Лайза Браун - Внук Дьявола

– Извини. Так было надо. Ты от меня отбивалась, а мне надо было вытащить тебя из воды.

Лейни опять вздрогнула и неожиданно спросила с удивлением:

– Разве тебе не холодно?

Он был так худ, что она могла пересчитать его ребра, выступавшие под загорелой кожей. Его джинсовые шорты промокли насквозь, и с них капала вода. А длинные черные волосы прилипли к плечам.

– Не-а. Мне никогда не бывает холодно. А ты можешь простудиться. Идем на солнце.

Лейни взглянула туда, куда он указывал. Еще один крупный камень, но плоский, выступал из воды совсем рядом. С него можно было перебраться на берег, поросший маргаритками.

– Это похоже на трон, – заметила она, но не двинулась с места. Пальцы ее как будто вросли в каменный пьедестал.

– Трон?

– Ты не знаешь, что такое трон? – Ее голос как будто повеселел. – Это такой стул для волшебных принцесс и королей.

– Да-да, трон, – подхватил он. – Трон для добрых фей. Послушай-ка, посиди там, а я покажу тебе, как делать свистки. Я тебе вырежу волшебный свисток. Самый громкий свисток в мире.

Лейни подняла голову и с сомнением взглянула на него.

– Мне не разрешают разговаривать с незнакомыми.

Он не моргнул глазом.

– Хорошо, давай знакомиться. Как тебя зовут?

– Элейна Мари Торн.

– Значит, теперь я знаю твое имя! – весело воскликнул Колли. – И где твой дом, я тоже знаю. Ты живешь в том большом белом доме на вершине холма. Там над верандой круглый потолок голубого цвета, как небо. А еще ты любишь сидеть на старом дубе.

– Откуда ты знаешь?

– Я тебя видел, – торжествующе объявил он. – Мы с Чарли живем по ту сторону реки. В общем, теперь ты не скажешь, что мы не знакомы. И я тебя спас, – веско добавил Колли. – Это значит, что нам надо стать друзьями.

Тогда она опять огляделась, задержав взор на отвесных обрывах на обоих берегах реки.

– Тут страшно, – сказала она. – Там змея в воде.

Он небрежно махнул рукой:

– А-а, ничего тут страшного нет. Знаешь, я часто нырял сверху. А ту змею ты сама напугала.

– Я не собиралась нырять, – капризно возразила Лейни. – Я же не умею плавать.

– Это я уже понял. – Он насмешливо подмигнул ей. – Наверное, ты еще маленькая и тебе рано учиться плавать.

– Мне уже одиннадцать, – возмутилась она. – Просто у меня маленький рост. А тебе сколько лет?

При этом вопросе Колли задумался.

– Мне, наверное, лет четырнадцать.

– То есть как? – Лейни недовольно взглянула на него. – Ты не знаешь, сколько тебе лет?

– Ну, вообще-то, я правда точно не знаю. Речной Чарли – вот он знает. Так вот, он говорит, что мне, должно быть, четырнадцать. Чарли знает все на свете. В этом году он начал заниматься со мной алгеброй. А еще он прочитал мне вслух всю Библию. С начала до конца.

Лейни заметно расслабилась. Несомненно, мама не станет возражать против того, чтобы она познакомилась с мальчиком, который знает Библию от корки до корки.

– Мама называет меня Лейни.

– Красивое имя, – заметил он. – А меня зовут…

Он осекся. Вообще-то он не должен был находиться сейчас здесь в обществе этой избалованной девчонки.

– Ну? – Она шмыгнула носом. – И как же тебя зовут?

– Не скажу, – решительно проговорил Колли. – Понимаешь, я ведь тоже волшебный, а волшебным людям, которые живут… в лесу, нельзя называть кому попало свое имя. То есть я хотел сказать, что, если ты случайно произнесешь мое имя при ком-нибудь, я превращусь в дым.

Девочка изумленно таращилась на него.

– Я тебе не верю, – с трудом переводя дыхание, сказала она. – Ты врешь.

– Правильно, я соврал. Только не плачь больше, пожалуйста. Я же сказал, что ничего плохого тебе не сделаю. Я отведу тебя домой, к маме с папой. Договорились?

– А ты обещаешь?

– Клянусь, – торжественно сказал Колли. – Подожди чуть-чуть. – Он быстро выпрямился. – Мне бы хотелось немножко посидеть вон на том камне. Может, ты со мной пойдешь, тем более что мы с тобой теперь знакомы?

– Ну… ладно. – Лейни посмотрела на свою промокшую рубашку и шорты и огорченно вздохнула. – Боюсь, мне сегодня попадет. Мама прилегла отдохнуть, и я сбежала на игровую площадку, а когда увидела бухту, мне вдруг захотелось пройтись по воде. Мама с ума сойдет, когда узнает, что я чуть не утонула.

– Ничего она не узнает. Там, на камне, твоя одежда в два счета высохнет, – пообещал Колли. – Да-да. – Она сразу же успокоилась, сама не понимая почему. – А ты умный, – заметила она с уважением.

Его загорелые щеки вспыхнули, а глаза заблестели от удовольствия.

– Нет, что ты. Чарли говорит, что я непоседа и потому плохо учусь.

Они быстро добрались до большого камня. Лейни устроилась на нем и тут же возобновила прерванный разговор, хотя и не была до конца уверена, что стоит вновь упоминать о волшебстве и превращении в дым…

– Показывай волшебный свисток, – негромко сказала она.

– Его нельзя увидеть, – терпеливо объяснил ей Колли. – Его можно только услышать.

– Хорошо, я хочу его услышать.

– Тогда закрой глаза. И чур, не подглядывать.

Лейни зажмурилась так крепко, что перед глазами на черном фоне поплыли радужные точки.

Прошла минута, и он прошептал:

– Теперь можешь смотреть.

Она открыла глаза. Он сидел на камне рядом с ней. Пристально глядя ей в глаза, он поднес ко рту сложенные руки и дунул у основания больших пальцев. Раздался пронзительный свист.

Колли дунул второй раз, третий.

– Я тоже так могу, – решительно заявила Лейни.

– Правда? Ну давай, покажи.

Она сложила руки, поднесла их ко рту и дунула. Безрезультатно. Вторая попытка тоже оказалась тщетной.

– Теперь поняла? – Он торжествующе улыбнулся, увидев, как вытянулась ее физиономия. – Тут нужно волшебство.

– А мама говорит, что настоящим волшебником был только Христос, – возразила она.

Колли рассмеялся.

– Насчет Христа не знаю. Ладно, покажу тебе кое-что.

Он разжал ладони, и Лейни увидела зажатый между ними стебелек овсяницы.

– Это колдовская трава. – Он озорно подмигнул.

– Ничего подобного. Просто старая травинка. И я не верю, что она помогает тебе свистеть. Вот приду домой, расскажу маме, и она…

Колли резко поднялся.

– Лейни, послушай меня. Ты не должна говорить обо мне Торну. И вообще никому не говори. У меня будут неприятности. Да Чарли…

Она тоже поднялась.

– Ты поклялся.

Колли с недоумением посмотрел на нее.

– В чем? Ах да, правильно. Но ты все равно никому ничего не говори. Мне будет плохо. Я уже не смогу прийти сюда, да и ты тоже, – добавил он с горечью. – И вообще тогда тебе придется рассказать, что ты едва не утонула в бухте.

Лейни не сводила с него глаз. Все, что он сказал, звучало весьма убедительно.