Однажды. Часть первая (СИ) - Данина Дарья

Девушка просто машет головой, словно пытаясь прогнать наваждение. Глаза прячет, а тонкие пальчики всё крепче сжимают ткань его кофты.

- Всё не так. – Зажмуривается крепче. – Совсем не так. Я ненавижу тебя. С того самого дня ненавижу. Ты сломал меня, Горький. Сломал, как спичку. – Распахивает свои зелёные глаза – И я уверена. Что поверни время вспять – и ты всё сделаешь так же. Ты ничего не изменишь. Ты будешь ломать меня вновь и вновь.

- Замолчи! – Перебивает Антон, и его крупная ладонь опускается на её губы. – Замолчи, Варя! – Так больно это всё слышать. Противно. И противно от самого себя. Ведь, скорее всего,… она права. И от осознания этого, брюнет хочет провалиться под землю. На самое дно преисподней, где ему самое место!

Резко встаёт с девушки и выходит из комнаты.

Варвара слышит какой-то шелест и звук открывающегося окна. Она встаёт следом и идёт в ту же сторону.

Горький стоит возле настежь открытого окна и выпускает густой дым, смешивая его с холодным воздухом улицы. Смотрит, не моргая на уже мелкие и редкие снежинки, что кружась в танце, опускаются на деревья.

- Здесь нельзя курить. – Её голос нежный. Будто успокаивает младенца, который капризничает. – Нас отругают, если узнают. Могут выселить.

- Переедете в мою квартиру. – Так спокойно отвечает, словно разговор о погоде завели. – Она всё равно пустовать будет. – Тихая усмешка и окурок летит по ветру. – Сделаешь её уютной. – Оборачивается и чуть заметно подмигивает девушке.

- Не смешно. – Отрезает Варя и подходит к тому же окну. Тянет руку, намереваясь закрыть, но Горький перехватывает маленькую кисть и закрывает сам. Тянет девчонку на себя и прижимает. Крепко. Очень. Дышит глубоко и тяжело. Словно пробежал дистанцию. Ему её так мало. Всегда.

- Мне нужно уходить. – Произносит поверх её головы и Варя чувствует касание его губ к макушке. – Ещё за чемоданом заехать. В шесть нужно быть в аэропорту.

Варвара кивает ему в грудь и вдыхает запах. Его запах. К которому она уже так привыкла. Древесный запах. Немного цитруса. Очень приятный. Не навязчивый. Делает несколько глубоких вдохов и обхватывает руками его предплечья.

- Уходи. – Кивает ещё раз.

Антон отрывается от драгоценного тела. Цепляет её подбородок пальцами и поднимает лицо, чтобы посмотреть и впитать каждую чёрточку.

- Я поцелую тебя. – Утверждает. Не собирается спрашивать. Не сейчас. Варя вскинула брови, но не пошевелилась. Замерла. Наблюдает, как парень медленно наклоняется, чтобы дотянуться до исцеляющих губ…

И целует. Так яростно сминает, что девушка невольно пищит. Но не отталкивает. Поднимается на носочки и крепче сжимает его предплечья. Открывается навстречу, встречая его язык и сплетая со своим. Брюнет издаёт какой-то утробный рык. Подхватывает девушку под бёдра и насаживает на себя. Доходит до стены и припирает Замухрышку. Придавливает своим телом и тянет руки к халату. Варя не чувствуя поддержки сильнее сжимает ногами его талию. Ощущает его губы на своей шее. Так ласково и так жёстко одновременно.

А горький отводит края халата на её ключицах и его взгляду открывается вид полуобнажённой груди. Тянет дальше и открывает соски.

Вашу мать!!!

Коленом приподнимает её ещё выше и наконец, дотягивается губами до нежных полушарий. Прикусывает тёмную горошину и слышит, как девушка втягивает воздух через зубы, шипя.

Тут же зализывает и обхватывает губами, играя языком, а другой рукой сминает обделённую грудь.

Господи… это не может быть правдой!

- Остановись! – Слышит отдалённо, приглушённо. И поэтому не сразу обращает внимание, не реагирует. Продолжает целовать любимое тело и пробирается руками под халат снизу. Резко, неожиданно отодвигает край трусиков и проводит пальцами по складкам. Блять! Она такая мокрая!!! Для него! – Антон! – Он перехватывает её возражения своими губами и вводит в плоть сразу два пальца! – Ссссс!!! – Шипит Варя и опрокидывает голову назад.

