Замуж в наказание (СИ) - Акулова Мария

Любуюсь прогибом, покачивающимися полушариями, которые Айка послушно мнет после приказа «потрогай себя», а еще волнообразными движениями бедер на бедрах.

Вечно могу смотреть. Сука, вечно.

Она как будто танцует. Губы кусает. Постанывает. Я тянусь навстречу рукой, она склоняется к ней и ластится кошкой. Щеку глажу, большим пальцем веду по губам. Обхватывает. Втягивает. В ней везде тепло. Везде, блять.

А взгляд этот... Предохранители срывает.

Придерживаю за талию и снова подминаю. Впиваюсь в рот своим. С выпущенной адреналиновой злостью сжимаю грудь до очевидной боли.

Беру грубо и быстро. Наконец-то себя отпускаю.

Боготворю ее тело, честно, но иногда ебу, как дурной. И она разрешает. Сейчас тоже.

Ходим по краю. Даю себе секунду… И секунду… И секунду…

Хочу в нее до трясучки, поэтому и еще одну секунду тоже даю.

Но больше – нельзя.

Отрываюсь от губ, выхожу из тела, со свистом опустошаю легкие.

Сегодня мы вдвоем идем к оргазму долго. Айка еще не кончила. Ее тело дрожит, она близка, но дальше я себя просто не проконтролирую, поэтому сжимаю головку и тянусь к тумбе.

Раскатываю латекс, возвращаюсь к Айке. Тянусь к губам, погружая член. Айка свои сжимает. Глажу шею, всматриваюсь. Двигаюсь медленно, как будто мы заново начали.

– Что? – Спрашиваю, прижимаясь к уголку ее губ. Колеблется, но расслабляет, девочка моя...

Мотает головой. Я ей и верю, и не верю. Что-то все же есть, но что – не говорит.

Думаю, что перегнул, испугал. Исправляюсь. Во мне столько нежности нет, сколько ей стараюсь дать. С резинкой контролирую себя лучше. Больше о ней забочусь.

Немного сопротивляется, мучает ее что-то, а потом сдается и захлебывается в своем удовольствии. Сжимает так туго, что двигаться почти нереально. Поэтому жду, когда отпустит. Глажу, шепчу. Уже словами посылаю по телу дрожь. И по своему тоже почти сразу. Вместе с оргазмом из организма выплескивается скопленная и нерастраченная энергия. Адреналина во мне дохуя. Сдох бы без секса. И без жены бы тоже сдох.

Мне кажется, что она меня за что-то снова прощает. Я утыкаюсь в её волосы, а Айка гладит по голове, целует в висок. Через поры ручейками пускает свою любовь. Мой ток. Подпитка.

На ней я многое вывезу.

Глава 34

Глава 34

Айлин

Вечер и ночь получились какими-то бесконечными. Чтобы не спорить с Митей до хрипа уже в своей голове, я заняла себя ужином, зачем-то перемыла окна и поменяла постель. Сделала все возможное для отвлечения, а все равно доказывала, что ни черта я не навязанная. Я любимая, и неважно, верит кто-то в это или нет.

Я верю.

Жду Айдара с зудящим нетерпением. Сначала до восьми, потом после…

Расстраиваюсь особенно сильно, когда приходит время признать: он или забыл об обещании, или просто не смог его сдержать.

Я ненавижу тоскливые вечера дома без него. Особенно плохо, когда думаю, что вместо скучного сериала могла бы проводить время совсем не так.

Да и нужно быть честной с собой же: он-то придет, но поговорить с ним я опять не решусь. Каждый день откладываю. Каждый день убеждаю себя, что будет более удачное время. А когда?

Не знаю.

Караулю до полуночи. Одевшись в красивое, купленное днем, белье и побеждая хандру предвкушением. Но в итоге и здесь меня настигает обидное поражение.

Я мерзну и адски хочу спать, поэтому ныряю под одеяло. Сдаюсь.

А просыпаюсь уже от прикосновений. Меня топит в любимом запахе и успевшем наполнить комнату обоюдном желании.

Про встречу с Митей говорю сразу, потому что и не собиралась скрывать. Не могу сдержать вопросы, из-за которых весь день себя накручивала. Айдар, как всегда, шутит. Расслабляет меня. Мы целуемся, занимаемся сексом. Я опять делаю ставку на то, что смогу его отвлечь, но он до обидного собран. И в этот раз тоже.

После секса мы ныряем в сон. Потом Айдар снова будит меня поцелуями, которые крадутся по спине. Не знаю, через сколько часов. Да и неважно. Мы снова сливаемся, только теперь в новой позе, и снова же кончаем.

