Хейли Оакс - Только между нами (ЛП)

Это лето открыло мне глаза. Оно заставило меня понять, что я чувствую облегчение из–за того, что Саймона нет в моём будущем, что бы оно мне ни готовило. Он милый человек, но никогда не поддерживал меня, и то, что он бросил меня перед свадьбой, можно было описать фразой «нет худа без добра».

Кайл как обычно отправляется в студию, а я начинаю собирать вещи. У меня много вещей, новых и старых, которые мне нужно запихнуть в чемоданы. Так как я последние пару недель спала в комнате Кайла, моя старая комната стала настоящей зоной бедствия. Повсюду разбросана одежда, и теперь я страдаю от этого. Я начинаю добиваться успеха ко времени ланча и вижу свет в конце туннеля, когда звенит мой мобильный телефон.

Я нахожу его под кучей джемперов, в которых на самом деле не нуждалась всё лето, и это доказывает, в каком бедном состоянии я была, когда мы уезжали. Звонит Винни, и я быстро отвечаю.

– Алло? – проговариваю я. Должно быть, что–то не так, раз звонит Винни.

– Софи? – в спешке произносит он.

– Винни, ты в порядке? – спрашиваю я.

– Да, ну, нет, эм–м, я не знаю. Дело в Эш, чёрт побери, – вздыхает он. – Я в комнате ожидания и… – Он снова вздыхает. – Я не знал, кому позвонить.

– В чём дело? – спрашиваю я, тут же запаниковав. – Что происходит?

– Ну, Эшли ходила к этому врачу вчера, и ей сказали, что у неё высокое давление, так что мы приехали сюда, – говорит он. – Потом они решили стимулировать роды, и всё произошло так быстро. У нас не было шанса никому рассказать и… – его голос надламывается.

– О Боже! – вскрикиваю я. – Она в порядке? Винни? – визжу я.

– Она в операционной. – Его голос приглушённый, будто он готов расплакаться.

– Какого чёрта? Почему она не рассказала мне? Какого чёрта?

– Всё произошло так быстро, – произносит он. – Моя мама на чёртовом Кипре, а мама Эшли в каком–то отеле со СПА, а ты в Лондоне. – Его голос снова надламывается. – Я здесь совсем один и…

– Что происходит? Что происходит прямо сейчас? – спрашиваю я.

– У неё началось кровоизлияние, так что ей делают кесарево сечение. Им пришлось вырубить её, а сейчас я просто… жду. – Он кажется окаменевшим.

– Хорошо, я возвращаюсь. Я сейчас же еду домой, – взвизгиваю я.

– Нет, нет, Софи, ты не можешь, я…

– Ты нуждаешься во мне, вы оба нуждаетесь во мне, так что я должна быть там, я еду домой.

– Ты уверена? – тихо спрашивает он.

– Как никогда.

– Спасибо.

– Я буду к ужину и хочу, чтобы ты позвонил мне, когда всё закончится. Мне нужно знать, что она в порядке.

– Она должна быть в порядке, – серьёзно произносит он. – Я не могу думать о… Боже, Софи, я не могу потерять её.

– Не потеряешь! – строго говорю я.

После этого я тут же звоню Кайлу.

– Привет, красавица, – отвечает он.

– Мне нужна твоя машина, – поспешно произношу я.

– Зачем? – спрашивает он.

– Мне нужно домой, сейчас.

– Что? Почему? – спрашивает он.

– Эшли. – Мой голос надламывается. – Что–то пошло не так с родами, всё пошло не так, и ей делают кесарево сечение и…

– Женщинам делают кесарево сечение каждый день, – спокойно произносит он. – Думаю, тебе нужно успокоиться.

– Нет, – дерзко говорю я, – ты не слышал Винни, он один и напуган и говорит так, будто думает, что она умрёт, чёрт побери.

– Ты…

– Слушай, Кайл, у меня нет времени обсуждать это по телефону, мне нужно попасть домой, и я хочу поехать домой, где моя лучшая подруга прямо сейчас рожает ребёнка, в то время как её муж один плачет в комнате ожидания. Вне зависимости от исхода, я хочу быть там, они нуждаются во мне.

– Хорошо, – произносит он. – Я уже еду.

Кайл оказывается дома через полчаса, и мы укладываем два чемодана, которые я собрала, в его машину.

– Я могу привезти остальные твои вещи в следующий раз, – говорит он.

– Ты едешь, в смысле, ты сейчас едешь со мной? Ты можешь остаться и приехать на выходных.

Он берёт меня за руку.

– Я еду сейчас. Если ты будешь там для других, я буду там для тебя. – Он целует меня, и я принимаю его силу. Я натянуто улыбаюсь ему, и мы отправляемся в дорогу. – Я сказал Джеральдин, что вернусь в понедельник.

– Бьюсь об заклад, она была вне себя от радости, – саркастично смеюсь я.

– В экстазе. – Он закатывает глаза.

Обратно домой мы едем в товарищеской тишине, и я с волнением жду информации от Винни. Кайл берёт меня за руку время от времени и может сказать, как я переживаю. Теперь наши планы на выходные кажутся такими несущественными, когда жизнь Эшли и её ребёнка висит на волоске. Уже час дня, когда нам удаётся выехать, и несмотря на короткие перерывы на туалет и еду, к половине седьмого вечера мы уже видим «Блэкпульскую башню», местную достопримечательность. Поездка быстрая, и Винни звонит мне дважды. Он говорит, что операция закончилась, он увидел малыша Стэнли, когда пробрался в детское отделение, но не видел Эшли. Он говорит, что она в палате, но всё ещё без сознания.

Около шести вечера он звонит, чтобы сообщить, что его отправили домой, что он видел Стэнли и трогал его ручку через инкубатор. Ребёнок в шоке, и его сердце бьётся медленно, у него желтуха, и за ним нужно следить следующие двадцать четыре часа. Он видел Эшли, но её погрузили в медицинскую кому на ночь, так как она потеряла много крови и должна восстановиться. Я говорю ему, что мы будем в Литаме в течение часа и встретимся с ним у него дома.

По моим щекам текут слёзы, когда Кайл направляет машину через Литам к дому Эшли. Я выкрикиваю адрес, когда мы съезжаем с шоссе.

– Мне нужно собраться, – произношу я, вытирая лицо тыльной стороной ладони. – Винни не должен видеть меня такой, мне нужно быть сильной.

– Ты будешь сильной. – Кайл хлопает меня по руке. – Ты будешь в порядке, когда увидишь его. – Кайл останавливается рядом с красивым домом из красного кирпича, половина которого принадлежит Винни и Эшли. Они с любовью украсили его вместе, и я знаю, что для малыша Стэнли уже готова милая детская в голубых тонах: эту комнату упрямая Эшли заставила обустроить Винни. Мы паркуемся за машиной Винни, и я распахиваю дверь, чтобы быстрее добраться до дома; Кайл спокойно идёт следом и держит меня за руку, пока мы ждём, когда Винни откроет дверь.

Тяжёлая чёрная дверь открывается, и за ней показывается помятый мужчина.

– Ох, Соф, – произносит он с несчастным видом. – Какой дерьмовый день.

Я смело улыбаюсь ему и заключаю его в объятия.

– Ты чертовски преуменьшаешь, – вздыхаю я.

Как только мы заходим внутрь, Кайл делает три чашки чая, а я сижу с Винни в гостиной, накрыв его руку своей ладонью, в то время как он рассказывает события дня, сдерживая слёзы.