- Да, милая. – Шепчет в губы, продолжая массировать большим пальцем её клитор и вводить пальцы. Снова и снова. – Это для тебя. Прости. Я так люблю тебя. Я сдохну за твой стон. Убей меня потом. Перегрызи мне глотку. Но только сейчас сдайся. Всего лишь на несколько минут. – Целует снова. Глубоко. Выпивая девушку, словно вино. Впитывая вкус, распознавая ноты.

Чувствует, как её мышцы расслабляются, и она даёт свободно входить в неё. Сцепляет руки на его затылке, и впивается в его чёрные волосы. Тянет и тихо стонет.

Ему голову несёт. От звуков, от запаха, от неё. От того, что его набухший член сейчас порвёт джинсы, в которых стало так туго и неудобно. Но Горький продолжает играть с чувствительным бугорком и ловить своими губами её обрывочные стоны. Такие тихие, словно она стесняется их. Будто хочет их скрыть от него. Или же от себя…

Уже в самолёте перед вылетом, он написал ей сообщение.

«Я люблю тебя. Я прилечу другим. Я обещаю»

Несколько минут крутил в нервных руках айфон в ожидании ответа. Смотрел на экран, блокировал. А потом снова смотрел. Но, так и не дождавшись хоть какого-нибудь ответа, выключил телефон и пристегнул ремень.

А уже расположившись в съёмной небольшой квартире в центре столицы Австрии, он получил ответ.

«Я желаю тебе выздоровления, Антон. Искренне. Я желаю тебе вернуться другим человеком. Лучшим. Как для себя, так и для других. Но не возвращайся ко мне. Пожалуйста. Я не буду тебя ждать. И я прощаю тебя».

Сжав телефон в руке, брюнет смотрел на пустую стену кремового оттенка. Смотрел долго. Закусив губу и сведя брови на переносице.

Рывок и телефон летит в эту раздражающе светлую стену. Рассыпается на части. И одна из деталей, кажется, стекло, отскочив от стены, впивается ему прямо в лицо. Совсем рядом со старым шрамом на скуле. А кажется, что в самое сердце.

Глава 55

- Какие у тебя планы на новый год?

Арина с аппетитом поедала попкорн, сидя на диванчике перед ноутбуком. В последние несколько недель девочка просто расцвела. Варвара наблюдает за соседкой день изо дня. И прекрасно понимает причину таких изменений. Эта причина таскается к ним в блок каждый божий день. Иногда по несколько раз.

Парень не отходит от блондинки ни на шаг. Такой же довольный и счастливый. Заглядывает Аринке в рот. Носит на руках. В буквальном смысле.

И колко посматривает на Варю. И этот взгляд ей не нравится. От слова Совсем. Больновато, цепко, колюче, зябко. Иногда украдкой, иногда не скрывая. Будто прожигает своими зелёными глазами до самого мозжечка. Неприятно. Словно обвиняя в чём-то.

И Варе в такие моменты хочется исчезнуть. В чём она виновата? За какую такую заслугу она получает такие взгляды?! Пусть скажет всё в глаза, как оно есть! Но он молчит и смотрит.

- Наверное, домой поеду. – Варвара домывает посуду и тихими шагами подходит к окну. Снега уже много. А сегодня намело ещё на метр. Зима наступила нежданно - в тот самый день, когда она видела его в последний раз перед отлётом. С этого дня дождей больше не было. Только снег. И мороз. Не сильный, но слякоть прекратилась, и её заменил гололёд и нежное белое покрывало на земле и деревьях. – Меня ждут родители. Да и, друзья. Мне звонила Мила. Сказала, что второго января будем собираться. Так что…

- Ну, - Арина нажимает на паузу в своём ноутбуке. – С одной стороны, это хорошо.

- А с другой?

- А с другой. Хотела тебя с собой взять отмечать. Мы хотим у Захара на даче собраться.

Варя незаметно для подруги ухмыляется в окошко и прикрывает на секунду веки.

- Я уверена, что там и без меня будет весело. – Оборачивается, услышав, как Арина шаркает тапочками по полу, подходя к Варе. – Ты знаешь. Это не моя компания.

- С чего такие мысли, дорогая? К тебе никто там плохо не относится. Я не слышала ни единого плохого слова о тебе. Да и вообще они о тебе не разговаривали. По крайней мере, при мне. – Арина встала рядом с соседкой, разглядывая снежный двор.