Шейла О'Фланаган - Замужество Изабель

– Главное, чтобы ты допустила, – заметила Магдалена.

– А я тоже не хочу, – немного слукавила я. – Главное, что я не хочу менять наши отношения.

– Может быть, он тебе не нравится?

Я представила себе его тонкую и вместе с тем сильную фигуру, его умные, надежные руки, его темные, почти черные глаза. Да как он может не нравится? Я же не сумасшедшая, чтобы мне не нравился такой человек!

– Просто все не так просто, – уклончиво ответила я.

– Все это очень странно, Изабель. Может, он голубой?

Эта мысль меня как громом поразила. Ари Джордан тоже внешне выглядел очень мужественным и привлекательным. А теперь этот Ари скоро станет названным братом Жюли.

– Вопрос вполне резонный, – продолжала Магдалена. – На твоем месте я бы забеспокоилась.

– А я не беспокоюсь, – хмуро ответила я. – И меня вполне устраивает, как идут дела.

Узнав о наших отношениях с Нико, Барбара пришла в ярость. Она начала жаловаться, что это именно она первая положила на него глаз, и я, между прочим, ничего не имела против ее намерений. Мне ничего не оставалось, как пригласить ее вместе с Бриджет на его выступление. Мы отправились на ночное туристическое шоу, где, кроме него, выступали еще танцоры фламенко, иллюзионисты и певцы. Но, конечно, самое большее впечатление на нас произвели гитаристы. Нико выступал вместе со своими друзьями: Эмилио и Хуаном.

– Потрясающе! – шептали девушки.

– Между прочим, они играют вещь, сочиненную Нико! – хвастливо сказала я.

– Да у него талант! – воскликнула Бриджет.

– А он к тому же еще пишет музыку для рекламы! – продолжала я. – Например, мелодия для кофе "Кокорамба" – это его.

– О, только не это! – воскликнула Барбара. – Такая приставучая мелодия! Утром услышишь – весь день не отвяжется.

– Все правильно! – засмеялась я. – Но кроме этого он написал музыку для духов "Палома".

– Вот эта гораздо лучше, – согласилась Барбара. – Пусть радуется, а то я могу сейчас встать и всем объявить, что кофейный мотивчик – это его.

– Только не это! – воскликнула я, потому что была уверена, что с нее станется и она вполне может выкинуть подобный фортель. В таком поведении для нее не было ничего невероятного. – Если ты это сделаешь, то им больше никогда не видать хорошей ночной работы.

– Хорошо. – Она скорчила презрительную гримасу. – Но только потому, что они хорошо играют, и вообще, он такой клевый мужик, этот твой Нико.

– Он вовсе не мой! – вспыхнула я.

– Ты хочешь сказать, что он свободен? – лукаво спросила она. – Тогда я, пожалуй, снова за ним приударю.

– Ты меня неправильно поняла! – беспомощно воскликнула я.

– Ну вот видишь. – Она посмотрела на меня торжествующим взглядом. – Значит, он твой.

– Я бы тоже не отказалась от такого, – вдруг заметила Бриджет.

– То есть как? – Мне стало не по себе. – Я думала, что вы обе пришли сюда слушать музыку. Кроме того, Бриджет, у тебя же есть Томас!

– При чем здесь Томас? – Бриджет пожала плечами. – Я его люблю. Он отец моего ребенка. Но его даже сравнивать нельзя с Нико!

– Послушай… – Я решила несколько разрядить атмосферу. – Для тебя Нико слишком высок. Смешно такой коротышке, как ты, иметь виды на такого верзилу, как Нико. К тому же он слишком тощий для образцового сексуального символа, и черты лица у него не совсем правильные.

Некоторое время мы напряженно помолчали.

– Знаешь что, – наконец сказала Бриджет, – перестань прикидываться. Лучше расскажи, как он?

– Что как?

– В постели.

Я просто не знала, что им ответить.

– Я же не сплю со всеми встречными и поперечными, – наконец выдавила я из себя.

– Неужели? – лукаво спросила Барбара. – А мне казалось, что по мужчине на ночь – это как раз для тебя.

– Я тебя умоляю! – воскликнула я. – Со мной все давным-давно не так!

– А Нико знает о твоей прежней жизни? – неумолимо продолжала расспрашивать Барбара.

– Слушай, до чего же грязно ты все это представляешь!

– Ну что ж, как было, так я и представляю, – спокойно ответила Барбара.

– Оставь ее в покое. – Бриджет положила руку на плечо своей подруги. – Не дразнись.

– Кто дразнится? – Барбара сделала вид, что оглядывается по сторонам.

– Ладно вам, – примирительно сказала я, но вечер для меня был непоправимо испорчен. Я чувствовала себя ужасно, когда Нико подошел и сел с нами рядом. Ужимки и жеманные улыбки Барбары вызывали во мне отвращение. Бриджет, глядя на нее, только веселилась. С Нико, когда он провожал меня домой, я вела себя неестественно, капризничала и говорила бестактности. С этого вечера я точно знала, что больше никогда не приглашу Бриджет и Барбару ни на одно мероприятие.

Глава 22

СИГНАЛ СТРАДАНИЯ

(Сальвадор Дали, 1936)

Мы встретились с Нико только через неделю. Он позвонил мне поздно вечером на работу и расстроенным голосом сообщил, что тоже работает допоздна и что это ему не нравится, потому что работа отнимает у него теперь время, отведенное для музыки. С момента туристического шоу прошло уже несколько дней, и я даже начала бояться, что он про меня забыл. Я сама удивилась, насколько неутешительной показалась мне эта мысль.

– Изабелла! – наконец раздался в трубке его голос. Он всегда так меня называл. Сначала я его поправляла, но потом подумала, что "Изабелла" звучит гораздо теплее и, можно сказать, нежнее. Для меня самой оставалось загадкой, для чего мне так нужна его нежность. Я еще не готова стать его любимой.

– Привет, Нико. – Я прижала трубку плечом к уху и продолжала набирать компьютерные файлы.

– Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо, – сказала я, хмурясь оттого, что компьютер норовил потерять расписание лекций на следующий месяц. – А ты?

– Я тоже, – ответил он. – Меня смущает только то, что я не смогу пойти с тобой в кино в субботу вечером.

– Почему? – спросила я. – У тебя работа?

– Да, только не гитара. Компания посылает меня на некоторое время поработать в Севилью.

– В Севилью! – От этих слов я бросила копаться в своем компьютере и взяла трубку как следует. – Надолго?

– Я не знаю, моя дорогая Изабелла. Наверное, на несколько недель. В августе я должен снова вернуться в Мадрид, хотя кто знает?

– Они хотят перевести тебя туда на совсем? – спросила я, чувствуя от этой мысли едва ли не отчаяние.

– Нет, не думаю. Там открылась временная вакансия, и ее хотят заполнить мной. В том смысле, что это более высокий уровень.

– То есть тебя повышают в должности? Это же замечательно, Нико! Только мне казалось, что ты не очень серьезно относишься к своей работе. Мне казалось, что музыка для тебя важнее.

– Изабелла, надо быть реалистом. Музыкой много не заработаешь. А Севилья – это хороший шанс для меня. Я должен поехать.