По ту сторону черты (СИ) - Шевченко Юлия

Черт! Представив перед собой сеньору Морейра чуть было от ярости не перевернул стол, где Альберт Шепард рассказывает какую-то историю из жизни, что мала мне интересна. Больше всего меня волнует собственная жена, заявившаяся на праздник без нижнего белья. Да каждый мужик в этом зале мог понять, что на ней его нет, стоит лишь подольше взгляд задержать на стройной фигуре аппетитной девушки.

Какого, бл*дь, хрена она надела на себя это платье, купленное без моего на то разрешения? Ведь я же дал полную свободу ее действиям, даже ни разу не заглядывал в ее гардероб, чтобы проверить наличие нового наряда. Считал, что ничего уж такого провокационного она не приобретет, а если и захочет, то ее от такой покупки быстро остановит Сессилия. Но помощница тоже мне не сказала, не намекнула про их «удачный» поход по магазинам, скрыла от меня все подробности. Придется завтра в офисе выяснить, почему она рот на замке держала? Что это вдруг не доложила мне о такой наглости Блэр?

— Я слышал в модельном агентстве «Исабелла» пройдет бал-маскарад. Уже получил свое пригласительное на такое событие месяца. Много о нем наслышан, — отвлекаюсь от собственных мыслей, услышав знакомое название изо рта нового партнера по бизнесу.

Какого черта ему известно о таком знаковом событии? Это же только для избранных предназначено, а тут посторонний человек приглашен на закрытое торжество. Неужели Исабель пригласила и его туда? Если это так, то появление Шепарда может создать некоторые проблемы. Он постарается пронюхать, что я связан с этой женщиной и обязательно как-то попытается этим воспользоваться. Уверен, что у него та еще гнилая душонка.

— Собираешься пойти на него? — задает вопрос Даниэль, делает последний глоток виски и кивком головы просит официанта повторить его заказ. Парень тут же забирает пустой стакан и ставит на его место совершенно другой с янтарной жидкостью и кубиками льда на дне.

Северо уже чуть ли не подружился с новым партнером, перейдя на «ты» и внимательно слушая его рассказы. Только вот мне доверия он не внушает, темный, мерзкий человек, который явно заинтересован в Блэр, раз даже на танец ее позвал. Неужели вот он думал, что я соглашусь отпустить девушку к нему в руки? Раз так, то он полный болван, не понимающий, что со мной играть очень опасно. Могу и уничтожить по щелчку пальцев.

— Конечно, — так самодовольно улыбается, словно весь мир у его ног находится, а он на самой вершине воседает и смотрит оттуда на простых людей. — Упускать такую возможность не собираюсь. Раз приглашение пришло от владелицы агентства, то стоит придти на ее маскарад.

С трудом сдерживаю себя, чтобы на ноги не подняться и не поехать к Исабель в квартиру, чтобы свернуть ее тонкую шейку за то, что раздает непонятным людям свои пригласительные. Что вдруг на нее такое нашло? С чего зовет Альберта Шепарда на праздник? Неужели увидела в нем какую-то выгоду? Да что он вообще может ей предложить, этой властной женщине? Сексом явно не привлекает, так как она все же разборчивая в связях и не подпустит к себе близко это ничтожество. Рамос выбирает сильных, богатых, успешных мужчин, чтобы затащить их в свои сети, соблазнить, найти кнопки воздействия, разузнать тайны, способные ей определенную выгоду принести.

Наверняка, она и сейчас кого-то для себя нашла, так как я уже несколько дней с ней не встречался. Последний раз это было пять дней назад, когда оставил Блэр одну в большой постели и решил немного развеяться, избавиться от ненужных мыслей в голове. Тогда и не предполагал, что чисто интуитивно приеду в уже знакомую квартиру, выпью стакан виски, а потом жестко трахну Исабель прямо на полу ее прихожей, толком даже не раздевшись.

Все было спонтанно, быстро, безо всяких эмоций. Просто выпустил пар, в себя пришел, найдя какое-то успокоение в сексе с любовницей, которую вскоре покинул, даже слов никаких не сказав. Открыл дверь и вышел на лестничную клетку, спустился вниз и, сев в машину, погнал домой, чтобы принять холодный душ и закрыться у себя в кабинете.

