Татьяна Зинина - На осколках зазеркалья (СИ)

      - Рина, - позвала Глара, да таким натянутым голоском, что мне вдруг показалось, она тоже не в курсе происхождения этого жилища.

      - Вот сейчас выйдем из машины, и всё у него спросите, - отмахнулась я. Самой же было до ужаса любопытно, куда нас привёз Кармин.

      Когда же, наконец, весь наш кортеж припарковался на стоянке у входа, Лена первой поспешила открыть дверь, дабы утолить, наконец, своё бедное любопытство, но тут же её взгляд встретил на своём пути странное неизвестное препятствие, и она тут же села обратно. И даже дверь захлопнула.

      - И что это было?! - поинтересовалась я, так и не дождавшись объяснений.

      - Там Тим, - ответила рыжая.

      - Да, - подтвердила я, оборачиваясь назад. - А ещё там Гоша, Сеня, Филипп, ещё две какие-то девушки, и несколько парней, которых я не знаю. Ну и сам Карм.

      - Рина, мне нельзя попадаться на глаза Тиму, - выпалила Ленка, съезжая по спинке заднего сидения.

      - Отлично, - проговорила я с улыбкой. - Можешь посидеть здесь. Мы вернёмся через пару дней.

      С этими словами я решительным жестом открыла дверь, и почти уже вышла из машины, когда услышала её вопль.

      - Не бросай меня!

      - Выходи, - протянула, глядя прямо в её испуганные глаза. - Выбора у тебя всё равно нет, а при таком количестве людей убивать он тебя явно не станет. Так... покалечит немного.

      - Рина! - крикнула она, слишком громко, чтобы и дальше оставаться незамеченной для ребят.

      - Слушай, ты взрослая девушка, давно вышедшая из детсадовского возраста, - мой тон был по максимуму серьёзным. - Тебе двадцать четыре года, ты один из ведущих специалистов в своей фирме, и за свою жизнь уже успела столько раз влипнуть в истории, что мне и не снилось. А Тим... - я повернулась в сторону собравшейся у входа компании, и странным образом встретилась взглядом с внимательными глазами Тимура. Видимо, он догадался, кто именно упёрся рогами и никак не желает покидать пределы салона моего авто, потому что в этот момент на его лице расцвела коварная улыбочка, а сам объект нашего бурного обсуждения решительно двинулся к машине.

      Я замолчала, уже представляя, какое представление стоит ожидать.

      - Рин... - настороженно позвала Лена. - Почему ты молчишь?

      - Ох, Ленка, зря ты сидела тут так долго. Вот если бы вышла сразу, у тебя был бы шанс затеряться в коридорах этого... - я перевела взгляд на дом и усмехнулась, - этого сооружения. А теперь...

      - Что теперь?

      Задняя дверь резко раскрылась, явив Лене весёлое лицо Тимура, а Тиму шокированную физиономию Ленки.

      - Ну что, Рыжик, пошли, буду тебя убивать, - проговорил блондин добродушным приветливым тоном. - Ты какой вариант предпочитаешь: казнь через переедание шашлыков или чрезмерное употребление большой дозы коньяка?!

      - А может, я тут посижу? - если честно, я вообще впервые видела на лице своей подруги подобное смирение. Походу Тим её действительно сильно напугал.

      - Пошли уже, - вставила я, подныривая под руку Тимура и вытаскивая из машины странно оцепеневшую подругу. А она, воспользовавшись моментом, неожиданно проскользнула мимо, и поспешила к ребятам. Да так резво, как будто и не сидела в одной позе все последние три часа.

      Захлопнув дверь, я повернулась к Тиму. Вообще, с того дня, что мы провели приводя в порядок заброшенное кафе, я ни разу его не видела, и даже не представляла, в какой манере нам теперь лучше общаться. Как друзья? Как враги? Или как коллеги по группе? В любом случае, контактировать нам всё равно придётся, а чтобы выяснить как, нужно просто начать это делать.

      - А можно спросить, что ты сделал такого, что моя самая безбашенная и весёлая подруга при одном твоём присутствии впадает в панику? - поинтересовалась, внимательно глядя в синие глаза блондина.

      В ответ он лишь странно улыбнулся, потом каким-то непонятным жестом поправил воротник на моей шубе, как когда-то в детстве делала мама, и только потом ответил.

      - Когда-нибудь, я тебе об этом обязательно расскажу, и если захочешь, во всех подробностях, а сейчас слишком холодно, да и ребята ждут, - с этими словами, он легонько коснулся моей руки, и бережно сжав холодные пальцы, повёл к дому.

      Вот теперь я впала в ступор почище Ленкиного. Эта линия поведения Тима не отвечала ни одной из тех, что я могла предположить, и даже хуже... Она наталкивала на странные мысли, которые были похожи на что угодно, но только не на реальность.

      Но сейчас у меня не было никакого желания устраивать сцены задавать вопросы, и вообще чего-то выяснять. В конце концов, мне нравилось такое отношение, и, решив в коем-то веке направить свои эгоизм на свою же гордость, предпочла сделать вид, что всё это в порядке вещей.

      Да только первые проблемы начались всего через несколько шагов.

      Наверно, мы выглядели странно, держась за руки, потому что именно это и стало причиной ядовитой ухмылки Фила, который смотрел на нас, как на настоящих врагов народа. А ведь я даже не думала, что его может настолько зацепить такая невинная мелочь... Хотя, мелочь ли?

      Благо сейчас наш директор Филипп не стал ничего говорить, потому что ещё одного капризного создания я бы не выдержала. Мне вообще в этом плане Лены было больше чем достаточно, а ведь мы только приехали.

      Тем не менее, даже без единого слова, Фил умудрился одним взглядом дать понять, что данный жест ему совсем не нравится. И даже если бы я и решила отдёрнуть руку то, подозреваю, Тим всё равно не дал бы мне этого сделать. И был бы прав.

      - Что, Филька, хмуришься?! - спросил мой сопровождающий с присущей ему хитрой иронией. - У тебя от холода уже лицо сводит... Такое напряжённое выражение, будто я увёл твою девушку.

      С этими словами он демонстративно провёл меня в дом, и выглядел при этом таким довольным, как будто только что ему как минимум присудили пять Гремми. А я лишний раз убедилась, что он, куда больший пакостник и хулиган, чем мы с Ленкой вместе взятые.

      - Доиграешься, - шепнула я блондину, когда он со странным рвением взялся помогать мне снимать шубу.

      - Я осторожно, - ответил он, изображая самую, что ни на есть, невинную скромность. От этой его рожицы я впала в такое умиление, что просто больше не смогла сдерживать смешок.