Слабо не влюбиться? (СИ) - Никандрова Татьяна Юрьевна

– Все-таки разводишься, да? – Грановская сочувственно опускает уголки губ.

– Угу.

– Мне очень жаль.

– Прямо-таки очень? – уточняю насмешливо.

– Реветь по ночам в подушку не буду, если ты об этом, – в тон мне отзывается она.

– Я так и думал, – хмыкаю.

– Ну а если серьезно, – немного помолчав, Лера вновь подает голос. – Что думаешь делать дальше?

– В каком смысле?

– Не прикидывайся дураком, – обрубает жестко. – Ты им никогда не был.

Испускаю протяжный вздох и откидываюсь на спинку стула. Грановская тоже никогда не была дурой, поэтому облапошить ее, как большинство моих друзей, не получится.

– Я не знаю. Все… Все сложно.

– Сложно? Это у тебя-то? – она недоверчиво вздергивает бровь. – Я думала, Соколов и сложности – понятия несовместимые.

– Слушай, Лер, ты знаешь, я человек импульса, – провожу рукой по лицу и зарываюсь в волосы. – Но сейчас я, наверное, впервые в жизни хочу взять паузу и просто подумать. О будущем, о прошлом… Обо всем, понимаешь?

– Кажется, да.

– У меня такое ощущение, что последние несколько лет я жил в тумане. Словно функционировала лишь часть моего сознания. А потом на меня навалились все эти испытания и…

– И ты прозрел? – Грановская слегка щурится.

– Ну… Типа того, – неуверенно пожимаю плечами. – Думаешь, я дебил?

Мне странно, что я говорю Лерке все это. Вообще-то я не собирался ни с кем обсуждать свои чувства, но с ней как-то само собой выходит.

– Нет, наоборот. Думаю, ты постепенно излечиваешься от своего дебилизма.

– Ну спасибо, – закатываю глаза.

Кажется, я начинаю вспоминать, почему задирал Грановскую в младших классах.

– Ну признай, Тём, ты был лентяем! И все время плыл по течению.

– Разве это плохо?

– Нет. Но иногда для достижения цели не грех и руками поработать.

– Слушай, Лер, я предлагал ей сойтись, ясно?! – почему-то взрываюсь. – А она рогом уперлась! Мол, иди к своей Аделинке, а у меня вообще парень есть! Только, если есть парень, на кой черт надо было связываться со мной – непонятно…

– А на кой черт после ночи с ней надо было переться в ЗАГС? – парирует она.

Подруга буравит меня пристальным взглядом, и я опять вздыхаю.

– Я думал, у меня получится.

– Что именно?

– Забыть ее и двигаться дальше. Раньше же получалось.

– Но в этот раз что-то пошло не так? – догадывается.

– Вот именно, – горько усмехаюсь. – В этот раз не получилось.

– Да, так бывает, – Лера понимающе кивает. – Вроде живешь по накатанной, а потом бац – и старые механизмы перестают работать. Надо изобретать новые.

Какое-то время мы молчим, глядя на шевелящиеся кроны деревьев за окном, а потом я спрашиваю:

– Так выходит… Вася рассталась с тем парнем?

Мне не хочется показывать собственную уязвимость, но я решаю рискнуть. Ведь ответ на этот вопрос очень важен для меня.

– Ну, скажем так, – Лерка ерзает на месте, – в данный момент она не состоит ни в каких отношениях.

– Это хорошо, – выдаю облегченно.

Господи… Прямо камень с души.

– Ага, – отзывается Грановская, а потом кидает взгляд куда-то за мою спину и, встрепенувшись, добавляет. – Ну ладно, Тём, рада была тебя видеть. Мне пора.

– Привет, – где-то совсем рядом раздается низкий мужской голос.

Оглядываюсь и упираюсь взглядом в высоченного бугая. Несмотря на то, что именно он только что сказал «привет», лицо его максимально неприветливо. Примерно с такой физиономией мафиози в фильмах изымают у должников деньги. Ну, или закапывают трупы.

– Привет, – роняет Грановская, поднимаясь на ноги. – Познакомься, это мой друг, Артём Соколов, – переводит взор на меня. – Тём, это Тимур Алаев. Мой… Эм… Сводный брат.

Заминка, с которой она определяет роль этого парня в своей жизни вызывает много вопросов, но я предпочитаю не лезть в подробности. Это не мое дело.

– Приятно, – привстав, жму его руку.

