Кэтрин Лэниган - Все или ничего

Ослепительное утро напомнило Брендону о вчерашнем пожаре.

Проснувшись, Морин увидела, что он на нее смотрит, и улыбнулась, но тут же заметила в его взгляде тревогу.

— В чем дело? — спросила она.

— Морин, милая, я хочу, чтобы ты серьезно подумала над своими вчерашними словами…

— Над тем, что я тебя люблю? Ну… я действительно тебя люблю, сказала она с улыбкой, но Брендон остался серьезным.

— Может, нам стоит быть осторожнее и не видеться какое-то время.

Морин ощутила острый укол в сердце.

— О чем ты говоришь? Я думала, ты меня любишь. Значит, я ошибалась?

Она попыталась отодвинуться, но он схватил ее за руку.

— О Господи! Я вовсе не это имел в виду!

— А что же тогда? — Она выдернула руку, чувствуя холод во всем теле.

— Послушай, Морин, сейчас тебе очень опасно иметь со мной дело.

— Что?

— Вчерашний пожар… Мне кажется, он был подстроен.

— Какая глупость! Кому могло понадобиться?..

Она вдруг запнулась. С тех пор как Брендон рассказал ей про мафию, у Морин возникало много мрачных подозрений.

Он никогда не говорил о несчастье с Барбарой, но там явно чувствовалась рука мафии.

— Ты думаешь, они взялись за меня, чтобы тебя остановить?

— Да.

— А что еще ты думаешь, Брендон?

— Я поставил себя в опасное положение. Я ничего не говорил тебе, потому что не хотел, чтобы ты волновалась. Но сейчас нам все-таки стоит поговорить. Я проведу здесь собственное расследование. Это явный поджог. А те люди, которые хотели купить твое ранчо, имеют к этому какое-то отношение — только я пока не знаю какое.

— Я их не боюсь и не собираюсь жить по чьей-то указке, Брендон. — Она твердо посмотрела на него.

Он провел пальцем по ее губам.

— Я только хотел предупредить тебя об опасности.

— Я и так о ней знаю. А что касается тех людей, то мне кажется, они охотятся за золотом…

— Но ты же не знаешь точно, есть ли это золото вообще.

— Теперь знаю.

— То есть?

— Вчера я получила результаты количественного анализа рудных образцов. Здесь целая прорва золота! Мне кажется, они как-то про это пронюхали. Триста миллионов — огромные деньги.

— О Боже!

— Неплохо, правда? — Она улыбнулась. — Вся беда в том, что мне нужны три миллиона, чтобы начать разработку.

Он коснулся волос девушки и откинул их с ее плеча.

— Милая, я могу дать тебе три миллиона.

— Не надо! Я сама найду эти деньги.

Он закатил глаза.

— Ты опять за свое?

— Брендон, ты знаешь мое мнение на этот счет. Чтобы чувствовать себя человеком, я должна все делать сама. И пожалуйста, не становись у меня на пути.

— Боже упаси! Я тебя прекрасно понимаю. Я и сам такой. Ладно, копай свое золото. Но если встанет выбор: взять мои деньги и продолжить работы или вообще все забросить, тогда, прошу тебя, обратись ко мне.

— Хорошо. Но только в самом крайнем случае.

Уголки его губ дрогнули в улыбке.

— Ты предложишь свои доходы первым встречным инвесторам, а мне… человеку, который тебя любит, отказываешь.

Что получу я?

— Ты получишь меня!

— Да, — он снова прижал ее к груди, — мне повезло больше всех.

Глава 30

Хьюстон, Техас

23 июля 1986 года

Над Мексиканским заливом завис тропический циклон.

Он не причинил серьезного вреда жизни и имуществу людей, но затопил город проливными дождями.

В конференц-зале высотного здания в деловой части Хьюстона председатель совета директоров, обычно невозмутимый, проявлял признаки раздражения.

Никто из сидевших за столом не обращал внимания на дождь, лупивший в стекла, и на трескучие раскаты грома.

Все жадно слушали председателя: он был скорее на расправу, чем всесильная матушка-природа.

— Мисс Макдональд до сих пор отказывается продавать ранчо? Невероятно!

Из двух заместителей говорил, как обычно, старший:

— Когда мистер Котрелл предложил ей три миллиона, она отказалась. Мы приезжали к ней второй раз, и она опять нас завернула. О пожаре она говорила, как о несчастном случае. Мы видели на ней сильные ожоги очевидно, она сама была в горящей конюшне.

Председатель прищурился:

— Что же это за женщина? Пережила такое бедствие, осталась без денег и все равно не хочет продавать свою землю?

— Так точно, сэр.

— Значит, надо придумать что-то другое. Везде есть свои лазейки. Позвоните нашим юристам, и пусть они найдут способ законно отобрать у нее землю. Если не хочет уезжать по-хорошему — выгоним силой. А пока послушаем доклад вице-президента.

Вице-президент бросил взгляд на свою кожаную папку, открыл ее и обратился к собравшимся. Будучи выпускником юридического факультета Гарвардского университета, он умел держать внимание аудитории.

— Следует немедленно остановить кампанию Брендона Уильямса по лоббированию законопроекта, — начал он.

Он нарочно использовал рубленые фразы, чтобы заинтересовать слушателей и заставить их вникать в скучные цифры. Ему хотелось угодить начальству, ибо он рассчитывал со временем получить повышение.

Председатель слегка наклонил голову, поощряя вице-президента.

— Наше голосование показало, что по этому пункту голоса разделились поровну. Если Уильямс будет и дальше гнуть свою линию, то к ноябрю он победит. Мы должны не только увеличить наше эфирное время на телевидении, количество газетных публикаций и работу в частном секторе, мы должны осадить мистера Уильямса.

— Мы придумали план, — продолжал вице-президент, — я полагаю, все согласны с тем, что явные диверсии слишком опасны. После аварии вертолета Барбары Котрелл и пожара на ранчо Макдональда акции такого рода могут дать обратный результат.

Председатель отпил воды из стакана.

— Вы проработали все детали?

— Да, сэр.

— Прошу вас.

Вице-президент изложил свой план. На это у него ушла ровно двадцать одна минута. Когда он закончил, председатель довольно улыбался. Вице-президент знал, что, если его план удастся, он может рассчитывать на президентское кресло.

Председатель оглядел собрание:

— Проголосуем. Кто за предложение вице-президента, поднимите, пожалуйста, руки.

Его поддержали все сидевшие за столом.

— Единогласно. Продолжайте, господин вице-президент.

Шарлин подняла руку в золотом браслете, защищая глаза от закатного солнца.

— Ничего не осталось!

— Ни дощечки, — подтвердила Морин, обходя вместе С ней кучу обгоревших головешек, оставшуюся от конюшни.

Девушка поддела пепел носком сапога, и в воздух взметнулось черное облачко. Она приходила сюда каждое утро на протяжении двух недель и просто смотрела на пепелище. Расследование Брендона выявило поджог, но, как и ожидала Морин, не было ни улик, ни зацепок. Страховая компания отказалась платить ей страховку — до тех пор, пока она не докажет, что не сама устроила этот пожар. Страховой агент как будто поверил ей, но не смог убедительно составить отчет. Возможно, и он подкуплен, решила девушка.