Анна Милтон - Будь ты проклят, Зак Роджерс!

Я, он, тишина, дорога. Никакой ненависти. Никаких обид. Лишь ощущение, что его близость успокаивала меня и помогала расслабиться. Объятия Зака отгоняли плохие мысли, которые кружили вокруг меня, словно акулы вокруг своей жертвы.

Я уплывала.

Я забывалась.

И это было так хорошо.

***

Я почти уснула на плече Зака, когда «Додж» остановился у особняка Роджерсов. С полузакрытыми глазами я отлепила голову от парня и бесшумно зевнула.

— Приехали, — сообщил Зак и открыл дверцу со своей стороны.

Он выскользнул наружу и потянул ко мне руки. Я думала, он просто хочет помочь мне выйти, но Зак подхватил меня за талию и ноги, потянул на себя и снова взял на руки.

— Я могу дойти сама, — сонным голосом пробормотала я.

— Не думай об этом, — сказал Зак.

Мы вошли в дом, и я не слышала, как Джейсон уехал. Неужели, остался здесь?

— Держись крепче, сейчас будут ступеньки, — предупредил Роджерс.

Я сильнее прижалась к его шее, закрыла глаза и шумно втянула в себя воздух. Я растворилась в запахе его кожи, и устало обрушила веки на глаза. Зак без особого труда миновал лестницу. Через несколько секунд я услышала, как открылась дверь.

— Пришли, — проинформировал он, и я с неохотой разлепила глаза.

Яркий свет на миг ослепил меня, а когда нормальное зрение вернулось ко мне, я поняла, что мы в ванной.

Зак отпустил меня, и я присела на край ванной, чтобы не упасть. Роджерс подошел к раковине и включил воду.

— Тебе надо умыться, — он повернулся ко мне лицом.

Я отлепилась от ванной и сделала несколько неуверенных шагов в его направлении. Зак поддержал меня за локоть, когда я остановилась рядом с ним. Подняв глаза к зеркалу, я ужаснулась, так как увидела в отражении чудовище с запачканным лицом. На виске засохла кровь, под глазами были огромные темные круги, на щеках — разводы от туши.

Потрясающе.

Я сунула руки под прохладную воду, и меня накрыло волной удовольствия. Боже, как хорошо. Наклонившись, я стала умываться. Зак все это время стоял под боком и гладил меня по спине. Когда остатки косметики и слез были стерты с лица, я выпрямилась и выключила воду.

— Лучше? — поинтересовался Роджерс, сжав мое плечо.

— Лучше, — хрипло отозвалась я.

Зак обошел меня и стал что-то делать. Я вновь услышала шум воды. Он вернулся ко мне через минуту и стал стягивать с меня рубашку.

— Что ты делаешь? — со слабым недоумением уточнила я.

— Раздеваю тебя, — ответил Роджерс.

Откинув рубашку в сторону, Зак остановился, увидев мою разорванную майку, а затем избавился и от нее. Я осталась перед ним в одном лифчике и джинсах, но сейчас мне было не до стеснений.

— Зачем? — по-прежнему не понимала я.

Зак облизнул губы и взглянул на меня.

— Тебе надо снять грязную одежду и помыться, — сказал он. — Не волнуйся, я ничего тебе не сделаю. Я просто хочу помочь.

Он и так мне помог.

— Я не волнуюсь, — проговорила я, наблюдая за тем, с какой неуверенность он смотрит на пряжку моих джинс. — Дальше я сама. Спасибо.

Зак слегка насупился и пожал плечами. Он направился к выходу из ванной, но я поймала его за руку, останавливая.

То, что он сделал для меня, было по-настоящему геройски. И я не могла выразить, насколько сильно признательна Заку. Можно сказать, он спас мне жизнь. Плохой человек бы не поступил так.

И Зак Роджерс — не плохой.

Теперь я знаю это.

— Спасибо, — поблагодарила я.

Он медленно обернулся через плечо и наградил меня тягучим спокойным взглядом.

— Не за что, — его губы расплылись в горько-добродушной улыбке.

Я опустила руку, и Зак ушел, оставив меня одну.

Я так тщательно старалась смыть с себя воспоминания этого вечера и прикосновения рук тех парней со своего тела, что расцарапала некоторые участки кожи мочалкой до крови.

В моей голове постоянно крутилось: «А что, если бы…». Я убеждала себя, что нет нужды думать об этом, потому что все хорошо, и я в безопасности. Это так только благодаря Заку Роджерсу — парню, к которому у меня неоднозначное отношение.

То, каким он был сегодня, характеризует его, как отважного, храброго, доброго и заботливого человека. Он не был злым, эгоистичным и саркастичным, как обычно. Сегодня я увидела другую его сторону… и мне она безумно понравилась.

Я бы поверила такому парню. Я бы влюбилась в такого Зака Роджерса до беспамятства.

Я вышла из душа, обмотав себя полотенцем, и поплелась в свою комнату, чтобы переодеться в чистые вещи. Я убрала сырые волосы в пучок, чтобы они не мешались, и отправилась искать Зака.

Он был на кухне. Когда я вошла туда, Роджерс подходил к кухонной стойке. Увидев меня, он широко улыбнулся.

— Привет. Я сделал тебе латте, — сказал он.

Вау. Это… это мило.

Разминая пальцы, потому что нервничала, я прошла вперед и села на высокий стул. Зак пододвинул мне кружку с латте и расположился напротив. Подперев ладонью подбородок, он стал смотреть на меня.

— Пей, пока не остыло, — сказал он.

Я усмехнулась себе под нос и поднесла кружку к губам. Сделав осторожный небольшой глоток, я поставила напиток на стол.

Нас поглощала образовавшаяся неловкая тишина, и мы бесследно тонули в ней. Я чувствовала острую необходимость начать говорить хоть о чем-нибудь. Мои глаза бегали по кухне, касались лица Зака, и, наконец, я увидела тему для будущей беседы.

— Твоя рана, — произнесла я и соскочила со стула.

— Что? — переспросил Зак, а потом взглянул на свое плечо. На месте раны ткань футболки была порвана. — Ах, это…

— Ее нужно обработать.

— Пустяки, Наоми.

Я устремила на него твердый взгляд.

— Где аптечка?

Я живу здесь месяц и не до сих пор не знаю этого.

Зак закатил глаза.

— В этом нет необход…

— Аптечка, — оборвала я его.

Сдавшись, Роджерс покинул свое место и куда-то ушел. Через полминуты он вернулся с небольшим ящичком в руках.

— Вот, — он поставил аптечку на стойку.

— Снимай футболку, — приказала я, — и садись.

Недовольно вздохнув, Зак все-таки выполнил мои указания. Он стянул с себя футболку, и я заставила себя не пялиться на его кубики. Когда он сел на стул, я обошла стойку, открыла аптечку и достала средство дезинфекции. Промочив в нем ватный диск, я развернула Роджерса к себе раненной стороной и приступила к обработке.

Когда я прижала ватку к ранке, то Зак подскочил.

— Не дергайся, — попросила я.

— Постараюсь, — прошипел он.

Я неуверенно положила ладонь на его плечо, чтобы сдерживать, и по моему телу прошлась волна лихорадочного жара, вызванного соприкосновением с кожей Роджерса. Когда я вновь задела ваткой рану, Зак вздрогнул, на этот раз не так сильно. Его мышцы напряглись, и я прикусила нижнюю губу.