Мой порочный босс - Николь Келлер

внимания на перешептывания за нашими спинами, наклоняюсь и целую губы моей девочки. Конечно, я целую не так, как мне хотелось бы, потому что не хочу ее напугать. Потому что у меня один шанс, чтобы все исправить и вернуть домой ту, которой бредил все это время.

Она несмело отвечает, и мне сносит крышу от ее тихого стона прямо в губы. Но надо остановиться. Не здесь и не сейчас.

С огромным трудом оторвавшись от Эрики, любуясь на ее румянец, который так заводит, переплетаю наши пальцы и тяну ее к выходу.

– Пойдем, нам нужно идти.

Но неожиданно моя строптивая малышка упирается пятками в пол, вырывает ладонь из моего захвата и холодно чеканит:

– Нет.

А кто говорил, что с моей ведьмой будет легко?..

Глава 60

Эрика

Выпаливаю и смотрю в лицо Влада. Стараюсь сохранять невозмутимость, хотя внутри всю колотит. Поглаживаю руками живот, обнимаю его, как будто стараюсь скрыть от жадного взгляда Бесстужева.

На нас глазеет огромная толпа, кажется, что в зале воцаряется абсолютная тишина. Все ждут развития дальнейших событий. Как же, сказка ведь пошла не по сценарию! Золушка перечит принцу, а не сбегает с ним с бала! Даже Даша, и та застыла, открыв рот. Хотя она всегда была сама тактичность и никогда не спрашивала о моей личной жизни и не интересовалась, где отец ребенка.

– Почему нет, Эрика? Нам нужно поговорить, ты так не считаешь?

Влад обнимает меня за талию, успокаивающе водя ладонями по спине. Упирается лбом в мой лоб, тяжело дыша. Он выглядит спокойным, но я-то знаю, что это маска. Его также ломает изнутри эта встреча, его также сносит эмоциями. И с каждой секундой держать себя в руках становится все сложнее.

Тяжело сглатываю, прикрывая глаза. Больше всего на свете я хочу плюнуть на все, поддаться на уговоры Бесстужева и уйти с ним. Потому что понимаю, как скучала. Но мне все еще больно от тех воспоминаний. Боль, она ведь никуда не ушла. Притупилась, затаилась на время. И вот снова вылезла на поверхность, окутав и впиваясь в сердце своими шипами.

Отступаю на шаг, разрывая контакт, как бы мне не хотелось прижаться к груди Влада и вручить ему всю себя. Но надо взять себя в руки. Ради малышки, что растет под сердцем. Потому что, если Влад снова растопчет меня, я уже не смогу собрать себя по кускам. И ничто меня не спасет.

– Может быть, – пожимаю плечами, призывая весь свой актерский талант на выручку, чтобы казаться равнодушной. – Но я не могу уйти. Я на работе, – обвожу рукой зал.

– В каком смысле?

– Твой брат, – глазами указываю на Давида, что стоит за спиной Влада и самодовольно ухмыляется, – заказал этот банкет. Мое агентство его организовало. Я не могу все бросить и сбежать в разгар праздника, потому что мне надо проследить, чтобы все прошло так, как надо. Давид заплатил за это кругленькую сумму.

В глазах Бесстужева загорается огонь. Его всегда возбуждало мое упрямство. Наверно, с этого и начались наши отношения. Я бросила ему вызов, и он его принял. И теперь сделает все, чтобы перетянуть меня на свою сторону и сделать своей. От этих мыслей страх нарастает сильнее, потому что уверена – Влад пойдет до конца, используя все возможности.

– В таком случае, – тянет, самодовольно ухмыляясь, – я – твой босс, Эрика. Снова. И я освобождаю тебя на сегодня от твоих обязанностей. Ты идешь со мной. Это приказ.

Влад сокращает расстояние между нами, переплетает наши пальцы, наклоняется и шепчет на ухо, отчего у меня бегут мурашки по спине. Но ни черта не от страха. Мое тело реагирует на прикосновения Бесстужева. Оно все помнит и отчаянно желает этого порочного дьявола.

– И заметь, я не буду спрашивать твоего согласия. Ты не знаешь меня, если думаешь, что я позволю быть моей женщине, беременной моим ребенком, где-то там, а не рядом. Идем добровольно, Эрика. В противном случае я вынесу тебя из этого зала. Но тогда у меня будут большие проблемы с ногой. Именно поэтому я стою тут, стелюсь ковриком у твоих ног, а не тащу к выходу.

Мой взгляд снова блуждает с лица Влада на трость, которую он с силой сжимает, и обратно. Ему больно. Похоже, с ним случилось что-то серьезное. Потому что, зная характер Влада, он никогда бы не согласился добровольно на людях на этот «костыль».

Я хочу пойти с ним. Поговорить. Все выяснить. Проораться, в конце концов. Потому что я ношу этот эмоциональный груз внутри столько времени.

Я боюсь. Правда, боюсь доверять. Этот страх во мне только окреп после того, что случилось.

Но, пока я сомневаюсь и решаю, как лучше поступить, моя малышка с силой пинает меня в печень. Мол, мама, не тупи! Я хочу познакомиться с папой!

И чаша весов мгновенно падает в пользу Бесстужева. Я сейчас несу ответственность за кроху, что внутри меня. И с ее появлением я утратила право на страх. Я должна попытаться ради малышки. Нашей с Владом малышки.

Неуверенно сжимаю пальцы Бесстужева, сама делая первый шаг к выходу. Я даю шанс. Нам обоим. Мы должны хотя бы попытаться, чтобы в будущем не жалеть о том, что могли, но не сделали.

Под усиливающийся гул голосов мы покидаем зал торжества. Я лишь успеваю на ходу крикнуть Даше, что она за старшую.

– Не беспокойся, Эрика, я за всем прослежу!

Влад, хромая все сильнее, тащит меня к первому попавшемуся такси.

– Не спеши. Я же рядом, с тобой. Никуда не денусь.

– Не могу, ведьма, – хрипло выдыхает, открывая для меня заднюю пассажирскую дверь. – Я все боюсь, что ты исчезнешь.

Закусываю губу, стараясь удержать нахлынувшие слезы. Такая сентиментальная стала с этой беременностью. Влад сейчас честен, как никогда. Открыто признается в своих страхах и слабостях. И это подкупает и толкает на ответную искренность.

Бесстужев называет водителю адрес своего любимого ресторана, в котором, я знаю, для него всегда забронирован столик. Влад переводит взгляд на мой живот, тяжело сглатывает, сжимает мои пальцы, которые не выпускает из своей хватки ни на секунду.

– Кто…кто у нас будет?

Это его «у нас» снова зарождает во мне волну сентиментальности.

– Девочка.

– Дочка, – растягивает губы в широкой улыбке. – Это что, я папулей буду?

Этот его донельзя счастливый и довольный вид не оставляет мне ни единого шанса, и я улыбаюсь ему в ответ.

– Через два месяца.

Влад блуждает по мне горящим взглядом, возрождая