Дженнифер Блейк - Гнев и радость

— Табэри был там с тобой, да? — спросил он под конец.

— Это ни для кого не секрет, — прохладно ответила она.

— Здесь у нас и не может быть секретов, ты же знаешь. Мне другое интересно: если тебе нужно было сопровождение, почему выбор пал на него? Чем я хуже?

— Я думала, ты занят репортершей.

— Я бы плюнул на нее ради тебя.

Джулия допила свою воду, затем взяла в руки банку с томатным соком и оторвала жестяное ушко.

— Мне очень лестно это слышать. Вэнс, но дело в том…

— Я не хочу слышать! Я ненавижу объяснения, которые начинаются такими словами! Они всегда заканчиваются, как кулаком по роже!

В его звенящем голосе четко угадывалось раздражение. Это заставило ее посмотреть на него более внимательно. У него были маленькие зрачки, и они тонули в синеве глаз, лицо побледнело, руки подрагивали. Он теребил подол своего халата, как будто хотел натянуть его на колени или спрятать что-то от ее взора. Она много времени общалась с серфингистами и знала это движение.

— Дело в том, — продолжала она, — что я никого с собой не приглашала. Рей полетел по своей собственной инициативе. И знаешь еще что? Мы вернулись только сегодня, и я поняла, что дико устала. Наконец, по-моему, сейчас то время, которое у людей называется ночью.

Она поднялась и направилась к двери. Вэнс осушил свою банку и тоже поднялся. Банка глухо ударила по столу, когда он поставил ее обратно.

— Сегодня ты могла бы поспать и здесь, — сказал он. — Я был бы рад… подоткнуть тебе одеяло и все такое.

— Спасибо за предложение, — с улыбкой отозвалась она, — но я не хочу рисковать. Тетушка Тин откажет мне в доме, если я не буду приходить на ночь.

— А твой любовничек? Он тоже ночует у тетушки Тин? Или, может, делит постельку с рыжей вдовой? Я видел, как он с ней болтал, когда поблизости не было Саммер.

— Я не знала, но мне это и неважно. Сегодня был тяжелый день, да еще этот перелет… — Джулия встала, чтобы взять наплечную сумку, где лежали ключи от машины.

Он загородил ей дорогу к сумке, упершись вытянутой рукой в верхнюю притолоку двери. Она была между ним и лавкой. Свободной рукой он провел по ее плечу, затем опустил на выпуклость груди и стал ласкать пальцами сосок.

— Зачем так спешить? — спросил он, фальшиво улыбаясь. — Трахнемся — и пойдешь.

— Забудь об этом, Вэнс, — произнесла она, с трудом сдерживая свой голос. — У меня и так достаточно сейчас всяких сложностей.

— А ничего сложного не будет, — сказал он. — Я хочу тебя, ты хочешь меня. Удовлетворим обоюдную потребность. Все просто.

— Кроме одного. С чего это ты взял, что я хочу тебя?

— Мужское чутье.

Он подошел слишком близко. Она задыхалась от его дыхания и жара его тела. Сжав пальцы в кулаки, Джулия еле сдерживалась, чтобы не отшвырнуть его от себя. Но это было бы ошибкой. Пока он еще находился в том состоянии, когда его можно было убедить мирно. Если она попытается применить силу, он может взбеситься.

— Мужское чутье тебя подводит, Вэнс. Я очень устала, и ты также устал. Ты сам это говорил. Тебе пора в свой мотель. Хочешь я скажу, чтобы тебя туда отвезли на машине?

— Устал я не настолько, чтобы не взять тебя. И я тебя возьму, — хрипло прошептал он. — Тебе ничего не надо делать. Ляг на спину и. расслабься.

Он притянул ее к себе за шею, и она увидела, как к ее губам приближается его открытый, влажный рот.

Она взорвалась. Вскинув кулаки, Джулия ударила его локтями по рукам, а потом кулаками в грудь. Он отшатнулся.

