Юна-Мари Паркер - Богачи

— Разумеется, я вас помню! Как вы поживаете? Я уверен, что супруге доставит огромное удовольствие повидаться с вами. Где же она? — Гарри оглядывал скопище гостей в поисках Морган.

Она подошла к нему сзади и взяла под локоть.

— Ты меня ищешь, дорогой?

В следующий миг она осознала, что совершила большую ошибку. Густо покраснев и слегка дрожа, Морган слушала, как Гарри говорит:

— Дорогая, какой сюрприз! Ты ведь помнишь доктора Аластера Теннанта? Розали пригласила его к нам в дом, когда ты внезапно почувствовала себя плохо.

Доктор Теннант, который семь месяцев назад заявил Морган, что она не может иметь детей, пожирал глазами ее выступающий под платьем живот, и его лоб медленно покрывался испариной от волнения.

— Я очень рада, доктор. — Морган собралась с духом и протянула ему для поцелуя руку. — Пользуясь случаем, хочу еще раз поблагодарить вас за помощь. — Она решительно взяла Гарри под руку и притянула к себе. — Прошу нас извинить, я хотела бы познакомить мужа с одним человеком.

С этими словами Морган стремительно увлекла Гарри в сторону, чувствуя, что Теннант продолжает следить за ними изумленным взглядом.

На следующее утро Морган позвонила Розали.

— Я не знала, что ты пригласила на вчерашний прием доктора Теннанта, — сказала она после обычной благодарности за приятный вечер.

— Кого? Ах да, конечно. Он очень мил, не так ли? Знаешь, в последнее время мы с ним очень подружились. Я часто прибегаю к его профессиональной помощи. А разве не он следит за ходом твоей беременности?

— Нет.

— Почему же, дорогая? Я не сомневалась, что он стал твоим лечащим врачом после того, как избавил тебя от кисты. Ты говорила, что он тебе понравился. Что же случилось?

— Ничего не случилось. Просто я хотела найти врача помоложе, знакомого с новыми методами деторождения.

— По-моему, ты допустила ошибку, Морган. Он прекрасный врач. У него лечатся все мои знакомые. — Розали была твердо убеждена, что если кто-то игнорирует самого модного врача, парикмахера или портного, значит, этот человек не в своем уме. — И к кому же ты обратилась?

— К доктору Снайдеру… это американский гинеколог, крупный специалист в области материнства и детства. Кстати, ты собираешься сегодня на премьеру?

— На премьеру… на какую премьеру? — Розали казалась несколько обескураженной такой внезапной переменой темы. — Ах, на премьеру! Я должна встретиться с графиней Глочестер, потому что Глен выделил крупную сумму на пожертвование в фонд… в какой-то там фонд. А вы с Гарри идете?

Морган слышала в трубке позвякивание браслета Розали.

— Думаю, да. Говорят, фильм так себе, а банкет ожидается роскошный. В общем, увидимся. — Морган повесила трубку и досадливо прикусила губу. Надо постараться сделать так, чтобы больше не сталкиваться с доктором Теннантом. И без того Гарри очень удивился, когда она так внезапно утащила его прочь на приеме.

— В чем дело? Почему ты не хочешь поговорить с ним? — прошептал он ей на ухо тогда.

— Как ты не понимаешь, Гарри, что мне неудобно общаться с ним после того, как я обратилась к другому врачу. Это неэтично. Хотя доктор Теннант и не гинеколог, как доктор Снайдер.

— Хорошо, дорогая. Делай как тебе угодно. Но по-моему, это выглядело несколько невежливо.

— Я поговорю с ним позже и принесу свои извинения, — ласково улыбнулась она Гарри, с удовольствием отметив, что доктор Теннант вскоре после их разговора покинул дом Розали.

На следующий день после вечера у Винвудов доктор Теннант сидел за столом у себя в кабинете, погруженный в серьезные размышления. Он наизусть помнил истории болезни всех своих пациентов и всегда гордился этим. Даже те из них, которые приходили на профилактический осмотр раз в полгода, не могли обвинить его в путанице или забывчивости. Наконец он не выдержал и нажал кнопку звонка.

— Мисс Филипс, будьте добры, принесите мне карту леди Блэмор, — попросил он секретаршу.

Через минуту в дверях обрисовалась фигура старой девы с голубой папкой в руках.

— Разве она записана на прием сегодня? — удивленно спросила она.

— Нет, я только хочу кое-что проверить.

Мисс Филипс протянула ему папку и осталась стоять возле стола в нерешительности, ожидая дальнейших распоряжений.

— Вы можете идти, — сказал доктор Теннант, и секретарша с достоинством выплыла из кабинета.

Если доктору нужно уточнить историю болезни кого-то из пациентов, почему он не может прямо спросить ее? Она помнила все обо всех. Особенно о дамах с нарушениями половой системы. И леди Блэмор не исключение. Деформированная матка. У нее никогда не будет детей.

Каждую неделю Морган созванивалась с Тиффани по одному ей известному номеру в Вайнленде. Роды ожидались через два с половиной месяца, и Морган беспокоило состояние здоровья сестры. Тиффани продолжала страдать от головокружений и стала терять вес. Кровяное давление также внушало опасения, но врач местного родильного дома относился к этому с возмутительной беспечностью.

— Ребенок в порядке? — спрашивала Морган, разговаривая с сестрой из спальни, где никто из слуг не мог ее подслушать.

— Да, результаты анализов хорошие. Так что за малыша можешь не волноваться.

Тиффани радовало, что дитя, которое она носит под сердцем, нормально развивается. Однако с самого начала она решила отстраниться от него эмоционально. Этот ребенок никогда не будет принадлежать ей. Его рождение станет для нее долгожданным освобождением. Так освобождаются от надоевшей боли, когда с корнем вырывают зуб.

— А что показывает обследование по определению пола ребенка? — спросила Морган.

— Не знаю, — равнодушно ответила Тиффани.

— Не знаешь? О Господи, но ведь это легко выяснить!

— У меня нет ни малейшего желания это выяснять.

— Но это же очень важно!

— Важно для тебя! А что, если родится девочка? Ты швырнешь мне ее в лицо и скажешь, что заказывала мальчика, а доставили не то? Нет, Морган, так не пойдет. Раз уж ты меня втянула в это дело, будь благодарна за то, что вообще получишь ребенка.

— Ради Бога, Тифф, успокойся! Я возьму его вне зависимости от того, кто родится.

— Как это великодушно с твоей стороны! — крикнула Тиффани и с такой силой сжала трубку, что костяшки пальцев выступили под синеватой кожей. — Как мило! Надеюсь, ты прекрасно проводишь время, притворяясь беременной, пока я вынашиваю ребенка? Ладно, я рожу тебе его, раз обещала. Но запомни, после этого между нами все кончено! Я не желаю тебя больше знать! — Тиффани перешла на крик, и Морган не на шутку испугалась. Вряд ли для ребенка полезны такие потрясения.