Элла Фельдбуш - Найти в себе силы

— Ну что? Выучила своих композиторов?

Ляля тут же вспомнила про вчерашний разговор и заявила:

— Я-то выучила. А ты мне на вопрос так и не ответил.

— Тогда слушай. — Улыбаясь, как довольный, откормленный кот, Андрей принялся ходить по квартире, заложив руки за спину, словно декламировал стихотворение. — Моцарт Вольфганг Амадей, австрийский композитор, годы жизни: тысяча семьсот пятьдесят шестой — девяносто первый. Представитель венской классической школы, музыкант универсального дарования, проявившегося с раннего детства. В его музыке отразились идеи немецкого Просвещения и движения «Буря и натиск», претворен опыт различных национальных традиций. А модифицировал он традиционные оперные формы и еще индивидуализировал жанровые типы симфоний и…

Ляля тихо сползла по стенке. Андрей ей подмигнул:

— Продолжать?

— Ну, вообще и так все ясно…

— Тогда держи. — Андрей протянул ей здоровенный пакет с книгами. — По идее, пригодится для подготовки.

Пробежавшись глазами по заглавиям книг, Лялька обалдела окончательно:

— Андрюш… э-э-э… а ты давно музыкой интересуешься?

— Вчера заинтересовался. С твоей подачи.

— Но…

— А какие книжки нужны, мне знающие люди подсказали. Ну и в библиотеке пришлось покопаться…

— Так ты в библиотеку ездил?

— В Ленинку. Я вообще туда частенько наведываюсь.

Ляля представила себе внушительную фигуру Андрея в обычном его прикиде в читальном зале Ленинской библиотеки. Контраст получился такой разительный, что она не смогла удержаться и захихикала.

Андрей удивился:

— Джановна, я же с важными людьми общаюсь. Есть ребята в органах, правительстве, есть и академики. В моем положении пнем пустоголовым быть нельзя. Кстати, и тебе бы с ними не мешало познакомиться. Ты ж у меня умница!

Конечно, даже в их семье не все было гладко, случались ссоры и размолвки. Ляля так и не могла толком понять, как зарабатывает деньги Андрей, и ей очень это не нравилось. Любимый же пресекал все ее попытки прояснить данный вопрос. Ляля отдавала себе отчет в том, что Андрей занимается чем-то незаконным. Угрызений совести она по этому поводу не испытывала. Как сказал тот же Андрей:

— Ты в этой стране честным путем только горб заработаешь. И вообще, украсть у нашего государства — дело чести, доблести и достоинства.

Но Ляля боялась не за благосостояние родного отечества, а за самого Андрея: «бизнес» такого рода обычно в лучшем случае заканчивается тюрьмой, в худшем — моргом. Всякий раз, когда он по звонку вдруг срывался с места и уезжал в неизвестном направлении, Ляля не находила себе места. Андрей ничего не объяснял, и настаивать было бесполезно. А Ляля вновь и вновь вспоминала, как ей звонили по поводу Сергея и Даши. В такие моменты она боролась с искушением выдернуть аппарат из розетки, чтобы он уж точно не смог снова разбить ее жизнь.

К счастью, Андрей всегда возвращался домой, целый и невредимый. Дни пролетали незаметно. Близился к завершению второй год в Гнесинке. После сессии Андрей пообещал Ляльке сюрприз.

— Только если все сдашь на пятерки!

Ляле не очень нравилось, когда Андрей принимался строить из себя доброго папочку, напоминая об их разнице в возрасте. Однако она так была заинтригована, что даже не подала виду, что обиделась. Экзамены были нелегкими, но на этот раз Лялька старательно посещала лекции, тренировалась дома на роскошном рояле и все, ну почти все, сдала на отлично.

После последнего экзамена дома состоялся праздничный ужин. Счастливая Лялька крутила зачеткой перед носом у Андрея:

— Ну, где же обещанный сюрприз?

Пока любимый расставлял свечи и доставал из духовки традиционную утку, она не раз и не два переворачивала тонкие странички. Оценки за первый курс разительно отличались от оценок за второй. Ляля надеялась, что и ее будущее изменится столь же кардинально.

Но вот Андрей хлопнул в ладоши:

— Прошу к столу!

Ляля уселась за стол: в таинственном полумраке приготовленные Андреем деликатесы казались особенно аппетитными. Но ей было уже не до еды: Андрюша поставил перед ней странного вида коробку из-под обуви. Заинтригованная, Ляля должна была угадать, что в ней находится.

— Туфли? — Лялька выдвинула первую пришедшую ей на ум версию.

— За кого ты меня принимаешь? — обиженным тоном спросил Андрей. — Дальше гадай.

— Ну… не знаю… колье… или сережки…

— Конечно, в обувной коробке, — съехидничал Андрюша.

— Что же это может быть? — терялась в догадках Ляля. — Набор косметики?

— Думай, Люда-джан, думай.

Ляле ничего не приходило в голову, и она занервничала.

— Билеты на какое-нибудь потрясающее представление? — предприняла она последнюю попытку.

— А вот теперь горячо. Ладно, не буду тебя больше мучить. — Андрей открыл крышку. В коробке действительно лежали билеты. Только не в театр, а на самолет.

— Что это? — изумилась Ляля.

— Наш пропуск на сказочные острова под названием Гавайи.

Лялькиному счастью не было предела: она визжала, скакала по кухне, кидалась на шею Андрею и страстно его целовала. Конечно, иной раз она говорила милому, что никогда в жизни не была за границей и давно мечтает отдохнуть на каком-нибудь, пусть не самом шикарном, забугорном курорте. Но такой поворот событий ей и во сне бы не приснился!

— Ну хватит, хватит! — смеясь, старался утихомирить Лялю Андрей. — Подумаешь, Гавайи! На будущий год поедем в Европу.

Наконец Лялька немного успокоилась и решила уточнить:

— Когда мы едем?

— Через месяц, а то у меня здесь еще дела.

— Не важно! А как же паспорта, визы?

— Фирма веников не вяжет. Съездишь к ним, распишешься в своем загранпаспорте, а с посольством проблем не будет.

— И отель уже есть, и все?

— Отель у нас, как хороший коньяк, — пятизвездочный.

— Ой, Андрюш… Там же море…

— Вообще-то, Люд, там целый океан. — Андрей не смог сдержать улыбку.

— А акулы там есть? — неуверенно спросила Ляля.

— Конечно, — с напускной серьезностью ответил Андрей, — и они регулярно завтракают хорошенькими русскими туристками! — Он несильно шлепнул Ляльку по лбу.

Этот ужин прошел душевно, как никогда. Ляля то и дело принималась звонко хохотать, Андрей ей вторил. Ляля просто не могла позволить билетам лежать спокойно. Она вертела их в руках, вглядывалась в числа, задавала любимому миллион вопросов. В конце концов Андрей у нее билеты отобрал, заметив, что иначе он за их сохранность не ручается. Он положил их на шкаф, и Лялька, заложив руки за спину, время от времени туда подходила, чтобы украдкой полюбоваться на свое сокровище.