Сьюзен Филлипс - Просто неотразим!

— Ты сказала, что речь идет о моих украшениях, — напомнила она, когда они свернули на шоссе.

— Ты сама не знаешь себе цену. Твои украшения уникальны и уже этим привлекают снобов. Тебе нужно занять нишу в дорогом секторе рынка. Поезжай в Нью-Йорк. Воспользуйся своими связями, чтобы привлечь состоятельных покупателей. И перестань тратить свой талант на местных жителей. Нельзя приобрести репутацию серьезного дизайнера в жалкой техасской дыре.

— Хороший совет, — кивнула Мег, когда они проехали мимо «Раустэбаута» — А я думала, мы хотим выпить.

— Это самый короткий путь до свалки.

— Я уже видела ее и не намерена возвращаться.

— Мне нужно сделать несколько снимков. Мы ненадолго. Кроме того, там мы можем спокойно поговорить. Без свидетелей.

— Не уверена, что мы нуждаемся в беседе без свидетелей.

— А я уверена.

Санни свернула на дорожку, ведущую к свалке. С тех пор как Мег здесь была и они с Тедом занимались любовью в грузовике, ее заново засыпали гравием.

Очередная волна боли ударила в грудь.

Санни подъехала к ржавой табличке, выхватила из сумочки камеру. И вышла. Каждый жест, каждое движение были исполнены решимости. Мег впервые видела столь уверенную в себе особу.

Она не собиралась прятаться в машине и тоже вышла. Санни подняла камеру и навела ее на свалку.

— Это будущее Уайнета. — Щелкнул затвор. — Сначала я была против строительства на этом месте, но, узнав лучше город и его жителей, передумала.

«После того как ты лучше узнала Теда Бодина».

Мег вздохнула.

Санни сделала еще несколько снимков, меняя ракурс.

— Это уникальное место. Коренная порода Америки, и все такое. Па не слишком любит маленькие городки, но здесь его так хорошо приняли, и он обожает играть с парнями вроде Далли, Теда и Кении. — Она опустила камеру. — Что же до меня… не секрет, что я увлечена Тедом.

— Ты, да и все женщины мира.

Санни улыбнулась:

— Но в отличие от остальных я еще и инженер. Мы можем разговаривать на одном уровне, а сколько женщин могут сказать про себя то же самое?

«Только не я…»

Санни зашла на свалку и нацелилась камерой на газоотводные трубы.

— Я понимаю и разделяю его интересы… — Снова щелчок затвора. — И вполне способна оценить его страсть к экологии, на практическом и научном уровне. У него поразительный ум, который дается немногим.

Еще одна женщина, уверенная в том, что она знает, что нужно Теду. Мег не смогла устоять:

— А Тед отвечает на твои чувства?

— Не все сразу. Мы обязательно поладим. — Санни снова опустила камеру. — По крайней мере я на это надеюсь. Я реалистка. Может, не все случится так, как я хочу, но мы с отцом похожи. Я никогда не уклоняюсь от вызова. Думаю, у нас с Тедом есть будущее, и намереваюсь сделать все, чтобы это случилось. — Она глянула Мег прямо в глаза. — Карты на стол. Я хочу, чтобы ты уехала из Уайнета.

— Да неужели? Почему бы это?

Она не видела причин говорить Санни, что уже готовилась в путь, когда та ее остановила.

— Ничего личного. Мне кажется, что ты очень подходишь моему отцу. Последнее время у него начиналась депрессия. Стареет и тому подобное. Ты его отвлекаешь. Проблема заключается в том, что ты удерживаешь Теда. Он никогда не признает, что во многом зависит от тебя, но это очевидно.

— Ты так считаешь?

— Я вижу, как он смотрит на тебя. Как говорит о тебе. Вы с Люси Джорик были лучшими подругами. Ты напоминаешь ему о ней. И пока ты рядом, ему будет очень трудно шагнуть вперед.

«Так умна и так глупа…»

— Я также верю, что женщины должны отслеживать соперниц, — продолжала Санни. — От очень многих людей я слышала, что ты в него влюблена, но мы обе знаем, что это не совсем так. Постарайся осознать правду: Тед никогда тебя не полюбит. У вас нет ничего общего. Теду хорошо с тобой, потому что ты напоминаешь ему о Люси, — продолжала Санни. — Но и только. Тебе нет смысла оставаться здесь. А наши отношения из-за этого лишь усложняются.

— Ты очень откровенна.

— Я верю в честность и прямоту, — пожала плечами Санни.

Правда, то, что Санни именовала честностью, было не более чем бездушным пренебрежением чужими чувствами или мнениями.

— Благоразумие и осмотрительность мне чужды, — продолжала она, гордо выкидывая флаг своего огромного самомнения. — Если ты готова исчезнуть, я готова помочь тебе начать свой ювелирный бизнес.

— Откупаешься?

— Почему нет? Ты не такое уж плохое вложение денег. Делая украшения из антикварных безделушек, ты нашла уютную маленькую нишу на рынке, которая может оказаться весьма прибыльной.

— Если только не считать, что я не хочу начинать ювелирный бизнес.

Санни не могла осознать, что кто-то поворачивается спиной к выгодному бизнесу, и, растянув губы в хищной усмешке, процедила:

— Но что еще ты можешь делать?

Она уже хотела сказать Санни, что сама определит собственное будущее, когда услышала скрежет шин по гравию. Обе повернулись. На дорожке остановилась незнакомая машина. Солнце било в глаза, и она не видела водителя, но вторжение не удивило Мег. Добрые граждане Уайнета не оставят ее надолго с кем-то из семейства Скипджеков.

Но когда дверца открылась, у нее упало сердце. Из машины вышел Спенс.

— Санни, отвези меня в город, — попросила она.

Но Санни не сводила глаз с отца, панама которого затеняла верхнюю часть лица.

— Па, что ты здесь делаешь?

— Ты сказала, что будешь сегодня делать снимки. Мег была так зла, что не собиралась миндальничать.

— Я хочу немедленно вернуться в город.

— Оставь нас одних! — бросил Спенс дочери. — Мне нужно кое-что сказать Мег.

— Нет! Санни, не уезжай!

Тревога Мег озадачила Санни, приветливая улыбка которой померкла.

— Что происходит?

Спенс мотнул головой в сторону машины дочери:

— Встретимся в городе. Поезжай.

— Оставайся на месте, Санни, — упорствовала Мег. — Я не желаю находиться в его обществе.

Санни уставилась на нее как на зачумленную:

— Что это с тобой?

— Мег просто трусиха, — заявил он. — Только и всего.

Но Мег больше не желала становиться беспомощной жертвой.

— Санни, твой отец вчера набросился на меня.

Глава 20

— Набросился?

Смех Спенса больше был похож на лай.

— Вот это здорово! Покажи хоть один синячок, и я дам тебе миллион долларов.

Обычная сдержанность Санни испарилась.

— Как ты могла сказать такую гнусность? — с отвращением посмотрела она на Мег.

На дорожке показалась целая процессия машин. Похоже, их владельцы чуяли беду.