Юлия Колесникова - Рок-идолы

- Да, он мрачноват, даже не собираюсь спорить, но могу сказать вам от всего сердца, что у него есть много скрытых достоинств.

- Как то, что он пришел вам на помощь, когда в городе на вас напали?

Моя улыбка побледнела, и стало трудно дышать, но все же мне пришлось взять себя в руки, а как иначе.

- Да, например этот случай. А так же то, что когда я плавала, у меня прихватило судорогой ногу, и он едва умея плавать, спас меня. И так же то, что пару дней назад я серьезно простудилась, и Лэкс выхаживал меня. Думаю это красноречивее любых слов, рассказывает о том, каким человеком является Лэкс.

Когда я упомянула, что Лэкс едва умеет плавать, он посмотрел на меня недовольным взглядом, но в целом видимо ему понравилось, что я хвалила его. Остальные при этом рассматривали потолок, и скрывали улыбки, пока я расписывала достоинства Лэкса, и смешили меня при этом.

- А как вы прокомментируете статью в одном журнале о том, что год назад на вас уже нападали?

Слова репортера не только у меня одной вызвали бурную реакцию. Шон вскочил на ноги, Эйтан поднялся вперед, а Эдвард, вскрикнув прижал ладонь к губам, словно только что увидел привидение. Я же перестала улыбаться, и вжалась в диван, от мысли, что мне придется об этом рассказывать. Один только Лэкс остался спокойным. Он сел зеркально, как и репортер, а тон его голоса стал деловитым.

- На этот вопрос могу ответить и я, - все что написано  журналистом из того журнала – ложь. А ее распускали завистники из школы искусств, где училась когда-то Эшли. Можете не обращать на это внимания. Мы не хотели бы на такой лживой и грязной истории делать пиар, превращая Эшли в жертву. Все о чем я мечтаю на данный момент, чтобы нашим поклонникам понравился наш новый альбом, и то, как через пару недель мы выступим с новой солисткой и новыми песнями на концерте в Бостоне.

Слова Лэкса видимо убедили репортера, но не остальных из нашей группы, они в некотором смысле смотрели на меня обвиняюще, потому что я им не рассказала. Но это ведь не веселый эпизод из детства, которым стоит хвастаться. Что мне нужно было сделать, подойти к ним и сказать: эй, парни. А хотите посмеяться? А меня чуть не изнасиловали и еще жестоко побили! Так мне нужно было им об этом рассказать. Или же сделать это, чтобы они тоже считали меня жертвой?

Фотограф сделал несколько наших снимков с интервью, в дополнение к тем фотографиям, что уже имелись. И к моему счастью на смену им, тут же появилась еще одна женщина репортер – она была из женского журнала, и потому ее вопросы были только относительно любовных романов всех участников группы.

Нала она с Шона, заставляя его признаться, нет ли в его сердце сейчас какой-нибудь девушки. Мы оба с Лэксом напряглись, когда он сказал что есть, но эта любовь невзаимная, потому он будет двигаться вперед.

- Ах, как жаль вас, и все же наши читательницы, а ваши поклонницы будут рады это услышать.

- Ну хоть кто-то порадуется, - с очаровательной улыбкой отозвался Шон, и надменно выгнул бровь смотря на Лэкса. тот ответил ему надменным взглядом и сжал мою ладонь – не хватало только, чтобы они как орангутанги бегали здесь и били себя в грудь, забрасывая друг друга бананами. Я пригрозила Шону пальцем, когда этого не видела репортерша, а он в ответ лишь рассмеялся.

К Эйтану у женщины было больше вопросов. Когда он собирается закончить образование? Когда думает жениться? И каков его образ идеальной женщины.

- Она не требует, чтобы я много говорил, и умеет печь пиццу, как Эшли.

- Так почему же вы не влюбились в Эшли?

- Она много говорит и у нее плохой вкус на мужчин, - с ленивой улыбкой отозвался Эйтан, поддерживая свой образ весельчака. При этом он подмигнул репортерше, и кажется, она смутилась.

Лэкс тоже рассмеялся словам Эйтана, а я задумалась о том, что наверное иногда действительно много говорю. Раньше Эйтан на этот мой порок не жаловался.

Когда дело дошло до нас с Лэксом, я чувствовала себя уже намного комфортнее, имея представление о том, как это будет. Во второй раз мне было проще расслабиться, когда задавались личные вопросы.

- Нам бы хотелось узнать, почему вам понравился именно Лэкс? Ведь в группе кроме него есть еще два холостых парня, и как на меня, они ни в чем не проигрываю Лэксу.

Я мило улыбнулась ей, и сплела свои пальцы с пальцами Лэкса.

- Разве это магазин, в котором я могла бы разглядывать их как продукты? Я не выбирала его специально, так случилось – однажды я поняла, что мне нужен он, а Эйтан и Шон стали мне лучшими друзьями. Есть еще Эдвард, но его я обожаю просто так, - я подмигнула Эду, но не стала вспоминать о его нетрадиционной ориентации, потому что не знала, понравиться ли ему это.

- И у вас не было чувств к другим участникам?

- Почему не было, они и сейчас есть, - удивилась я, потому что я ведь ясно дала понять, кем считаю парней. – Шон скорее мне ближе по духу, он шальной и очень добрый, а Эйтан как родной брат, я иногда не понимаю его, но от этого меньше не люблю. Просто Лэкс заставил мое сердце биться быстрее…хотя думаю с самого начала все дело было в его песнях. Наверное, еще не зная его как человека, я влюбилась в автора тех песен.

- Понятно. Вы сроднились как творческие личности, это объединяет вас, не смотря на разные характеры. Я вообще удивлена вам, потому что это мужской коллектив, и видно что вы добрый милый человек, разве вам не сложно без женской компании?

- У меня есть две лучшие подруги с которыми я созваниваюсь постоянно, но в целом я всегда дружила с мальчиками, так как меня вырастил дядя. Так что жить с моими мальчиками, это то же самое, что и быть дома.

Эдвард уже рыдал на своем кресле, а Эйтан с отвращением на лице пытался его утешить, скорее всего, он просто не понимал, как это сделать.

- Простите, если это будет не скромный вопрос, но почему вас вырасти дядя?

- Боюсь мне сложно ответить на него. Да и это не важно, дядя был для меня и отцом и матерью, он моя семья.

- Понимаю, но вам не приходилось сложно, ведь не было женщины которая вам бы рассказала о том, как быть девушкой?

- Было конечно, зато я выросла не тщеславная, я так думаю. Дядя постоянно твердил мне, что не важно, красивая ты или нет, главное какой ты человек. а будь со мной мама, она бы каждый день твердила мне какая я красотка, и я стала бы капризной.

Эдвард уже рыдала вслух, отчего журналистка решила поскорее собираться прочь, и я надеялась, что у нас будет время чтобы успокоить Эдварда, но как только она открыла двери, появилось еще трое человек. Пришлось вывести Эдварда прочь, и дать ему успокоительное, за это время парни угощали журналистов парочкой новостей о песнях и альбоме.