Джастин Валенти - Протеже

Когда Диана вернулась домой, Люк сидел в гостиной, обложившись свежими выпусками газет. Она вошла и как ни в чем не бывало поцеловала его. Он не шелохнулся. Диана взяла «Таймс» и тоже уткнулась в газету.

Однако ей было не до чтения. Судя по свежему, отдохнувшему виду Люка, он не кутил всю ночь в ресторане, не проводил время на танцплощадке. Он явно отлично выспался, но где и с кем?..

– В Ист-Хэмптоне была жуткая тоска, – начала она, как будто Люк ее спрашивал. – Сезон еще не начался, и никто не приехал. Жаль, что я не пошла на благотворительный бал. Кстати, тебе понравилось?

– Вполне.

– Лучше бы я отправилась туда. Работаешь, работаешь, а про развлечения забываешь. Конечно, я уже не так молода, по это не значит, что надо превращаться в домоседку… – Господи, ну зачем лишний раз напоминать, что она старше Люка?

Однако он так увлекся чтением, что ничего не слышал. Диана с горькой улыбкой подумала, что теперь считает удачей, если на нее не обращают внимания… Да, отныне она во власти Люка из-за своей любви.

Жизнь превратилась в кошмар, в пытку. Ей все труднее было делать вид, что все идет по-прежнему, и появляться с Люком на людях. Диану не только раздражали женщины, увивающиеся вокруг своего кумира, она сама стала противна себе. Всю жизнь Диана больше всего ценила в людях честность, а теперь только и делала, что притворялась, иногда даже лгала. И все ради того, чтобы удержать Люка.

Взвинченное состояние отражалось и на работе: сказывались бессонные ночи. Диана стала раздражительной и не в меру обидчивой.

А Люку все было нипочем. Для телебизнеса конец сезона – всегда нелегкий период: время поджимает, а все уже здорово устали. Почти каждое утро Диана выходила из дому первой и отправлялась на репетицию. Люк к этому времени едва успевал продрать глаза или вообще еще спал. А она боялась сказать ему слово: как бы не подумал, что к нему цепляются!

Она заставляла себя являться в студию без него. Если бы кто-то посмел заметить, что Люка до сих пор нет, это дало бы ей повод презрительно задрать нос и ответить:

– Он уже выехал!

Однако ожидание, как правило, затягивалось, и Диане приходилось устраивать целый спектакль, прорабатывая сцены с другими актерами, пока наконец не приезжал Люк, заспанный и сердитый.

Генеральная репетиция последней серии превратилась в сущий кошмар. Все ждали, когда Люк закончит с макияжем, но и на сцене он двигался как зомби.

Салли Фейн по праву считалась одним из лучших операторов, и снятые ею серии всегда только хвалили. Но сегодня все пошло прахом.

– Люк, будь добр, встань на свое место! – крикнула Салли в микрофон. – Ты совсем перекрыл обзор. Что с тобой случилось?

– Дурацкий у тебя обзор, вот что случилось! – капризно отозвался он. – Мне осточертело тут торчать! Джемма все загородила своей башкой…

– Эй, ты что это на меня нападаешь? – взвилась Джемма. – Обалдел, что ли?

– Ох, ради всего святого! – Салли поднялась, оглянулась на Диану, демонстративно уткнувшуюся в текст сценария, и сама спустилась на сцену.

От унижения Диану бросило в жар. Конечно, Салли права, но если она отважится показать свою власть Люку… А Джемма из сообщницы Люка превратилась в его злейшего врага и не спускала ему ни единого промаха.

Между тем скандал на сцене разгорался, и вся съемочная группа ждала, пока артисты выяснят, кто из них главный. Ники гоже попыталась вмешаться, но ничего не добилась. В конце концов Диана вышла туда сама. Внезапно ее охватила слепая ярость.

– Не суйся, Ники, я разберусь! – крикнула она. – Черт бы вас всех побрал, мы уже неделю не можем съехать с этой сцены! Салли, переставь свои проклятые метки, если это так важно! Джемма, какого дьявола ты все принимаешь на свой счет? Начинайте работать, о'кей?

Позднее, оставшись вдвоем с Салли в операторской, Диана извинилась.

Утро прошло отвратительно, а день – еще хуже.

Молоденькая ассистентка, Ти, страдала от ожирения. Стоило понаблюдать за ней несколько минут, и становилось ясно почему. Даже в операторской она непрерывно что-то жевала. Подкрепившись пончиками, Ти перешла к морковным чипсам и запила все это большой бутылкой содовой.

На сцене в этот момент творилось что-то невероятное. Люк непрерывно зевал, а Джемма недовольно бубнила: «Ну что он тащится, как дохлый? Нельзя ли двигаться побыстрее?»

Общая нервозность плохо подействовала на девочку, игравшую Келли, среднюю дочку, – маленькая артистка терялась и постоянно спрашивала:

– Куда мне идти?

– В голубую даль! – не удержался кто-то.

Все дружно расхохотались, а девочка заплакала, и ее пришлось долго утешать.

– Ладно, ладно, все успокоились и начали! – заговорила в микрофон ассистентка. – Дайте знать, когда будете готовы к съемке. Камера четыре, хватит ловить ворон!

– Я хочу добавить слова «Можно ли мне кое о чем у тебя спросить?», – заявила Джемма. – Не возражаете?

Диана и Салли кивнули.

Заметив, что Ти грызет яблоко, Диана не выдержала:

– Господи, ты хоть на минуту способна отвлечься от жратвы и заняться делом? Мы не в ресторане сидим, а заканчиваем съемку!

Ти жалобно сморщилась, давясь своим яблоком. Диана смутилась:

– Извини, Ти. Мне очень жаль. Я сегодня сама не своя. Хуже всего то, что она уже много недель сама не своя.

Надо же – кидается на людей! У бедной Ти и без того хватало неприятностей, и вовсе ни к чему отчитывать ее при всех. Тут в операторской появилась Молли:

– Как дела?

– Лучше не спрашивай, – сердито ответила Диана. Внезапно в одном из мониторов она заметила Мэтью. Он тихо сидел в дальнем углу и, наблюдая за съемкой, делал какие-то пометки. Чертов шпион! Господи, ну почему всем приспичило сунуть сюда нос – ведь сегодня самая неудачная репетиция!

Во время следующей сцены Люк почти налетел на камеру номер два.

– Осторожнее! – крикнул оператор.

– Сам осторожнее, козел! – заорал Люк. – Прешь со своей камерой как танк!

– Черта с два! – возмутился оператор. – Если бы ты стоял на своей метке, ничего бы не было!

Разъяренный Люк чуть не заехал парню по уху. Съемки продолжались. Люк опоздал со своей репликой, а потом совсем переврал слова.

– Стоп! – закричала Салли. – Нет, неверно! Не «Ты думаешь так, потому что неопытна!», а «Ты думаешь так только потому, что не имеешь опыта!».

– Черт возьми! Какая разница? – небрежно бросил Люк, передернув плечами. – Я сказал короче и по делу. «Не имеешь опыта!..» – издевательски передразнил он. – Да кто так говорит-то? Ладно бы прерывали нас ради стоящих замечаний, а не из-за этой муры!

Диана вышла на сцену и напряженно осведомилась:

– В чем дело?

– Дело в том, что реплика ни к черту не годится. – Люк смерил ее холодным взглядом, отлично зная, что этот диалог писала она.