Все, чего я никогда не хотела (ЛП) - Хуан Ана

— Давай проясним ситуацию. — Слова давались мне с трудом. — Ты просишь меня стать твоей девушкой?

Роман кивнул, глядя на мой лоб так, будто это была самая увлекательная вещь на свете.

Черт возьми. Он серьезно? Больше всего я надеялась, что он не шутит, но вдруг это была очередная извращенная игра? Такого я не позволю. Он даже вел себя сейчас не как обычно.

— А как же Солэндж?

Он нахмурился.

— А что с ней?

— Разве вы не вместе? — спросила я с горечью, вспоминая их поцелуй на балу.

— Нет, и никогда не были.

— Неужели? А выглядели так, будто у вас намечается свадьба и горячий медовый месяц, — желчно отозвалась я. Вся боль, которую я испытала в ту ночь, снова обрушилась на меня из-за этих воспоминаний.

Роман выглядел пристыженным.

— Я сделал это лишь затем, чтобы заставить тебя ревновать, — тихо сказал он.

— Точно. Это так по-взрослому, — саркастично ответила я.

Он искоса взглянул на меня, становясь чуть-чуть похожим на того Романа, которого я знала.

— А что еще оставалось мне делать? Я не собирался просто сидеть там один как идиот, пока ты веселишься с Карло.

Я покачала головой.

— Роман. Я не хочу больше играть с тобой ни в какие игры, ясно? У тебя нет причин, чтобы хотеть меня в роли своей девушки или заставлять ревновать, поэтому просто… просто прекрати все это. Цветы, шоколад. Не надо больше подарков.

Мне послышалось, как он пробормотал что-то очень похожее на «слишком поздно», но это было сказано таким тихим голосом, что мне могло показаться.

Роман пробежал пальцами по волосам и тяжело на меня уставился.

— Я не играю ни в какие игры. Мне очень хочется… — Он прервался и вздохнул. — Можно задать вопрос? В ту ночь, на Гавайях. Для тебя это правда был всего лишь новый опыт, или ты… почувствовала что-то ко мне?

Я побледнела. Нетушки. Невозможно. Не мог он догадаться. В ушах зазвенело, а желудок неприятно свело. Я очень старалась удержать себя в руках и не захлопнуть дверь у него перед носом, чтобы потом взбежать вверх по лестнице и закрыться в своей комнате на веки вечные.

Ну да, ни капельки не подозрительно.

— Н-нет, — заикнулась я, чуть не поперхнувшись этим словом. Я была отвратительной лгуньей.

Роман свел брови, его глаза потемнели, став почти черными.

— Нет?

Я отчаянно покачала головой, но мои руки тряслись, и он это заметил.

— Нет. — В этот раз прозвучало более уверенно. — Ах ты врушка, — прошептал он, делая шаг ко мне.

Я рефлекторно отступила назад, потому что выражение его лица не сулило ничего хорошего. Оно отражало свирепую решимость и… что-то еще. Роман схватил меня за запястья и, удерживая на месте, подошел еще ближе. Дистанция между нами сокращалась до тех пор, пока ее вообще не осталось.

— Что ты делаешь? — пискнула я в панике. Кожа под его пальцами буквально горела, а сердечный приступ уже маячил на горизонте. — Мои родители дома и…

— Мне плевать. — Роман стиснул зубы. От его тела волнами исходил жар, обволакивающий меня, точно мягкое одеяло. — Ты не хочешь понимать мои слова, поэтому мне остается показать тебе делом.

Показать делом? Что именно?

У меня не было шанса задать этот вопрос, потому что в следующее мгновение губы Романа обрушились на мои, отчего у меня подкосились колени, а перед глазами замелькали разноцветные искры.

И в этот момент я поняла, что моя жизнь никогда не будет прежней.

Глава 24

Я стояла, замерев, а в голове вспыхивали разноцветные огни — фейерверки, как я вскоре поняла. Коленки дрожали, точно я превратилась в желе или в мармеладку.

Черт возьми, я много раз представляла, каково будет поцеловать Романа, поэтому сейчас не до конца верила, что это происходит взаправду.

Конечно, все оказалось в миллион раз лучше, чем в моем воображении.

Приняв мою растерянность за поощрение, Роман стал целовать меня крепче, заставляя сердце выпрыгивать из груди.