Чтобы не упасть, ему пришлись зацепиться рукой за край стола. Он ругнулся и снова бросился на нее. Джулия откинула сетку, вылетела за дверь и попала на ступеньки крыльца. Вслед за ней в проеме двери показался разъяренный Вэнс, он дотянулся до нее, и они покатились вниз по ступенькам.

На землю они упали вместе. Какую-то секунду Джулия лежала, неподвижно, потрясенная. Затем она почувствовала боль в ноге, на которую рухнул во время падения Вэнс. Ее обуяла страшная ярость. Она стала изо всех сил вырываться, лягаться, царапаться и бить. Ее мозг был ослеплен, и она. уже не обращала внимания ни на свою боль, ни на боль Вэнса. Она перестала понимать, что делает. Вдруг она услышала вскрик, почувствовала, как Вэнс начинает вставать… У нее не было времени ни оглянуться, ни о чем-нибудь подумать.

Внезапно Вэнс куда-то пропал. Она была свободна. Подняв глаза, она увидела, как Вэнс падает спиной на землю в нескольких футах От нее. Прямо перед собой она заметила широкие плечи и темную голову. Когда человек вышел на свет, падающий из ее домика на колесах, она разглядела разъяренное лицо Рея. Он бросился на Вэнса, который пытался подняться на ноги.

— Не бей в лицо! — дико закричала она, вскакивая на ноги. — Только не бей в лицо!

Сзади ее кто-то схватил за плечи, она обернулась… Это была Офелия. Джулия и не заметила, когда подбежала ее помощница.

Рей на секунду обернулся на Джулию. В его глазах сверкнуло какое-то дикое веселье. Он вновь повернулся к Вэнсу и произвел короткий, но мощный удар в его солнечное сплетение. Тело Вэнса сломалось пополам, послышался хрип. Вэнс упал сначала на колени, а потом лицом вниз на гравий. Он стал кататься у ног Рея и истошно хрипеть. Руки его были прижаты к груди.

— Боже, — выдохнула около Джулии Офелия. Она с уважением взглянула на Рея, потом перевела обеспокоенный взгляд на Джулию. — С тобой все в порядке? Хочешь, чтобы тебя отвезли домой? Может, позвонить в полицию?

— Не надо, — сказала Джулия, стряхивая с себя гравий, который налип во время драки. Откинув назад свои волосы, она вздернула подбородок и повторила: — Не надо. Со мной все нормально.

— Да, думаю, вся эта история не будет способствовать дальнейшим съемкам. Боже, что за ремесло! Ничего, мы заставим этого шутника принести тебе извинения.

Джулия попыталась улыбнуться, но ее улыбка вышла грустной. Вот и еще одного врага нажила. Этого только не хватало.

Офелия подошла к скорчившемуся актеру:

— Эй, Вэнс, ты, глупый идиот! Ты что это тут задумал, а?! Вставай и проваливай отсюда, пока цел, недоносок!

Джулия взглянула на Рея. Тот смотрел на нее. У него был нахмуренный взгляд, а руки все еще были сжаты в кулаки. Он оглядел ее всю, как бы убеждаясь в том, что с ней все в порядке. Прежде чем она успела что-то сказать, он ей коротко кивнул и зашагал прочь.

Джулия уже открыла рот, чтобы окликнуть его, но Промолчала. Он не нуждался в ее благодарности. Похоже, ему была противна ее тревога за лицо Вэнса. Ладно, пусть идет. Несомненно, это все к лучшему.

Несомненно.

Глава семнадцатая

— Вэнс не будет больше досаждать тебе, — сказал Аллен, когда они с Джулией дожидались начала съемки эпизода на улице. — Офелия рассказала мне о его подвигах. Я поговорил с ним по этому поводу всего несколько минут назад. Мне кажется, мы пришли к взаимопониманию.