Муж в наказание-2. Свобода любой ценой (СИ) - Лорен Лена

— Откуда ты знаешь, что Эмир готов принять любое мое решение?

— Не так давно мы разговаривали на эту тему. Буквально пару дней назад.

— И что же Эмир говорил?

— Ну-у, — протянув, Гарнер невольно уходит в раздумья, словно что-то вспомнилось ему. — Ты уверена, что хочешь это знать? Ведь мне так кажется, что для себя ты уже все решила.  

Сама углубляюсь в размышления.

А решила ли я?

По-моему, я окончательно запуталась в себе. Мечусь из одной крайности в другую и не могу прийти к балансу.

С одной стороны, мне действительно кажется, что без Эмира нам с Марком будет гораздо спокойней.

Он стал нашим якорем, но совсем не тем, что должен был удерживать нас на одном месте, не давая уплыть в неизвестность, а тем якорем, что отправляет нас на дно за собой.

Но с другой стороны, когда Эмир рядом, когда нам нам ничто не угрожает, я ощущаю как у меня за спиной вырастают крылья. В такие моменты я поднимаюсь со дна и парю в невесомости вместе с ним.

Отказавшись от него, я лишусь своих крыльев и уже никогда не смогу воспарить в небеса. И Марку вряд ли удастся взлететь на одном крыле...

— Нет, я хочу знать, о чем вы разговаривали! — твердо заявляю.

Я убеждена, что это поможет мне разобраться в себе.

Эмир ведь крайне редко полностью открывается мне. Порой я могу только догадываться, о чем же он постоянно думает...

Я бьюсь в ожидании, когда же Гарнер начнет вводить меня в курс, однако он медлит. Он ни на секунду не отвлекается от своего ноутбука.

Я деликатно покашливаю, тот тянет свой хитрый взгляд от экрана на меня и обратно. Затем Гарнер переворачивает ноутбук экраном на меня и щелкает мышкой, воспроизводя какое-то видео.

— Будет правильней, если я покажу тебе это, — проговаривает он, откидываясь на спинку кресла.

Я пересаживаюсь в кресло напротив, чтобы было лучше видно, придвигаю ноутбук поближе к себе.

Странно...

Поначалу на записи с камеры видеонаблюдения, установленной в кабинете, я наблюдаю одного только Гарнера. Он как обычно спокойно сидит за своим рабочим столом и перебирает на нем документацию, пока...

Пока в кабинет не врывается Эмир. Он как ураган сметает со стола все бумажки, когда проходится вдоль него. Размашистым шагом он целенаправленно движется к бару, располагающегося за Гарнером. Оттуда он достает бутылку виски, откручивает крышку и, бросив ее через плечо, залпом пьет прямо из горла.

Настороженно переглядываюсь с Гарнером, тот лишь пожимает плечами, мол, это обычное поведение Эмира.

Не сказала бы...

Вглядываюсь дальше в экран.

Эмир присаживается на место, где сейчас сижу я. Ставит бутылку на край стола и рукой тянется во внутренний карман своего пиджака, откуда вынимает что-то маленькое и черное...

Он задумчиво смотрит на "это", вертит в своих руках как кубик Рубика, а затем испускает ироничный смешок.

 — Я окончательно рехнулся! Я просто чертов эгоист! — осуждающим тоном начинает Эмир ни с того ни с сего. — Наша жизнь превратилась в мыльный пузырь, который ни сегодня завтра лопнет! У нас куча нерешенных проблем, а единственное, о чем я могу сейчас думать... Единственное, что меня по-настоящему заботит в данную минуту — это то, что я не могу узаконить наши отношения! Ты можешь себе это представить? — Эмир делает пару глотков виски из горлышка. Вытерев рукавом рот, он продолжает:  — Нет! Я конечно могу хоть сегодня попросить ее руки и вручить ей это кольцо, напичкав очередными обещаниями, но какой в этом смысл? Я все равно не смогу сделать ее своей женой. Я не могу подарить ей счастья столько, сколько она заслуживает! Ни черта не могу!

По телу моему поднимается волна мурашек.

Это что же получается? Эмир приберег обручальное кольцо для меня? 

Похоже, что в этой черной коробочке хранится именно оно...

Вот только он не знает что теперь с ним делать. Я не могу выйти за него, пока живу по поддельным документам...

