Кровавое королевство - Дж. Дж. МакЭвой

— Идите спать, я приду позже, — сказала я, когда Лиам оглянулся на меня.

Они тихо спрыгнули с нашей кровати и вышли через смежную дверь. Я поднялась с кровати и увидела, что ни Деклан, ни Лиам не захотели посвятить меня в то, что это было. Вместо этого я прошла в переднюю часть дома, и мне показалось, что все горничные и дворецкие были внутри. Кора стояла в дверях, укачивая малышку Дарси на руках.

— Что происходит? — Я спросила Лиама. Он ничего не сказал, да ему и не нужно было. Как только мы вышли на улицу, я увидела его.

Федель. Его тело лежало прямо за семейными воротами, пуля попала ему прямо между глаз. Он еще даже не побледнел.

— Мелоди. — Лиам встал рядом со мной, но я не двигалась и не говорила. Я застыла. Он просто был там, мертвый. Ушел. Вот так. Убит теми самыми людьми, которых он защищал, моим народом, нашим народом; они убили его.

Они тоже никогда не стояли за меня горой. Тогда ладно.

— Это парень, который привез его, — заявил Нил. Я взглянула на парня двадцати с небольшим лет с короткой стрижкой и в очках. Он был таким тощим, что казалось, будто ветер может сдуть его в любую секунду.

— Кто ты? — Я хотела спросить, но не могла говорить, поэтому Лиам сделал это за меня.

— Фрэнки сэр…..э-э, Фрэнки Северино, Федель… Он э-э… он тренировал меня. Я имею в виду, что я был его вторым водителем, но он обучал меня и другим вещам. Он сказал, что когда-нибудь я могу пригодиться…

Он? Пригодится? Для чего? Комик-Кона?

— Я лучший биохимик на этом побережье. Я могу приготовить все, что вы захотите…. э-э, я думаю, сейчас не время. Просто, да. Это то, что я делаю. И вы должны знать, что не все итальянцы с этим новым парнем, мэм. Многие люди шокированы и сбиты с толку, но в основном все на перепутье. Я знаю всех людей, которые все еще верны вам. Он стрелял в Большого Тони, но он все еще жив. Какие-то другие парни отвезли его в больницу. Но…

— Но? — Наконец я заговорила.

Он поднял окровавленный телефон.

— Последняя запись Феделя. Эмилио оставил для вас сообщение, мэм.

Взяв телефон из его рук, я нажала кнопку воспроизведения.

— Младшая сестренка! — завопил он. — Боже, ты понятия не имеешь, как долго я ждал, чтобы назвать тебя так. В любом случае, извини за твою собаку. Я оставил его щенка в живых, хотя он выглядит как настоящий чихуахуа. Помнишь тот разговор, который у нас был ранее…Я надеюсь, что теперь ты отнесешься ко мне намного серьезнее. Кто бы мог подумать, что так много наших людей ненавидят тебя до глубины души?

Я больше не хотела ничего слышать, поэтому просто выпустила телефон из рук и отвернулась.

— Лиам, похоже, мы получили ответ, — сказала я ему.

Ирландцы и итальянцы снова жаждали крови. Больше нечего было сказать, нет слов, чтобы описать это. В данный момент я хочу сосредоточиться на своих детях. Я знаю Эмилио достаточно хорошо, чтобы понять, что он будет охотиться за ними и попытается отобрать их у меня, а я не дам ему ни единого шанса.

— Мел… — Кора заговарила со мной, но я прошла мимо нее. Мне нечего было ей сказать. Когда я добралась до комнаты Итана, я остановилась, осознав, что у меня дрожат руки. От гнева? Или горя? Я не была уверена.

Федель…

Нет. Я не могу. Не сейчас.

— Тук-тук. — Я просунула голову внутрь, зная, что он расстроен из-за меня, и, конечно же, он перевернулся на бок, играя в свои видеоигры. Глубоко и громко вздохнув, я подошла к нему и громко опустилась на край его кровати. Он подскочил, но по-прежнему не смотрел на меня.

— Mio bel leoncino. Откинувшись на подушки, я взглянула на балдахин его кровати. — Ты расстроен из-за меня?

Ответа не последовало. Вместо этого я услышала, как заработал двигатель гоночного автомобиля в игре.

— Все в порядке, если ты расстроился из-за меня, я не передумаю. Ты не можешь остаться…

— Мама! — Он застонал, сел и свирепо посмотрел на меня.

— Да? — Тихо спросила я, стараясь не улыбаться.

— Почему? Я старше…

— Потому что я люблю тебя, — сказала я. Он замер, нахмурившись.

— Ты не можешь так говорить, это нечестно. — Он надулся, ложась рядом со мной, и я провела руками по его мягким волосам.

— Я могу, потому что это правда, — прошептала я, и мое сердце снова заболело. — Я так сильно люблю тебя, Итан, что даже я не могу выразить это словами. Ты мой сын, мой первый ребенок, и мысль о том, что с тобой что-то случится… пугает меня так сильно, Итан, что я иногда не могу спать по ночам. Ты же знаешь, что мама и папа делают то, что другие люди считают плохим, верно?

Он кивнул, его голова была рядом со мной, когда он обнял меня.

— Но папа говорит, что иногда нам нужно совершать плохие поступки, чтобы добиться хороших результатов. Если он этого не сделает, это сделает кто-то другой, и мы можем пострадать.

Звучит как ответ Лиама.

— Он прав. — Я бы сказала ему то же самое. — И по большей части у нас с папой все под контролем. Но иногда люди ненавидят нас за это и хотят причинить нам боль единственным доступным им способом, а именно — причинить боль людям, которых мы любим больше всего. Ты нравишься людям.

— Значит, ты отсылаешь нас прочь.

Я кивнула.

— Я отсылаю вас, чтобы мы с папой могли делать то, что нам нужно, и не беспокоиться о том, что вы в опасности. Когда станешь старше и сильнее, никто больше не заставит тебя прятаться.

— Хорошо. Но когда я стану старше, я разберусь с ними за то, что они сделали это с тобой. — Он вскочил, радостно глядя на меня сверху вниз.

— Договорились. — я протянула руку,