– И мне, – бросает угрюмо, всем своим видом показывая, что это неправда.

– Тёма будет играть у нас на вечеринке, – информирует Лера, накидывая пиджак. – Я обо всем договорилась.

– Так ты диджей? – в темно-карих глазах Алаева зажигается слабый интерес.

– Да, а ты? – спрашиваю я, надеясь, что в ответ он назовет род своей деятельности.

– А я тот, кто тебе платит.

– Надеюсь, из своего кармана? – уточняю иронично.

Я впервые вижу этого Тимура, зато прекрасно знаю, кем был его отец. Логично предположить, что сыновьям олигархов деньги достаются гораздо проще, чем простым смертным.

– Мальчики, не ссорьтесь, – ворчит Грановская, вклиниваясь между нами. – Все, Тимур, пошли. Я готова.

– Пока, Лерон, – перевожу взгляд на нее и растягиваю губы в улыбке.

– Пока, Тём, – она встает на носочки и чмокает меня в щеку. – Будем на связи.

Глава 69

– Вась, ну отнеси соленья, а! – мама в которой раз за день возникает на пороге моей комнаты. – Сколько уже можно просить?

– Что за срочность? – ворчу я. – Вечером занесу.

Сегодня выходной, и мной завладела лень, которая в будние дни усмирена плотным рабочим графиком. Погода за окном ясная, но меня совсем не тянет выходить на улицу. Хочется впасть в сериальную кому и забыться.

– Я же говорила, у тети Алины гости, – не унимается родительница. – Она маринованные перчики хотела на стол поставить. Ну сходи, Вась. Сложно, что ли? Заодно воздухом подышишь.

Она вновь скрывается в коридоре, а я нехотя откидываю плед, которым укрывала ноги. Чего-чего, а настойчивости маме не занимать. Если ей что-то в голову взбрело, всех на уши поднимет.

Распахиваю шкаф и вяло перебираю лежащую на полках одежду. Настроение в последние дни оставляет желать лучшего. Если я не сплю, то непременно грущу. И даже мороженое с кусочками фруктов бессильно в борьбе с поработившей мое сердце меланхолией.

Поездка на свадьбу к Соколову оказалась провальной идеей. Даже не знаю, на что я рассчитывала… Нет, разумеется, мне бы хотелось, чтобы, увидев меня, Соколов дал деру прямо из-под венца и разорвал связывающие его путы, но даже в состоянии бешеного мандража я понимала, что это вряд ли произойдет. В жизни так попросту не бывает. В кино – да. А реальность куда более прозаична.

Тогда что же мною двигало? Что заставило меня совершить этот шокирующий своей безбашенностью поступок?

Наверное, я хотела доказать Соколову, что я вовсе не слабачка и не страдалица, как говорила Лерка. Что я готова побороться за наше будущее. Что я тоже умею прощать.

Однако факт остается фактом: фееричного побега со свадьбы не случилось. После ЗАГСа Соколов куда-то исчез, а гостям тактично сообщили, что можно расходиться по домам. Мол, продолжения не будет. Без всяких объяснений и подробностей.

Не знаю, что это было. Да и знать, если честно, уже не желаю. Я слишком устала. Слишком измотана и вымучена. Напряженные размышления и непрекращающееся самокопание высосали из меня все соки.

Теперь единственное, о чем я мечтаю, – это миновать этап душевного раздрая и вернуться к обыденной рутинной жизни. Я хочу засыпать без слез и просыпаться без отеков. А я еще хочу, чтобы в груди не болело. Чтобы отпустило наконец.

Я знаю, это скоро случится. Просто нужно немного потерпеть.

Натягиваю джинсы и первую попавшуюся под руку кофту. Собираю волосы в хвостик на затылке и бреду в коридор.

– Только один пакет отнести? – уточняю у мамы, обуваясь.

– Да, один, – она показывается из кухни. – Вась, а ты чего как оделась? Водолазки поприличнее не было?

– И так сойдет, – бурчу я, завязывая шнурки. – Я ж туда-обратно.

И чего мама цепляется? Нормальная водолазка. Растянута, конечно, малость, но носить можно. Я же не на бал, в конце концов, собралась.

– Ну смотри сама, – тихо бросает родительница, не решаясь вступать в спор.

Засовываю телефон в задний карман джинсов, беру пакет с банками и ключи и выхожу из квартиры. Улица встречает меня прохладными порывами ветра и солнечным золотом, разлитым по тротуарам.