Но если б он только знал, как я порой мечтала, стоя у алтаря, смотреть в его глаза и видеть в них свое счастливое отражение.

Между тем Эмир прячет коробочку в карман и возмущенно продолжает:

— Я ей говорю, что люблю ее безумно, что не представляю жизни без нее, а она знаешь что на это отвечает? Всякий раз она спрашивает: правда ли это? — заходится он нервным смехом. — Она по сей день сомневается в моих чувствах! Спросишь, почему бы ей сомневаться в моих чувствах? Так все просто! — разводит он руками, цыкает. — Потому что в ее голове поселилась назойливая мысль, что я расстанусь с ней как только Рифат исчезнет из нашей жизни! Она думает, когда проблема с ним решится, я брошу ее и Марка, ведь их жизням уже ничего не будет угрожать. Она думает, что я с ней только лишь из-за того, что считаю себя виноватым перед ней! Диана считает, что как только я поквитаюсь с Рифатом, то автоматически сниму с себя всю ответственность перед ними и отправлю в далекое свободное плавание! А доказать на деле, что она крупно ошибается на мой счет, я пока не могу. А не могу почему? Потому, что все взаимосвязано! Потому что я чертов эгоист, который насобирал огромную кучу чертовых проблем и не сильно-то жалеет о них! Разве я могу жалеть о том, что благодаря всем этим проблемам у меня появились те, кого я люблю больше жизни? Если бы не проблемы, не было бы у меня ни ее, ни Марка... У меня не было бы ничего... Но знаешь, пора уже с этим покончить! — Эмир резво поднимается из кресла, нацепив на лицо одухотворенную улыбку. — Пора уже начинать доказывать ей, что она ошибается во мне! В ближайшее время я покончу с Рифатом! А в день его похорон я верну ей ее имя и женюсь на ней!

Момент — и Эмир вылетает из кабинета Гарнера так же резко, как и ворвался в него несколькими минутами ранее.

— Что ж... Хорошо, — в растерянности выдыхает Гарнер, немигающим взглядом смотря на уже закрытую дверь.

На записи Гранер находится в таком же шоке, в каком сейчас пребываю и я.

Но если ему удалось выдавить из себя хотя бы парочку слов, то у меня не получается сказать ровным счетом ничего.

— О-о-ого...

Это единственное, что я могу произнести на все услышанное.

Слова застревают в горле, наружу из меня просятся одни только междометия, а слева в груди зарождается сладкий трепет, в животе просыпаются бабочки.

Странно, я была уверена, что они сдохли, следом за моей душой, умершей еще при жизни...

Гарнер разворачивает ноутбук к себе, закрывает его крышку и складывает поверх него свои руки.

— Диана, он любит вас. А это значит, если ты примешь решение оставить Эмира в прошлом, он останется в прошлом ради тебя... Ради вашего сына. Если ты захочешь, то больше никогда его не увидишь. Поверь, уж я-то его знаю. Он отправится в Штаты. Там займется своим привычным делом, но душа его будет всегда находиться рядом с вами. Она никак не помешает тебе и Марку жить той спокойной жизнью, о которой ты мечтаешь. А теперь разберись в себе. Чего ты хочешь на самом деле? Ведь если у Эмира все получится, а в этом я нисколько не сомневаюсь, то только от тебя будет зависеть то, каким станет ваше будущее... Будет ли оно у вас общим, или вас разделят не только желания, но и континенты...

Стоит только подумать о том, что нас с Эмиром будет связывать только прошлое, как бабочки в моем животе превращаются в жалящих нутро насекомых... Они не позволяют мне даже допустить мысль об этом...

Ну уж нет! Ничего еще не кончено!

Из нас двоих я в большей мере эгоистка.

Я, черт бы побрал, найду разноцветные краски, чтобы раскрасить нашу дальнейшую жизнь. Я землю перерою, но отыщу их, а Эмир мне в этом поможет!

Мои мысли прерывает посторонний шум, исходящий со стороны запасного выхода. Через него пару часов назад мы входили в офис.

Я точно помню, что дверь Гарнер закрывал на кодовый замок.

Тогда почему Гарнер с виду такой спокойный? Он ведь тоже слышит эту возню?

Меня уже любой, даже малейший сторонний звук приводит к сумасшествию.