Я взволнованно взвизгнула, отстраняясь и хватая его за руки, после чего чуть не грохнулась на пол.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ого. — Он поймал меня за запястья, удерживая в вертикальном положении. — Ты в порядке?

— Да, — пристыженно пробормотала я. А затем уставилась на него. — Что это было? — Мой голос был чуть громче шепота.

Роман изумленно уставился на меня.

— Ты правда спрашиваешь?

Я сглотнула.

— Просто… я не понимаю.

Несмотря на то, что все я прекрасно понимала. Просто не могла поверить.

Он болезненно вздохнул.

— Ладно. Майя, я собираюсь быть с тобой предельно честным, окей? Ты… — Он замялся, но потом продолжил: — Ты мне нравишься. По-настоящему. Хоть я и не нравлюсь тебе. — Он сглотнул. — Но я мог бы понравиться, да? Если ты дашь мне шанс, я все исправлю, клянусь.

— Мне необходимо сесть, — тихо произнесла я, садясь на подлокотник дивана, пока он нервно смотрел на меня.

Все, мой мир был разрушен, шаблоны разорваны. Я нравилась Роману Фьори. Я, Майя Линдберг, девушка, о существовании которой два месяца назад в Валеске не знал почти никто. Нет, я верила, что он говорит правду. В конце концов, он был не из тех, кто стал бы ломать себя ради шутки.

И все же легче мне не становилось. После того как я поймала отца за изменой матери, вся моя вера в настоящую любовь раскололась на мелкие осколки. Такие клише, где богатенький парень влюбляется по уши в бедную школьницу, существовали лишь в книгах и фильмах и никак не могли происходить с обыкновенной мной.

— Майя? — Роман пристально смотрел на меня. — Скажи же хоть что-нибудь. Даже если это будет «я тебя ненавижу», мне нужно услышать хоть что-то.

Пока я сидела и смотрела на него, на его темные, взъерошенные волосы, фиолетовые глаза, яркость которых могла заставить комнату — или девушку — сгореть в огне, на его утонченное, красивое лицо, на котором всегда было надменное и самовлюбленное выражение, но которое казалось таким уязвимым теперь, я поняла, что нужно делать.

Все еще находясь в оцепенении, я медленно подошла к нему. На его лице отчетливо проявилась нервозность. Но в глазах вспыхнула искра надежды.

Глубоко вздохнув, я попыталась угомонить нервы. «Ты точно этого хочешь?» — шепнул внутренний голос.

Одного взгляда на лицо Романа хватило, чтобы решить. Да.

А потом я дала ему пощечину. Несильную, но все же пощечину. Плюс в комнате было тихо, и эхо от удара просто оглушало.

Роман в шоке уставился на меня.

— Я ненавижу тебя, — сказала я дрожащим голосом.

В ту же секунду искра надежды в его глазах погасла.

— О, — выдохнул Роман. Боже, он был на грани слез. — Тогда… тогда, полагаю, мы все прояснили. Извини, что зря потратил твое время, — пробормотал он, разворачиваясь к выходу.

— Подожди, — остановила я его, — я не закончила.

Он посмотрел на меня в замешательстве.

— Хочешь знать, почему я тебя ненавижу?

Роман не смотрел на меня.

— Если честно, не очень, — пробормотал он.

Я все равно продолжила:

— Я ненавижу тебя, потому что да, ты был полным придурком по отношению ко мне, а еще больше за то, что ты продолжал вести себя так же мерзко даже тогда, когда понял, что я тебе нравлюсь! Я ненавижу тебя, потому что ты делал вид, будто тебе на меня наплевать! Ненавижу за то, что ты мне наговорил, за то, что заставил рыдать по тебе, ненавижу за поцелуй с Солэндж и за то, через что ты заставил меня пройти! — Я уже чуть плакала и ударила его кулачком в грудь, пытаясь хоть как-то выразить свое отчаяние. — Ты идиот!

Воздух закончился — я слишком сильно кричала. По идее, родители должны были со всех ног примчаться на крик, но они так и не показались.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я могла с уверенностью заявить, что Роман был абсолютно ошеломлен. Он не произнес ни слова. Вместо этого он обнял меня. Сначала его движения были неуверенными, будто он боялся, что я оттолкну его или ударю еще раз, но когда ничего из этого не произошло, стал более уверенным и притянул меня ближе к груди. Он так и молчал, просто обнимая меня, и я вспомнила ту ночь, когда ворвалась к нему в комнату и обнимала его точно так же.