Мэри Патни - Что осталось за кадром

Несмотря на все проблемы, возникавшие в ходе работы над «Центурионом», фильм Рейни из тех, пропустить который было бы непростительно. Она сумела собрать первоклассных профессионалов, которые мастерски делали свое дело, и проблемы уходили сами собой. Просто идеальные съемки.

Он так увлекся своими мыслями, что не заметил, как рядом оказалась Хелен - литературный редактор. В ее глазах плясали веселые огоньки, она звонко чмокнула Кензи в щеку.

- Должна признаться, что давно мечтала сделать это.

Он усмехнулся и легонько похлопал ее чуть ниже спины.

- Я рад, что ты наконец осуществила заветное желание, Хелен.

Она со смехом отошла. Оглядев зал, он нашел Рейни в центре толпы. Волнистые волосы ниспадали на плечи, зеленое платье облегало фигуру, она скорее походила на молоденькую актрису, чем на сурового и решительного режиссера, который без устали трудится над своим детищем. Кензи улыбнулся, подумав, что Рейн может гордиться плодами своего труда.

А завтра отправится на поиски лучшей жизни.

Он прошелся по залу, перебрасываясь словами с присутствующими. Съемочная группа, включая актеров, состояла из семидесяти пяти человек. По голливудским меркам - не так уж много.

Он предполагал, что репутация сдержанного, обходительного человека, которая следовала за ним по пятам, на этих съемках пошатнулась. Бывали дни, когда ему с трудом удавалось держать себя в рамках. Хотя никто ни разу не упрекнул его. Более того, все относились к нему очень бережно, чувствуя его подавленное состояние.

Он допил виски и решил было отправиться за второй порцией, как перед ним возникла хорошенькая рыжеволосая официантка.

- Простите, мистер Скотт, - быстро-быстро зашептала она. - Я знаю, не следует этого делать, но когда я услышала, что вы здесь… Ах, Боже мой… если бы вы только знали… Мой маленький сын мечтает о встрече с вами. - Она оглянулась. - Вы не могли бы пройти в раздевалку познакомиться с ним? Только на минуточку. Эван будет счастлив.

- Конечно.

Вслед за ней Кензи вышел из зала и, пройдя по короткому коридору, попал в пустую раздевалку.

Эван оказался худеньким мальчиком лет одиннадцати с большими серыми глазами и рыжими, как у матери, волосами. Он сидел в инвалидной коляске.

Лицо ребенка озарилось улыбкой. Кензи опустился на одно колено рядом с мальчиком.

- Здравствуй, Эван. Ты знаешь, кто я. Как я догадываюсь, ты большой киноман?

- Да! Вы мой любимый актер, сэр. А «Приключение в небесах» - самый любимый фильм, особенно финальная сцена, где вы сражаетесь с главным злодеем и преодолеваете собственное зло, - торопливо проговорил мальчик. Его анализ фильма сделал бы честь любому студенту киношколы.

Когда он умолк, чтобы перевести дух, его мать твердо сказала:

- Ну, хватит, сынок. Мистера Скотта ждут друзья.

- Я не спешу, - отозвался Кензи. - Возвращайтесь к своим обязанностям и приходите минут через десять - пятнадцать.

Казалось, в комнате стало светлее от ее улыбки. К тому времени, когда она вернулась, Кензи и Эван успели обсудить «Приключение в небесах», «Пурпурный цветок» и углубились в разбор «Смертоносной силы». Кензи подписал мальчику плакат, обменялся с ним рукопожатием и попрощался.

- Не знаю, как вас благодарить, мистер Скотт, - сказала официантка, когда они возвращались в зал. - В тот страшный год после несчастья только кино вызывало у Эвана улыбку. Встреча с вами - это мечта, ставшая реальностью.

- Поверьте, мне тоже эта встреча доставила радость. У вас замечательный сын, и для своих лет обладает необычайно острым умом. - Как же Эвану повезло, что у него такая мать, подумал Кензи. - Не отговаривайте его, если он когда-нибудь вздумает работать в кино. Здесь трудятся столько разных специалистов, что можно найти занятие и для него - то, что можно делать, сидя в инвалидной коляске.

Ее глаза расширились.

- Правда, сэр?

- Конечно. - Если Кензи смог выжить в шоу-бизнесе, то такому умному мальчику, как Эван, тоже удастся. - Главное, что у него есть страстное желание, а умение - дело наживное.

Перед ними возник распорядитель зала. Грозно взглянув на официантку, он сердито процедил:

- В чем дело, миссис Джонс? Разве вы не знаете наших правил?

Сообразив, что мать Эвана на грани увольнения, Кензи обратился к распорядителю:

- Простите, это моя вина. Я слышал, что сын миссис Джонс большой поклонник кино, и попросил ее познакомить меня с мальчиком. Мы замечательно провели время. Извините, что оторвал миссис Джонс от ее обязанностей.

Выражение лица распорядителя тут же изменилось.

- Так это вы попросили познакомить вас с мальчиком, мистер Скотт?

- Да. Я считаю, что полезно поддерживать отношения с поклонниками. - Кензи одарил его белозубой улыбкой. - Очень сожалею, что помешал работе вашего персонала. Нелегко проводить подобные мероприятия, да еще так, чтобы казалось, будто это не стоит никаких усилий.

- Вы правы, сэр.

Распорядитель пустился в пространные объяснения трудностей разного рода, а миссис Джонс, с благодарностью взглянув на Кензи, занялась тарелками в буфете. Терпеливо выслушав распорядителя, Кензи оставил автограф для его жены и, извинившись, присоединился к гостям.

Он поговорил уже почти со всеми, когда появился запыхавшийся Джош.

- Сообщение только что передали по факсу из Калифорнии, Кензи. - Он вытащил сложенный лист бумаги. - Я подумал, что тебе нужно прочитать его прямо сейчас.

Удивившись, что же такого важного может быть в этой бумаге, Кензи просмотрел текст. С первого взгляда он никак не мог уловить суть письма. Буквы прыгали перед глазами - налицо все признаки усталости.

Он прикрыл глаза, заставляя себя сосредоточиться, потом принялся читать снова. Кензи узнал бланк своего адвоката. Медленно, слово за словом, он добрался до конца и перечитал послание снова. Да, он понял все правильно.

- Господи, - прошептал он, - Рейни отозвала заявление о разводе?

- Похоже, да.

Кензи не находил себе места. Шквал эмоций обрушился на него: шок, гнев, огорчение, радость, страх…

- Не говори никому об этом.

- Я и не думал, - обиженно отозвался Джош.

- Извини. - Резко повернувшись и стиснув зубы, Кензи отправился на поиски Рейн.

Она обнималась с звукооператором по прозвищу Кролик. Придется нарушить идиллию, подумал Кензи. В этот самый момент Рейни высвободилась из рук Кролика, прозванного так за необычайно чуткий слух. Кензи кашлянул, привлекая ее внимание.

- Удели мне пару минут.

Она вскинула на него глаза. У нее был такой вид, будто ей очень хотелось удрать.

- С удовольствием.

Звукооператор дружески пожал Кензи руку и отправился к стойке с закусками и спиртным. Взяв Рейни за локоть, Кензи отвел ее в дальний угол зала.