Никого не хотелось видеть, тем более Алисию, настойчиво пытающуюся со мной поговорить. Пришлось нагрубить женщине, больно обидев словами. Да, она этого не заслужила, но я же ее предупреждал несколько раз прежде, чем голос повысить и приказать оставить меня в покое на определенное время.

— И как же вы, — не собираюсь с ним на «ты» разговаривать. — смогли заполучить это пригласительное? Известно, что не всем оно достается. — Шепард точно его не достоин, так как не входит в определенный круг избранных.

Или же все-таки входит? Каким, к черту, образом? Я вот о нем не слышал вплоть до начала нашего сотрудничества с судостроительной компанией, а тут он намеревается на маскарад придти.

— Одна из моих знакомых, — должно быть его содержанок, — является ее, так сказать, девочкой в агентстве. Она-то и смогла уговорить сеньору Рамос дать мне это пригласительное.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Ах, вот в чем дело. Шепард трахается с какой-то девкой Исабель. И почему я сразу об этом не догадался? Попытался бы предотвратить эту связь, и он бы не даже не услышал о маскараде. Пронырливый англичан, приехавший несколько лет назад в Америку, а теперь появившийся в Сан-Пауло. Да еще и привел на прием свою работницу, которая с Блэр сейчас беседует. Надо бы выйти к ним, чтобы наедине долго не оставались. Не нравится мне эта девчонка, есть в ней что-то опасное. Соблазнительное, но вызывающее недоверие.

— Прошу меня простить, — поднимаюсь на ноги, поправляю пиджак и киваю головой сначала другу, а потом партнеру. — Вынужден вас покинуть. Увидимся завтра в офисе. Наслаждайтесь приемом.

Не жду их ответ, просто обхожу столики на своем пути, не обращая внимания на людей, что-то кричащим мне в след, а уверенно следую на выход из особняка. Около открытой двери замечаю Умберто, молча подающего мне знак, что они до сих пор на веранде. Сворачиваю за угол и скрываюсь в тени какого-то растения в вазе, чтобы подслушать их разговор и при крайней необходимости появится прямо перед ними.

Чуть выглядываю из укрытия и вижу их сидящих на скамейке и о чем-то оживленно болтающих. Обе улыбаются, вспоминая моменты из жизни в Америке. У самого невольно уголки губ вверх приподнимаются, стоит лишь услышать звонкий смех Блэр. Она так редко веселье свое показывает, а если и получается ее такой увидеть, то странное чувство мной овладевает. Что мне абсолютно несвойственно.

— Ты просто обязана как-нибудь там побывать, Блэр, — радостно восклицает Катарина, мечтательно глаза закатив. — Тот чудесный ресторанчик создан для длительных посиделок за одним из его столиков. Милое место, непохожее на другие. Странно, что ты о нем никогда не слышала.

— Я несколько лет училась в Лос-Анджелесе, а последний год совершенно дома не появлялась, — Блэр потирает лодыжку, немного сморщившись явно от боли. Мне их так отлично видно. Как же это они еще меня не заметили? — Да и плана по возвращению сюда у меня никогда не было, — слышится грусть в голосе, даже какое-то отчаяние. — Но пришлось поспешно вернуться в Бразилию на похороны отца и собственную свадьбу. — Не вижу ее лица в этот момент, но догадываюсь, какое оно приобрело выражение. Малышка до сих пор не приняла тот факт, что мы с ней женаты. Глупо даже думать об обратном, так как все уже свершилось. Назад дороги нет, есть путь только вперед. К тому, что я еще могу ей показать в своем мире.

— Вынужденная свадьба с человеком, которого ты совершенно не знаешь, ведь так? — сочувствие от Катарины и ее явное любопытство из себя выводить начинают. Да что хочет узнать эта девка? Какое ей дело до моей жены? — Просто так все быстро произошло между вами, что создается впечатление…

— А всем вокруг, — выхожу из тени прервав их разговор, — не обязательно было знать о наших отношениях.

От неожиданности Блэр вскакивает на ноги, чуть было не запутавшись в подоле длинного, развратного платья. Возможно она его шпилькой проткнула, но равновесие смогла удержать. Конечно беречь этот наряд ей не стоит, так как когда окажусь с ней наедине, разорву его на мелкие клочки, запретив вообще такие вещи впредь носить. Выглядеть столько соблазнительно для прочих мужчин я ей не позволю.