Я одновременно опустошена и счастлива.

Когда Айдар возвращается из ванной – заползаю сверху, а муж гладит по спине и волосам, убаюкивая.

Изнутри обжигает непонятно откуда взявшаяся ревность. Я этим делиться ни с кем не смогла бы.

Перед глазами картинки из съёмной квартиры Мити, его предательство выстреливает серией ярких вспышек.

Я сильно-сильно обнимаю Айдара. Утыкаюсь в его щеку. Чуть-чуть ненавижу даже. Очень боюсь потерять.

– Как ежик сопишь, Салманова…

Айдар произносит лениво. Совсем не громко, но так неожиданно, что я перестаю… М-м-м… Сопеть. Разраставшийся в груди огненный шар необоснованной ревности лопается и осыпается искрами. Безобидными. И безболезненно.

Давлю на мужскую грудь, чтобы приподняться. Первые несколько секунд смотрю на расслабленное лицо. Могла бы даже поверить, что Айдар спит, но ресницы подрагивают.

Я склоняюсь и дую. Айдар тут же распахивает глаза. В темноте очень ярко светятся белые зубы. Он широко улыбается. Я тоже.

– Это не мешает тебе меня хотеть, – смотрю уверено и даже нагло. Айдар только шире улыбается. Скользит ладонями по моим бокам.

Подтверждая собственные слова, я чуть ерзаю, он сильно толкается бедрами вверх. Пугаюсь, потому что неожиданно. Цепляюсь сильно за плечи, а он смеется.

Прижимает к себе. Укладывает обратно. Снова гладит и целует в лоб, которым я потом трусь о колючий мужской подбородок.

– Мне ничего не помешает тебя хотеть, Айлин. Надеюсь, лет хотя бы еще тридцать. Но лучше сорок, конечно.

Обычная шутка попадает стрелой четко в сердце.

Я тоже хочу с тобой тридцать, сорок… Ты делаешь меня самой счастливой…

Он сказал не для того, чтобы я начала добиваться более внятных клятв в вечной любви, мне это понятно, но и не выплеснуть нежность вместе со страхами тоже не могу. Поэтому глажу волосы, щеку, к другой прижимаюсь губами.

Жмурюсь, снова соплю, как ежик…

– Я не прощу другую женщину. Бери все, что хочешь, со мной. Я не откажу.

Признаться в этом мне почти настолько же страшно, насколько в желании завести поскорее ребенка. Мысль мучает. С самого начала мучает. Я пережила любовь к Мите, но не его предательство. С Айдаром просто не вынесу.

А многие же изменяют. Очень многие. Я слышала…

– С чего такие мысли?

– Это очень больно, Айдар. Особенно, когда сильно-сильно доверяешь. Тебе я доверяю как никому…

Мерный стук сердца мужа не ускоряется, а мое колотится в три раза быстрее.

Сама себя накрутила, понимаю. Но невозможно всегда и всё держать в себе.

– Я – не он, Айлин. Но тебя услышал.

Айдар замолкает. Я тоже молчу. Должна тут же успокоиться, но чувствую недосказанность. А потом слышу, как муж хмыкает. Он поддевает мой подбородок пальцами, тянет вверх. Мы ненадолго встречаемся взглядами в темноте.

– Придет время – откажешь. Еще как откажешь. Ты всему научишься, Айлин. Веревки будешь вить...

Его пророчество бежит мурашками по коже.

Мы опять засыпаем голыми в обнимку. Я со страхом и жадностью смакую сказанные мужем слова. Хочу, как Айдар пообещал. Всему учиться. Веревки вить. Ничего не бояться, быть уверенной, что не потеряю.

Просыпаюсь от звука разъезжающихся штор. Хмурюсь и прячу лицо под одеялом, не желая смиряться с неизбежностью.

Айдар нажал на кнопку, на попятную явно не пойдет. Он уже сорок минут копошится в нашей спальне, пока я из последних сил борюсь с наступившим воскресеньем.

Хочу спать немыслимо. Как будто под веки налили свинца. Даже стыд и желание быть для него идеальной женой не спасают.

Идеальные жены не дрыхнут, пока их мужчина куда-то собирается. А я дрыхну. И отпускать не хочу.

– Айлин, – Айдар окликает, я сдуваю легкие воздушными шариками в ноль.

Скидываю одеяло, хмурюсь, поднимаясь на локте.

Первые секунды самые сложные. Мир крутится. Сил нет. Пытаюсь навести фокус.