Пленница - Наталья Соболевская

– Сказала, что думаю. И ты хоть кожу с меня сдирай, от слов не откажусь. Считаешь себя победителем. Позволь узнать, а в чём? Ну, приберёшь к рукам бизнес Рената, а дальше-то что? Ты и так очень богат, твой образ жизни ни на миллиметр, ни в одну из сторон не пододвинется. Тебе и десятую долю своего капитала до конца дней не потратить, насколько знаю, детей ещё не завёл, в могилу деньги не заберёшь. Так что лично мне непонятно, чему радуешься?

На какую-то крохотную долю секунды мне показалось, что в глазах Игоря промелькнуло осознание моей правоты, но то был, всего лишь мираж, Косов – моральный урод, а такие, как известно, ни под каким натиском доводов мнение не меняют.

– Жаль, Вероника, что диалога у нас не получилось, – изрёк мужчина, навёл на меня телефон и судя по щелчку, сфотографировал. – Я совершенно по-другому представлял наш разговор, но что ж…, как вышло, так вышло.

Игорь явно вознамерился немедленно выйти, но я, потребовав объяснений, его задержала:

– Сфотографировал зачем?!

– Для Юдина, – как само собой разумеющееся пояснил Косов. – В качестве доказательства, что ты до сих пор жива.

– Но я так понимаю, находиться среди живых мне осталось совсем недолго, да?

– Верно, – подтвердил мужчина и вдобавок кивнул. – Короткий срок ожидания и безболезненный уход, это мой подарок тебе. Видишь, не такой уж я и монстр, как ты считала. Не бойся, один укол и просто заснёшь.

Меня сейчас от возмущения на куски разорвёт, Косов смотрит так, словно я из чувства признательности за невиданный гуманизм, должна как минимум упасть на колени и, долбясь об пол лбом, бормотать слова благодарности.

– А с кем это ты разговариваешь? Кто тут боится? – поинтересовалась я и активно оглядываюсь по сторонам, разыскивая третьего человека. – Странно, вроде бы, кроме нас в помещении никого нет, – пожала плечами, но тут широко распахнула глаза, словно меня осенила догадка. – Игорь, у тебя есть воображаемый друг? Здорово! По тебе, конечно, плачет психушка, и стонет смирительная рубашка, но зато ты никогда не бываешь один. Да?

Косов усмехнулся, и что странно незлобно. Удивительно, но мой сарказм его повеселил.

– А ты ведь действительно не боишься. Прошу прощение, был неправ. Хотя, если задуматься, храбрость в данном случае играет против тебя. Пусти ты слезу, попроси о пощаде, глядишь, и я бы проникся и, возможно, изменил свои планы касательно такой красивой и далеко не глупой девушки.

– Ага, сейчас – не дождёшься! – с высоко задранным подбородком в полную силу голоса крикнула я. – Теперь понятно, зачем ты пришёл. Посмотреть, как я тут в истерике бьюсь, и послушать, как умоляю сохранить жизнь. Больной на всю голову садист. Выкуси, – показала Косову фигу.

На этот выпад Косов предпочёл не отвечать и с безразличной гримасой на лице всё же вышел.

Даже перевести дух в одиночестве не удалось, следом за Игорем ко мне явился ещё один визитёр. Предположу, что в штате Косова он числится палачом. Хотя по виду на того, кто несёт смерть, он ну вообще непохож. Внутрь прошёл и положил на стул кожаный чемодан невысокий худощавый мужчина с жиденькой шевелюрой и в откровенно потрёпанном сером костюме, держался он зажато и в глаза мне ни разу не посмотрел.

Если бы передо мной стояла задача, определить, кто он такой, и рассказать его краткую биографию, начала бы с того, что мужчина, вероятней всего, не женат, либо был, но уже долгие годы в разводе, дети, возможно, имеются, но он с ними не поддерживает контакт. Профессия сопряжена с кропотливой и сидящей работой, что-то вроде ремонта часов или починки ювелирных изделий.

– Как и всем клиентам, предложу вам самый оптимальный, безболезненный и беспроблемный вариант, – открыв чемодан и вынув оттуда ампулу с прозрачной жидкостью, сказал мужчина деловитым хорошо поставленным голосом. – Вы сами подходите, закатываете рукав, кладёте руку на спинку стула и работаете кулачком.

Дурак, что ли?!

Может мне ещё тут исхитриться и тихонечко самой сдохнуть, ну чтобы максимально никого не напрягать?

– Как-то не хочется, – пятясь к стене, промямлила я, причём крайне трусливо. Стоило увидеть, как мужчина набрал в шприц несколько кубиков бесцветной дряни, и пришло осознание, шутки закончились, меня на полном серьёзе планируют умертвить.

Наткнувшись на препятствие, едва устояла на ногах, а когда обернулась, узрела ящик из деревянных досок, с таких лотков обычно фруктами на рынках торгуют.

Не задумываясь правильно это или нет, поможет или же наоборот, лишь усугубит положение, подняла ящик и запустила в мужчину.

К удивлению, снаряд прямиком угодил в цель, ну то есть стукнул по плюгавому мужику, но к великому сожалению никаких результатов это не принесло. Лысоватый палач не выронил шприц, черепно-мозговую травму несовместимую с жизнью он тоже не получил, зато судя по свирепому оскалу, озлобился.

– Почему никто не соглашается провести последние мгновенья достойно? Неужели непонятно, что финал в любом случае будет один?

Если бы над моей головой не летала старуха с косой, возможно, я бы и оценила иронию ситуации – киллер упрекает жертву, что та, видите ли, неправильно себя ведёт.

Мужчина резко бросился в мою сторону и я, завизжав, рванула к двери, как будто бегство могло спасти.

Гонка закончилась уже через пару секунд и, увы, не в мою пользу. Как плюгавому и с виду слабому мужичку удалось меня так быстро догнать и повалить на пол, даже не поняла, но факт остаётся фактом, колени разбиты в кровь, лицо прижато к бетону, руки заломлены за спину – самое время молиться об отпущении грехов.

– Не надо, – истошно взвыла я, почувствовав, как игла проникает под кожу. – Нет-нет….

– Архип, стой, – голос Косова заглушил мои стоны, а его туфли оказались в нескольких сантиметрах от носа, что странно, я не слышала, как открылась дверь, откуда он здесь взялся? – Ты уже сделал инъекцию?

– Нет. Резвая больно, трудно попасть.

– Отпусти её, я передумал.

Мне это померещилось, или Игорь действительно только что объявил о помиловании?

Архип исполнил приказ незамедлительно, руки получили свободу и больше никто на мне не сидел.

Убедившись, что от пережитого страха подо мной не разлилась лужа, поторопилась из распластанного горизонтального положения переместиться хотя бы в сидячее. Получилось, но из-за дрожи во всём теле не с первого раза.