теперь, когда шок от ее появления немного прошел, мне больно смотреть на эту женщину. Кадры моего заточения в подвале, ее издевательства, всплывают одно за другим.

А еще страх и сомнения, что отравой текут в кровь. Я ведь не могу быть уверена, что они тогда взяли биологический материал у Стаса. К моему ужасу – это мог быть Ваня.

Нет! Нет! Нет! Гоню подобные мысли