Девочка из прошлого - Слава Доронина

Впрочем, как и для меня. Динар с Пашей хорошо общается, ведёт какие-то дела, возможно даже бизнес, но больше ничего о его друге я не знаю.

— Такой щекастик. Хмурится точно, как и его отец. Да, месье Колбасье? — широко улыбается Паша, обнажая ряд белоснежных зубов.

— Кто? — Я всё же не сдерживаюсь и тоже улыбаюсь, наблюдая за безуспешными попытками Измайлова заинтересовать сына.

— Деловая колбаса, — поясняет он. — А если бы не с пустыми руками пришёл?

— Ну… может быть, он бы не так хмурил брови. Но с большей долей вероятности всё равно бы не подошёл к тебе и руку не протянул.

Измайлов выглядит очень молодо. Короткий ёжик тёмных волос на голове стильно уложен, взгляд глубокий и серьёзный. Красивый внешне, но не похож на модель с обложки журнала. Вряд ли такие позируют. В нём чувствуется характер. Наверное, поэтому мне и кажется, что он чем-то похож на Динара.

— Копия отца, — без тени сомнения заключает Паша и выпрямляется. —  Мы буквально на полчасика, Наташ. Больше обозначенного времени в обществе Асадова я не выдержу. По крайней мере сегодня. Ты же в курсе, его нужно подпоить, чтобы стал разговорчивее?

— Не поможет. Он редко пьёт, — усмехаюсь я. — А если пьёт, то явно не в таком количестве, чтобы у него развязался язык.

В моем случае остаётся только соблазнять, а потом привязывать к кровати и пытать.

— Как-нибудь привезу его к тебе готовенького. Это очень занимательно. Буйности в нём — ноль, зато разговорчивы-ы-й…

Лишь однажды я видела Динара в таком состоянии, но тогда я была девчонкой. Почти и не помню ничего. Какими-то обрывками. Они с Максом вдвоём пили дома на кухне после похорон отца и до утра мешали мне спать своим нескончаемым бубнежом.

Измайлов скрывается в доме, а я набираю Макса. Он снимает трубку после третьего гудка. На заднем фоне слышатся детские голоса. Девочки опять что-то делят. Дина заводила и весь дом может на уши поставить за считаные минуты. Она мне сильно напоминает Макса.

— Привет, Наташка, — быстро тараторит брат. — Егор, положи! Это тетрадь с рисунками Лиды. Трогать вещи девочек нельзя, — строго говорит он.

— Тяжко без Нади, да? — говорю я вместо приветствия.

— Тяжко — не то слово, — вымученно произносит Максим. — Я в ужасе! Как она с ними справлялась, и дома тишина при этом стояла? Няня должна была полчаса назад появиться, но как всегда опаздывает. У меня встреча срывается. Погоди, я же вроде не говорил, что Надя в больнице… — запоздало спохватывается брат.

— Мне Динар сказал, что вы пополнение ждёте.

— Вот же блин! — хмыкает Макс. — Проговорился, да? А я сам хотел сказать. Мы на днях узнали. Наде плохо стало, её положили на сохранение. Но она все беременности так ходит. Врач говорит, что нужно поберечься. Мы не планировали четвёртого. Куда с её здоровьем? Но всё само получилось. Егор! Отойди от стола девочек, прошу тебя! — чуть ли не хнычет он. — Сейчас, Нат, полминуты. Я выведу его на улицу. Там хоть не набедокурит. Такой проказник!

Тимур с Егором одногодки, и я прекрасно понимаю, что Макс имеет в виду. Если бы не помощь Симы, то тоже бы рвала на себе волосы, не имея возможности отдохнуть.

— Включи видеосвязь, — прошу я. — Хочу на вас посмотреть.

Замечаю девочек рядом с Максом. Они с детским восторгом кружат возле отца. Как же сильно я по всем соскучилась!

— А что у Дины с волосами? — Я всматриваюсь в экран, ничего не понимая.

— Заметила, да? Я ещё Наде не говорил. Она меня убьёт, что недосмотрел. Они вчера с Лидой закрылись в комнате, вроде тихо играли, а потом я захожу к ним, и Дина протягивает мне свой длиннющий хвост. Отрезанный. Меня чуть инфаркт не стукнул. Вечером отвезу в салон, чтобы подравняли её труды. Хоть волосы наращивай, а то Надя увидит и ей по новой поплохеет.

— Она отрезала себе волосы? — обескураженно переспрашиваю я.

— Да, свою красивую длинную косу! Никого не напоминает?

Не могу сдержать улыбки. Конечно, напоминает! Я тоже в детстве проказничала подобным образом. То волосы себе обрежу, то тюль на окнах испорчу. Мне так нравились бабочки на шторах в спальне у родителей, что однажды я их вырезала и наклеила в альбом со своими рисунками. Потом получила от мамы нагоняй. Но не за бабочки и тюль, а за то, что брала ножницы в руки.

— А Лида за компанию не стала?

— Не успела. Но Дина теперь её подговаривает тоже сменить имидж. Я не представляю, что будет дальше. Погоди… — Брат приближает лицо к телефону. — Повернись правее, — просит он, и я делаю шаг в сторону.  — Вы у Динара сейчас?

— Да, заехали к нему. Они с Пашей встречаются, а мы вышли погулять на улицу, и я решила тебя набрать, поздравить с беременностью Нади.

— Спасибо. И я рад за вас, Наташа. Лезть в твои отношения с Асадовым права не имею, но ты молодец, что решилась рассказать ему про сына. У ребёнка должен быть отец.

Не знаю, что ему говорил Динар, и уточнять не хочу. Вдруг Макс не в курсе, что его сделка с Парфёновым удачно закончилась лишь благодаря тому, что Динар взял обязательства по её исполнению на себя. И по мне, лучше бы эти разговоры и правда остались между мной и Асадовым. Не хочу, чтобы брат себя в чём-то винил.

— Динар без ума от Тимура, — с нежностью говорю я. — И сын к нему тоже тянется. Мне очень приятно и радостно за подобным наблюдать. Всё же вы хорошие с ним отцы. Папа бы вами гордился.

— Ну и отлично. Как ты себя чувствуешь? Вы когда домой?

— Со мной всё хорошо. Домой полетим на следующей неделе. Какой срок у Нади?

Лида подходит к Максу и обнимает отца, машет мне рукой, пока я