Робкая - Девни Перри

местах. На столе всегда что-нибудь было: либо детские художественные проекты, которые ещё не были закончены, либо закуски для отдыхающих, которые можно было взять с собой в следующее приключение. И всегда кто-то приходил или уходил из главной комнаты.

Я скучала по беспорядку и шуму.

Всё на улице было покрыто снегом. Кострища и бревенчатых скамей было почти не видно. Деревья отливали сверкающим блеском. И за ними, озеро представляло собой плоский слой льда. Я надеялась, что на дороге в Калиспелл не было льда.

— Будь осторожен на дороге, — сказала я Джексону, когда он остановился у двойных дверей.

— Я позвоню тебе, когда вернусь, и мы сможем составить планы. — он поцеловал меня в последний раз, а затем вышел на улицу. Я помахала на прощание и повернулась, чтобы вернуться в кабинет, но остановилась, когда увидела, что Логан и Джексон пересеклись на дорожке, ведущей к парковке.

Я наблюдала из главной комнаты, как эти двое пожали друг другу руки и из-за чего-то рассмеялись.

Логан и Джексон так хорошо ладили последнее время, что я действительно считала их друзьями. Мне нравилось, что Джексон расширяет свой круг общения. Теперь это были не просто Хейзел, Тея и Чарли. У него были все мы. Я, Райдер, мои родители и даже Логан.

Он открывался. Он позволял другим любить себя. И я думаю, что впервые в своей жизни он не беспокоился о том, что мы все исчезнем.

Если бы он никогда не заточит жениться, я смирюсь с этим. Как я сказала Лейтон во время нашего телефонного звонка на прошлой неделе, мне не нужно было белое платье и шикарная вечеринка. Мне просто нужен был Джексон. Если бы он не смирился с мыслью о браке, я бы отказалась от этой мечты.

В любом случае, я уже заполучила ту, к которой я действительно стремилась.

Насчет детей? Это была совсем другая история. Я не собиралась так легко расставаться с этой мечтой. Я была полностью уверена, что в конце концов Джексон преодолеет свои страхи и поймет, что любому ребёнку повезёт, если он будет его отцом.

Джексон и Логан попрощались, и я отошла от окна, чтобы вернуться к двери. Я открыла её для Логана, пока он стряхивал снег со своих ботинок.

— Доброе утро, — сказала я ему.

— Доброе утро, — он вошёл внутрь и оглядел комнату.

Я засунула руки в карманы джинсов, потом вынула их. Я одёрнула подол своего свитера, убеждаясь, что он не задрался. Затем я оглядела комнату, стараясь не пялиться на Логана, пока он проводил свой небольшой осмотр. Независимо от того, сколько времени мы проводили вместе, Логан Кендрик всегда заставлял меня нервничать. У него была эта необузданная сила, которая исходила от его тела. Это, и он был самым красивым мужчиной, которого я когда-либо видела, кроме Джексона. Тёмные волосы Логана всегда были уложены, а лицо выбрито. Даже в повседневных джинсах и чёрном зимнем пальто он выглядел стильно. Ботинки, в которые он был обут, были того же стиля, что и обувь Джексона, но они не были поношены или потёрты. Всё в Логане было отшлифовано.

Он излучал уверенность и власть, и это было довольно пугающе.

— Как дела? — он спросил.

— Хорошо, спасибо, — я неуверенно улыбнулась ему. — А у тебя? К-как дела?

— Я в порядке.

— О, это здорово, — мой голос был воздушным и тихим. — Не хочешь кофе? Я сварила немного. На кухне. — Очевидно, Уилла. Боже. Возьми себя в руки.

— Конечно, — своим мягким взглядом он делал всё возможное, чтобы успокоить меня. — Показывай дорогу.

Я опустила голову и направилась на кухню. Я сделала несколько глубоких вдохов, напоминая себе, что это просто Логаном, муж лучшей подруги моего парня. Не важно, что у него больше денег, чем у кого-либо, кого я когда-либо встречала, или что он был моим боссом.

К тому времени, как мы добрались до кухни, я немного расслабилась. Нервы всё ещё трепетали у меня в животе, но я смогла говорить нормально и с чуть большей уверенностью.

— Какой ты будешь кофе? — я спросила.

— Просто чёрный.

Я кивнула и достала чашку из буфета, затем наполнила её из промышленного кофейника. Он был не таким вкусным, как кофе, который готовила Хейзел. Почему-то её блюда всегда были вкуснее моих, хотя процесс приготовления был тот же. Но напиток был горячим и достаточно хорошо подходил для этого дня.

— Как Тея себя чувствует? — я протянула ему его чашку.

Он улыбнулся.

— У неё очень частый токсикоз со дня благодарения, но она справляется с этим как солдат.

— Держу пари, Чарли взволнована.

— Она очень хочет младшего братика, — он усмехнулся. — Мы пытались сказать ей, что с сестрой будет также весело, но она не теряет надежды.

— А как насчёт тебя? У тебя есть какие-нибудь предпочтения?

Логан покачал головой.

— Счастливый и здоровый — это всё, чего я хочу.

Мечтательная улыбка на его лице заставила моё сердце растаять. Он так сильно любил свою семью, что было трудно не свалиться в обморок.

— Может, нам переместиться в твой кабинет? — спросил он. — Или ты предпочитаешь поговорить в главной комнате?

— У меня есть кое-какие вещи в кабинете, — я первой вошла в кабинет и села за свой стол, в то время как Логан занял гостевой стул напротив меня.

Мой кабинет был невелик. Без окон было темно и всегда холодно. Там было тесно, места хватало только для моего стола и пары картотечных шкафов. Но я повесила тонну фотографий отдыхающих за эти годы, и это придало комнате жизни. Как можно было не улыбаться, когда тебя окружали счастливые дети?

— Я слышал много хорошего об этом лагере, — Логан сделал паузу, чтобы сделать глоток кофе. — И о тебе. Все в фонде были очень впечатлены. Мне сказали, что это был самый организованный переход в истории Фонда Кендрика, и всё благодаря тебе.

— Правда? Спасибо, — я покраснела, заправляя прядь волос за ухо. — Все кажутся такими милыми в офисе фонда. Я разговаривала с ними только по телефону, но у тебя отличная команда.

— Мне повезло. И теперь ты часть этой команды, так что мне повезло ещё больше.

— Спасибо. Ещё раз. Так о чём ты хотел поговорить? — я была шокирована, когда он позвонил мне, чтобы договориться об утренней встрече. Я полагала, что руководители крупных благотворительных фондов не встречаются с директорами крошечных лагерей вроде меня.

— Что ж, я хотел бы обсудить предложенные тобой планы по улучшению этой весной.

— О, — моё сердце упало. — Я попросила слишком многого?

Мы остро нуждались в обновлении