Путь к себе - Елена Купцова

сводя глаз с неподвижного тела, распростертого на полу.

Парни вернулись, и по их растерянным лицам Атанас понял, что их поиски не увенчались успехом.

— Ее нигде нет. Мы прочесали весь сад. Как сквозь землю провалилась. — Станчо запыхался, слова вылетали короткими очередями.

Атанас длинно выругался.

— Этого нам только не хватало. Еще притащит сюда полицию. Расхлебывай потом. Он же иностранец, — сказал Станчо отрывисто.

Атанас задумчиво почесал в затылке.

— Пора сваливать. Ею мы еще займемся. Никуда не денется. Забирайте его, поехали.

— Атанас, там Димитр никак не очухается. Этот его здорово приложил.

— Классно дерется парень, ничего не скажешь.

Атанас рассвирепел:

— Кончайте базар. Забирайте обоих. Поедем на двух машинах. Не бросать же его джип на дороге.

Виолетта вбежала в «Людо», задыхаясь и размазывая слезы по щекам. В висках стучало. Она только сейчас начала понимать, что произошло. Андрей крикнул ей: «Беги!» — и она побежала, не раздумывая, не разбирая дороги. Она бросила его одного на растерзание каким-то негодяям, а сама унесла ноги, как последняя трусиха. Слезы отчаяния и бессилия струились по ее лицу, застилая глаза мутной пеленой. Мысль о том, чтобы вернуться, мелькнула в ее разгоряченном мозгу, но она вовремя поняла, что от нее там будет мало толку. Надо было срочно найти подмогу!

Первый, кого она увидела, влетев в ресторан со служебного входа, был Веселин. Она чуть не сшибла его с ног.

— Эй, полегче на поворотах, красотка, расшибешься. — Он подхватил ее на лету и заглянул в лицо. — Ба! Да это Виолетта! Куда так разлетелась?

— Где Цеца? Позови ее скорее, — умоляюще проговорила Виолетта. Сама мысль о том, что ей придется разыскивать ее по всему залу, была сейчас невыносима.

— Я бы и сам хотел это знать. И не только я. Коста рвет и мечет.

Виолетта в недоумении посмотрела на него, даже слезы высохли.

— Что смотришь? Она не вышла сегодня на работу, даже не сообщила ничего.

Виолетта развернулась и, не говоря ни слова, бросилась вон из ресторана.

— Постой! Ты куда? — крикнул ей вслед Веселин, но она была уже далеко и не ответила ему или не захотела отвечать. — Совсем девчонки с ума посходили, — покачал головой Веселин. — Одна исчезает неведомо куда, другая носится, как угорелая кошка. Дела!

— Ты не понимаешь, — растолковывала Ивану Цеца. — Дело даже не в том, что они сделали со мной. Самос ужасное, что мне это понравилось. Вернее, не понравилось, а… — Она замялась.

— А что? Ты говори, говори, я внимательно тебя слушаю, — сказал Иван, понимая, что ей сейчас нужно выговориться до конца. — Ты что-то почувствовала?

— Вот именно. Как бы тебе это объяснить. Я получила удовольствие. Ну, в сексуальном смысле. — Она покраснела и сделала вид, что что-то ищет в сумочке.

Иван улыбнулся ее смущению. Они провели вместе целый день, и только сейчас она, наконец, расслабилась и заговорила о том, что ее мучило больше всего.

— Что ты все ходишь вокруг да около? У нас, художников, принято называть вещи своими именами. Ты кончила вместе с ними, так, что ли?

Цеца кивнула. Щеки ее разгорелись так сильно, что, казалось, тронь — и брызнет кровь.

— А в чем, собственно, проблема? — Иван прикурил сигарету, со вкусом затянулся и, выпустив колечками дым, протянул ей. — Ты их как-то провоцировала?

— Нет.

— Ты могла убежать и не сделала этого?

Цеца отрицательно мотнула головой.

— В такой ситуации есть одно золотое правило: «Если не можешь ничего изменить, расслабься и получи удовольствие». Что ты и сделала.

— Но я не хотела!

— Чего?

— Чтобы мне было хорошо.

— То есть ты хотела, чтобы тебе было плохо? Абсурд!

Цеца возбужденно ударила себя кулачком по колену:

— Но это неправильно. Так не должно быть!

— Либидо, — торжественно изрек Иван. — Неуправляемая вещь. Может быть, сегодня ты узнала о себе что-то новое, и теперь твоя сексуальная жизнь станет богаче.

Цеца не выдержала и захихикала.

— Ты все-таки потрясающий тип, Иван. Хорошо, что ты приехал именно сегодня.

В дверь постучали, вернее, замолотили кулаками. Цеца, мгновенно побледнев, вцепилась в руку Ивана.

— Цеца, ты здесь? Открой! — раздался из-за двери знакомый голос.

— Это Виолетта! — Цеца вскочила и бросилась к двери. На пороге стояла Виолетта, вся исцарапанная, растрепанная и дрожащая. Цеца схватила ее за руку и втащила в холл.

При виде Ивана Виолетта остановилась как вкопанная, не веря своим глазам. От изумления она не могла вымолвить ни слова.

— Да-да, это действительно я, не смотри на меня как на привидение. Если еще сомневаешься, можешь пощупать. — Иван наслаждался произведенным впечатлением.

— Что с тобой? — теребила ее тем временем Цеца. — У тебя такой растерзанный вид. И где Андрей?

Услышав это имя. Виолетта мгновенно пришла в себя.

— Надо бежать, скорее. Где здесь полицейский участок?

— Куда бежать? Объясни толком, что стряслось.

— Расскажу по дороге. Сейчас нельзя терять ни минуты. Они убьют его, может быть, уже… — Она разрыдалась, не в силах больше сдерживаться.

Иван вскочил, схватил ее за плечи и силой усадил на стул. Она отбивалась, что-то кричала, но он не слушал и крепко держал ее.

— Цеца, принеси воды. Быстро! — Иван опустился на колени перед Виолеттой и, на всякий случай, придерживая ее руки, ласково спросил: — Что случилось, девочка? Будет лучше, если ты успокоишься и расскажешь все по порядку.

Звук его голоса, такой знакомый, привел ее в чувство. Она глубоко вздохнула, отхлебнула воды из стакана и заговорила:

— Они были в доме. Воры, наверное. Потом к воротам подъехала их машина, Андрей велел мне бежать, а сам остался, чтобы задержать их. Я ушла через заднюю калитку. Надо срочно известить полицию. Он ведь остался там, и, может быть, уже поздно.

Она закрыла лицо руками, плечи ее вздрагивали. Иван и Цеца переглянулись.

— Это не воры, Виолетта, — тихо сказал Иван. — Это люди твоего отца.

Виолетта медленно подняла голову и уставилась на него невидящими глазами. Губы ее дрогнули, словно она хотела спросить о чем-то, но не смогла.

— Они приезжали еще утром, когда я убирала в доме, — проговорила Цеца и коротко рассказала ей обо всём.

Глаза Виолетты снова наполнились слезами.

— О, Цеца, — только и смогла она произнести.

— Ничего, все уже в прошлом. Слава Богу, что приехал Иван, а то не знаю, что бы со мной было. — Цеца еле заметно и чуть-чуть грустно улыбнулась.

— Значит, вы не увидели моего знака, — покачал головой Иван. — Жаль. А я так старался. Впервые и жизни рисовал на заборе.

— Череп! — догадалась Виолетта. — Значит, это твоя работа.

— Я не знал, как предупредить вас. Мне нельзя было там